Соль под кожей. Том третий (СИ) - Субботина Айя

Проехали. Забыли.

Идем дальше.

Вместе.

Глава тридцать седьмая: Лори

Мы просыпаемся посреди ночи, чтобы покормить котов.

Точнее, встает Димка, по будильнику, а когда я сонно тянусь следом, пытается вернуть меня обратно в постель. Но я все равно иду за ним — зевающая, взъерошенная, в его футболке. В отражении в зеркальной поверхности вид у меня просто как у настоящей совы.

— Лори, я справлюсь, — все еще пытается завернуть меня обратно в спальню Дима, но я фыркаю и пока он возится с бутылочкой и смесью, нагреваю чайник, чтобы обновить грелки.

Котят мы кормим по очереди.

Пока Димка выкармливает первую — я играю со второй, потом меняемся.

Потом, смеясь и отпуская шуточки, в две пары рук массируем им под хвостами.

В два часа ночи.

— И как ты назвал этих красоток? — Хотя, если честно, понятия не имею, как их различать — они же реально как близняшки, совершенно одинаковые.

— Эм-м-м… Кошки?

— Очень оригинально. Значит, эта будет Хельга, — тычу в ту, которая уже вся заглаженная спит прямо у него в ладони, потом показываю на свою, явно более активную, — а эта — Локи.

— Это разве не мужское имя?

— Да по фигу! — Я даже не сразу понимаю, что полностью копирую его тон и половину любимых словечек.

Если бы не семь лет за плечами, я бы точно испугалась тому, насколько сильно он просочился мне под кожу, прямо в кровь. Но сейчас просто наслаждаюсь каждой секундой, не думая, не анализируя.

Подъем у нас в пять тридцать.

Димке нужно скататься в столицу, мне в восемь надо быть в офисе, потому что в восемь тридцать очередная отчетная встреча с инвесторами и мне никак нельзя разрушать свое амплуа безупречного руководителя дурацкими опозданиями.

Димка вручает мне запечатанную новенькую зубную щетку.

Пока чистим зубы — успеваем обрызгать друг друга и поцеловаться с полными ртами зубной пасты.

Пока Шутов выкармливает наших ушастых девчонок, я готовлю завтрак.

Договариваемся, что нам срочно нужна котоняня для наших девчонок.

Потом приезжает Валентин — привозит мои вещи и косметичку.

— Забирай «Астон». — Димка бросает мне ключи от своей дорогущей тачки, как будто отдает бумажную салфетку. — Я на «мерине» поеду.

Минуту назад я вспомнила, что Валентин от моего имени отпустил на сегодня водителя, но про эту проклятую конференцию я вспомнила только ночью, а еще про то, что в обед у меня встреча с Наратовым. И это вообще впервые, когда из моей головы просто вылетела половина расписания.

Сказала, что вызову такси, а Шутов в ответ просто бросил в меня ключами.

— Ты отдаешь мне свою крутую, жутко дорогую машину? — Чувствую себя немного растерянной, хотя он и раньше запросто делал вот такие жесты. Фактически, все последние семь лет моей жизни — его подарок.

— Да блин, Лори. Знаешь, что самое охуенное после секса с любимой тёлкой? Смотреть, как она садится за руль крутой тачки, на которую ты заработал, потому что захотел и смог, и ей классно, комфортно и хорошо.

— Тёлка? — Я подступаюсь к нему с кухонной лопаткой наперевес, изображая высшую степень кровожадности. — Это что еще за словесные конструкции, Дмитрий Викторович?!

— Я с младенцами, Валерия Дмитриевна! — В шутку закрывается котятами, ржет как умалишенный. — Все, все, прости, обезьянка, я шучу, клянусь. Как насчет любимой детки?

— У тебя язык без костей, ты в курсе?

— Заценила вчера, да? — Его губы растягиваются в улыбку Чеширского кота. — Будешь хорошей деткой — сегодня еще раз вылижу.

— Что за разговоры при детях? — Блин, я краснею, потому что… не знаю, странно, наверное, чувствовать себя так, будто вчера в моей жизни случился самый первый секс и сегодня мне еще точно нужно стесняться мыслей о том, что язык этого красавчика был у меня между ног?

Дима завтракает очень быстро, на ходу.

Смешно впопыхах пьет кофе.

Красивый — с ума просто сойти, даже в простом светлом лонге и потертых голубых джинсах.

