Вадим Смиян - Месма

    В словах ведуньи Влад усмотрел  определенную логику, вполне разумную.

   - Так я прошел ваше испытание? – спросил он без всякой иронии.

   - Прошел. Но это только первое! Оно нужно, чтобы я решила: стану тебе помогать или нет.

   - Первое? Значит, и дальше меня испытывать будете?..

 - Дальше ты сам себя испытывать будешь! – жестко сказала ведунья. – Только сам.

   - Простите… но зачем это нужно? Вы же правильно сказали: я не ради себя пришел…

   - А затем нужно, что ты сам не представляешь, с чем связываешься, парень! – сказала Самсониха, непроизвольно понижая голос. – Не ведаешь, куда буйну голову свою суешь! девушке любимой помочь хочешь, и хочешь по-настоящему, да вот какой из тебя помощник выйдет – тебе самому-то и неведомо.

    Влад совершенно опешил. Самсониха ошеломляла его все больше и больше.

 - Откуда вы… знаете? – пролепетал он растерянно. – Про девушку?..

 - Откуда знаю? – ведунья усмехнулась. – Да ничего тут тайного и нет. Я же сказала – тех, кто за других радеть приходят, немного, я их сразу и подмечаю. Ты таков и есть. Пригляделась – любовь в сердце твоем узрела… значит, забота о девушке привела! Чего ж тут удивительного? И загадки-то никакой нет! Так, забава детская…

   «Ничего себе – забава, - подумал Влад. – Ей, наверное, и врать-то бессмысленно, если она сама все каким-то чудом видит…»

   Он и сам не заметил, как походя употребил это почти всюду запретное слово – чудо.

 - Так вам, похоже, и рассказывать ничего не нужно, если вы и так наперед все знаете? – спросил он не очень уверенно.

 - Все наперед один Господь знает, - строго заметила ведунья. – А мы с тобою – всего лишь люди. А потому, что в своем деле наиглавнейшим считаешь, то мне и говори. Только коротко…

 - У моей любимой девушки, - начал Влад неуверенно рассказывать, - имеется, судя по всему,  какое-то редкое заболевание. Она ведет себя странно… мне кажется, что она способна убить. Я ее очень люблю, но после общения с нею я сам делаюсь вроде как больным. И по-моему, она…

   Влад смутился и замолчал. Язык не поворачивался сказать то, что он собирался. Но под тяжелым и выжидающим взглядом ведуньи он все же вымолвил:

   - По-моему, она пьет кровь. Света, то есть подруга ее, сказала, что она вампир. Но я в этот вздор не верю. Не бывает вампиров… У нее какая-то болезнь, это факт. Просто ее обследовать и лечить надо. Но этим никто заниматься не хочет. Вот я и приехал в Краснооктябрьск. Хотел с матерью ее познакомиться и поговорить… Но разговора не получилось, и я говорил с соседкой, которая знает ее с детства. Она-то рассказала мне, что моей девушки собственная мать боится, потому что она уже несколько раз за последние годы нападала на нее. Эта же соседка и настояла, чтобы я к вам обратился. Сказала – только вы помочь можете. Больше никто…

    - Как звать твою девушку? – угрюмо спросила Самсониха.

    - Галя…

    - Галя, - задумчиво повторила ведунья. – Галка, то есть… Знаю я твою девушку, и уже давно. И мамашу ее знаю. Были они у меня лет пять назад. А потом мамаша ее еще раз приходила, с полгода тому назад, только ничего из этого не вышло.

   У Влада чуть не сорвалось с языка, что ему известно, как Самсониха дважды выгнала Антонину со своего порога при всем честном народе. Но он промолчал, решив дождаться, что она скажет сама.

    - Так вот, милок… - сказала Самсониха. – Заболевание, говоришь? Да, можно и так сказать. Вот только у девушки твоей такое заболевание, которое врачи ваши не лечат! Одержание  называется.

   - А что это такое? – изумленно спросил Влад.

   - Долго объяснять, да и незачем, - хмуро отвечала Самсониха. – Если сил и воли у тебя достанет дальше свою девушку спасать, то сам и увидишь, что это такое. А я уже решила: мамашу ее я дважды вон погнала, а вот тебе помогать стану. Только ты все делать должен точь-в-точь, как я тебе скажу. Иначе, милок… - ведунья выразительно помолчала. – Иначе я за жизнь твою гроша ломаного не дам… Понял?

   - Если честно… пока не очень, - смущенно признался Влад.

   - Что не очень?

   - Пока не понял, что делать-то надо? И с чего начинать…

   - С чего начинать? – Самсониха усмехнулась. – А ты уже начал! И теперь главное, чтобы ты сдюжил и закончил начатое.

   - Да я ведь еще ничего не сделал! – искренне изумился Влад.

   - Почему же не сделал? – мягко возразила ведунья. – Первое, что ты сделал, это решил приехать в Краснооктябрьск, и при этом Гале ничего не сказал об этом. Это было очень верно, иначе головы бы тебе не сносить.

   Влад судорожно сглотнул: разве не об этом же не так давно говорила ему Светлана? А ведь она с Самсонихой никак сообщиться не могла!

   - Второе, что ты сделал, - продолжала Самсониха, - это пришел к Антонине. Это тоже было нужно. И третье, что ты сделал – это приехал ко мне и выдержал испытание… пусть маленькое, но даже такого очень многие не выдерживают! Вот видишь? Ты уже кое-что сделал, и все это было правильно! Если и дальше ты будешь делать все как надо, то сможешь действительно спасти свою любимую девушку.

 - Так говорите, пожалуйста, что делать дальше надо! – горячо воскликнул Влад. От его недоверия как-то незаметно не осталось и следа – весь его скепсис вмиг улетучился. – Я на все готов, чтобы спасти Галю!

   Самсониха внимательно посмотрела на парня. Некое подобие улыбки мелькнуло на ее суровом и усталом лице. Но вот это лицо вновь сделалось непроницаемым.

 - Ишь, на все он готов… - пробурчала она. – Ты одно запомни, милок: главный в этом деле ты, ибо сердце твое любовью полнится! Истинные чудеса одна любовь только делает… Я же только твоя помощница и наставница, понял?

    - Понял, - бодро отвечал Влад.

    - Ну, а раз понял, разговор этот закончим с тобой, - сказала ведунья. – И теперь о деле… Слушай, что делать станешь. Вертайся обратно в Краснооктябрьск… Завтра иди к Антонине домой. Не с ее соседкой говори теперь, а с ней самой, понял?..

   - С ней?! – Влад опешил. – Так ведь она дверь мне даже не открыла! На порог не пустила! Как же я смогу…

   - Не перебивай! – крикнула Самсониха, да как хлопнет растопыренной ладонью по столу!

   Массивная столешница застонала от удара, а Влад невольно вздрогнул и заморгал испуганно, неотрывно глядя на руку великанши, лежавшую перед его глазами на покрытой скатертью поверхности. На ее мощные большие пальцы… А ну-ка,  такой вот рукой – да по голове! Наповал ведь убьет… Одним лишь ударом!

   - Не перебивай…- уже спокойнее сказала великанша, устремив неподвижный взор в стол. – Никогда не смей перебивать меня, когда я говорю!..Не на рынок, чай, пришел…