Триша Телеп - Романтика. Вампиры

Натан — вампир… Заглянув девушке в глаза, Натан понял: она догадалась.

— Остаться не могу. Встречать рассвет в участке совершенно не хочется, к тому же…

Вдали завыла сирена. Летиция молча кивнула: слова просто застряли в горле. Она глянула на приближающиеся мигалки, повернулась к Натану, но его и след простыл. Через минуту подъехали полицейские. Шоковое состояние Летти убедило их лучше любых объяснений. Впрочем, когда ее привезли в участок, девушка уже сочинила байку.

Да, она работает в жанре пантомимы и летом выступает на улице. Она постарается ответить на все вопросы. У нее контракт с турагентством на следующих условиях… Порой среди зрителей попадаются пьяные. Порой они ведут себя некорректно. Летти вкратце описала вчерашний инцидент, опустив вмешательство Натана. Сегодня тот же самый мужчина появился в ресторане, где она давала интервью журналисту. Да, у нее есть телефон журналиста, но не с собой, а дома. После интервью она хотела вызвать такси, но не успела. Летти рассказала о драке, предусмотрительно умолчав об укусе и личности спасителя. «Совершенно посторонний человек, — соврала она. — Он не ожидал, что ему так достанется».

Летиция точно знала: зеваки видели, как она разговаривает со спасителем. «Он сказал, что не хочет нигде светиться. Почему — не объяснил. Убедился, что я серьезно не пострадала, и сбежал. Он так здорово дрался! Наверное, карате знает или айкидо… Понятия не имею, откуда у нападавшего укус. Он вообще на вампирах зациклен. Оскорблял меня, вампирской… хм… подружкой называл. Похоже, он верит в вампиров. Люди во что только не верят».

В конце концов Летти отпустили. Она позвонила и Кипу, и в агентство. Адвокат агентства пообещал связаться с ней завтра. Фактически уже сегодня. Компания дала ей выходной, хотя надеялась, что Летиция сможет выполнить контрактные обязательства.

Лишь на заре Летти поймала такси и приехала домой. В глаза сразу же бросилась записка, скотчем приклеенная к двери. Девушка осторожно сняла ее, и сердце понеслось бешеным галопом.

«Летиция!

Прости, что вломился сюда. В отель ноги не шли. Пожалуйста, прости, что напугал. Я не желаю тебе ничего плохого, а до заката совершенно беспомощен и безобиден. Как стемнеет, уйду.

Думаю, полицейские захотят меня допросить. Скажи, что оставила мне сообщение, и действительно оставь: вдруг проверят.

Статья настоящая, как я и говорил. Я сообщу по электронке, когда ее напечатают. Жаль, что ты так быстро узнала, кто я такой. Ты наверняка в шоке, а я своим появлением его усугубляю. Если сегодня тебе не к кому пойти, можешь побыть в моем номере. Ключи и название отеля на столе.

Желаю… Я столько всего тебе желаю!

Натан».

Летти выронила письмо и бросилась в спальню. Разумеется, там никого не было. Она не в сказке, да и воспитанный Натан ни за что не стал бы спать на ее кровати. Он, скорее… да, он, скорее, костюмерную выберет. Там он и оказался, среди костюмов и бутафории. Разостлал матрас, который Летти держала между швейной машинкой и гримерным столиком, и лежал неподвижно, как труп. Натан опустил жалюзи и плотно задернул шторы. Ясно, другого и ждать не следовало.

Девушка на цыпочках пересекла комнату. Вдруг он все-таки проснется? Летти щелкнула выключателем, села у гримерного столика и посмотрела на Натана. Вблизи он еще больше напоминал труп: глаза закрыты, безучастный, беззащитный. Летти могла вызвать полицию, вогнать в грудь Натану серебряный кол, выволочь его на солнце — что угодно. Только Натан доверился ей. Он ее спас.

Чем дальше, тем отчетливее Летти понимала, что не боится Натана Корта, вампира-янки, занесенного ветром на юг. Какая женщина выберет амплуа вампирши? Какая женщина в темной подворотне коснется окровавленной груди раненого? Явно не робкая и пугливая!

Летиция не стала гасить свет — Натану он не мешал, — повесила вампирское платье на плечики, вернулась к столику и смазала кремом лицо. В зеркале отражался Натан. Он не шевелился и не дышал. Наверное, только кровью и питается. Он захочет крови, когда проснется? А сексом он занимается, ну, как в книгах пишут? У нее столько вопросов!

Ладно, проблемы лучше решать по мере их появления. Летиция вернулась в спальню, надела длинную футболку, расчесала волосы и приготовила горячий шоколад. Сегодня девушке не было одиноко, хотя ее гость даже не дышал. «Спит мертвым сном», — подумала Летти, фыркнула в горячий шоколад и сладко зевнула.

Девушка отодвинула кружку, достала несколько пледов и накинула их поверх штор. Потом она улеглась на полу рядом с Натаном, точно так же как он, — на правый бок, одна рука под головой, другая подтянута к груди. Расслабленным Натан не казался — он словно замер в заученной позе и держал ее уже не первый час. Летти постаралась дышать как можно реже. Позу спящего вампира на площади не покажешь — слишком статична, а вот научиться двигаться так же плавно и стремительно, как Натан, безусловно, стоило.

Раз статья настоящая, значит, Натан — настоящий журналист. Чем же он по большому счету отличается от агента? И тот и другой — посредники, знают, что продается, помогают найти покупателя. Именно так она скажет Натану. Но сперва он пообщается с полицией. А что, вполне естественно: их свела опасность, перед ее лицом люди быстро прикипают друг к другу. Только с завтрашнего дня Натану придется спать в другой комнате: ей нужны костюмы. Да, бытовые проблемы еще возникнут, придется приспосабливаться. Дверь лучше не закрывать… Летти выскользнула из комнаты, почистила зубы, легла в кровать и, так как была лишь сезонным вампиром, поставила будильник на полдень.

Перевод А. Ахмеровой

Саванна Русс

Глубокий прикус

Что определяет судьбу человека? В этом случае ее определил глазной зуб, расколовшийся до самой десны. Он был крупный, острый как пика, а его обладатель — молодой человек с длинными волосами, несколькими серьгами в одном ухе и стройным телом танцора — напоминал гота. Поэтому стоматолог Сол Тайтл решил, что зуб заточили намеренно.

«На что только не приходится смотреть стоматологу! — думал врач, делая парню рентгеновский снимок. — В мире столько извращений!»

Жарким июльским вечером, когда Солу позвонила секретарь, с бухты Гованус на Бруклин наполз густой туман. Он заглушал шаги прохожих, растворял тени машин и китайских ясеней. Старые кошмары ползли вдоль обочин и кружили у водосточных канав.

Секретарь прощебетала, что какой-то парень сломал зуб, а в службу экстренной помощи обращаться не желает. Бланш, любимая тетушка Сола, направила его к своему племяннику-стоматологу.