— Твои ключи от квартиры. — Кладет передо мной аккуратную связку, зарывается носом в волосы. Наверняка дубликат успел сделать Валентин, где-то посреди ночи, в промежутках между поездкой ко мне на квартиру и возвращением сюда с вещами. Я даже не хочу задумываться, как это вообще работает. — Я вернусь часов в десять, вряд ли раньше, но постараюсь.

— Не надо стараться раньше, надо быть максимально осторожным за рулем, Шутов.

— Слушаюсь, обезьянка. Будешь меня ждать?

— Прикалываешься что ли? Да я до вечера успею оккупировать все полки в ванной!

В офис я приезжаю в семь минут девятого, напарываясь на слегка удивленный взгляд службы безопасности — я же тут фактически живу весь последний год. Не уверена точно, но кажется это вообще мое первое опоздание.

Но отчетную встречу в онлайн формате провожу с блеском, впрочем, как обычно.

Только один раз, когда у кого-то из онлайн-участников ненадолго пропадает звук, с трудом подавляю смех, вдруг вспомнив, что вчера по моей милости в аналогичной ситуации Шутов оказался в максимально неудобном положении.

— Валерия Дмитриевна, передали из финансового отдела. — Секретарша кладет на стол папку с документами.

Это по сделке между «ТехноФинанс» и «MoneyFlow».

Остался последний штрих — и я выведу Авдеева за пределы его рисков.

Ему останется только поставить подпись.

И хотя он ни полусловом ни на что такое не намекал, и в ближайшее время я планирую отобрать у Завольского последние рычаги влияния на все текущие процессы, мне будет спокойнее, если в нашей с жирным боровом войнушке бизнес и репутация Вадима не попадут под удар.

Когда на телефоне всплывает оповещение о входящем сообщении, я открываю его не глядя, потому что уверена — это от Димы. На часах почти десять, он еще в дороге, но вполне мог что-то прислать.

Но это очередная ссылка.

На этот раз — на фотосессию с благотворительного вечера, где мы с Вадимом позируем на камеры с видом абсолютно органичной парочки.

Кто отправитель очередного безмолвного послания — догадаться не сложно, даже если номер, кажется, другой. Хотя я не уверена, потому что после прошлого «письма счастья», удалила вообще все.

Но это, конечно, дело рук Марины.

Прокручиваю в голове редкие обрывки телефонных разговоров Вадима. Она на лечении, очевидно, в каком-то специализированном центре — адекватная альтернатива принудительному стационару в психиатрической лечебнице, куда ее точно упекли бы сразу после выписки из обычной больницы. Наверняка она получает там соответствующий уход и доступ к связи с внешним миром. Ограниченный, конечно, иначе Марина названивала бы мне со скоростью раз в минуту. И вместо того, чтобы тратить этот доступ на что-то полезное, она попыталась сначала вбить клин между мной и Шутовым (очевидно рассчитывая, что я не буду помогать ему в его затее с отниманием дочери), а потом, как дуэльную перчатку, бросила мне в лицо эти фотографии. Хочет, чтобы я знала, что она в курсе? Поздновато спохватилась — они появились на следующий день после мероприятия и гуляли, кажется, по всем светским «страницам».

Я удаляю дурацкое сообщение.

Ябедничать Вадиму тоже не собираюсь. Марина, очевидно, не здорова.

Димка пишет ближе к обеду — присылает голосовое сообщение, что доехал, собирается заняться делами и между делом обещает устроить мне еще одну веселую ночку. А потом еще одно, где почти с детской радостью говорит, что увидел киноафишу какого-то супергеройского блокбастера, и предлагает сходить в выходные в кино.

Я быстр нахожу расписание кинотеатров, выбираю небольшой уютный зал с диванчиками, бронирую места и присылаю ему скриншот. Как говорится- вместо тысячи слов.

— Валерия Дмитриевна? — в кабинет заглядывает Валентин. — Нам пора.

Я бросаю взгляд на часы, вообще не понимая, куда и когда уплыл целый час.

За руль сажусь сама, мой личный терминатор садиться на соседнее сиденье, складывает руки на коленях и молча смотрит перед собой. Он даже моргает как будто ровно необходимый минимум, чтобы это не вызывало подозрений. Блин, может, Шутов уже и киборгов начал делать, тестирует на мне очередную «прямоходящую ИИ-куклу»?