Джилл Майлз - Джентельмены предрочитают суккубов

— Уходи, Бобби. Пожалуйста, уходи.

— Но… Но… Мы увидимся позже?

Я заставила себя отрицательно покачать головой.

— Может быть, в другой раз.

Бедный парнишка. Похоже, он был чертовски смущен.

И не он один.

— О. Я понял… дайте мне знать, если вам что-нибудь понадобится.

Не нужно быть телепатом, чтобы понять — бедняга воспринял мой отказ как оглушительный удар по своему мужскому самолюбию. Через несколько мгновений дверь захлопнулась, и я осталась одна.

Да что же со мной происходит?

Я никогда не вешалась на мужиков, и уж конечно не стала бы совращать девятнадцатилетнего швейцара. Мне было двадцать семь — с ума можно сойти! — и меня не привлекали юнцы. И все же, когда я увидела его в дверях… Как он облизывает губы… Мне захотелось наброситься на него. Что я и сделала.

Я вспомнила о разговоре с Ноа.

“Вначале ничего не заметно, но позже ты обнаружишь некоторые изменения, и я не хочу, чтобы ты переполошилась” — сказал он с очень серьезным видом и вручил мне свою визитку. На тот момент я была просто взбешена его поведением, посчитав его высокомерным и чванливым болваном.

Больше я так не считала.

Я ринулась к своей сумочке и достала бумажник. И правда, в нем лежала его визитка. Простая карточка, с надписью “Ноа Гидеон” и номером телефона. Ах, да! Еще несколько букв из его “ангельского алфавита” в верхнем правом углу. Да, парню надо отдать должное — когда он выдумывал сказочку, он выкладывался по полной.

Если только это не сказочка… после всего.

Дрожащими пальцами я набрала номер и приложила трубку к уху. Три гудка и переадресация на голосовую почту.

Да пропади ты пропадом! Я не собиралась оставлять сообщение. Что бы я сказала? Приветик, мои сиськи выросли за ночь, а глаза стали синими, перезвони мне?

Повесив трубку, я уселась рядом с телефоном, решив подождать. Когда-нибудь он все-таки должен будет ответить. Я включила телевизор. Я абсолютно не устала и была взбудоражена происходящим, так что о сне и речи не шло. Поэтому, я названивала ему. В течение всей ночи. И смотрела телевизор между звонками.

Ладно, признаюсь, я смотрела порно. Ничего не могла с собой поделать. На самом деле, я вообще глаз не сомкнула и всю ночь смотрела порно. Было что-то крайне завораживающее в откровенных ласках языком и стонах наслаждения. Между фильмами я пыталась дозвониться до Ноа.

Вскоре, после восхода солнца, мне наконец-то повезло.

Два гудка, а затем:

— Да?

Ни “привет”, ни “алло” — ну что за парень?

— Ноа, это я. Джекки.

— Джекки? — В голосе ни намека на узнавание.

Я пришла в ярость. Этот дамский угодник не мог вспомнить, кто я, черт побери, такая?

— Да, Джекки. Девчушка с мусорки, припоминаешь?

— Ах, Джекки. — Его приятный, сексуальный голос, посылал импульсы сладкой дрожи прямиком в мой пах. — А я уж думал, что ты не позвонишь.

Он казался разочарованным, от чего я еще больше взбесилась.

— Не ты один. Слушай, у меня настоящие проблемы…

— Одна из которых синие глаза?

Ошеломленная, я онемела на минутку, потом кивнула.

— Алло! Ты все еще там?

Тупица! Он же не может видеть моего кивка.

— Да, я все еще здесь. Да, у меня синие глаза. И со мной еще что-то не так… и уйма других странностей. Что происходит? — От паники мой голос сорвался на визг.

— Знаешь, нам лучше всего опять встретиться. Скажем, в шесть тридцать в соборе Святого Антония? Через полчаса. Ты знаешь, где это?

Я удивленно моргнула. В соборе ни свет ни заря в среду?

— Они так рано открываются?

— Двери храма Божьего всегда открыты.

Казалось, его забавляла моя наивность.

— Хм, хорошо. А почему так рано?

— В вечерние часы я недоступен. — Прежде чем я смогла вставить словечко по поводу его странного замечания, он продолжил: — Мне нужно несколько минут, чтобы связаться с другом. Не переживай. Все будет хорошо.

“Легко тебе говорить”, — со вздохом подумала я.

— Ладно, встретимся там. Я буду в одежде, которая мне не по размеру.

“Петтинг на церковной скамье?..”

— Походит на то, как мы встретились на днях, — он усмехнулся, молниеносно вызывая во мне вожделение и ярость.

Мне захотелось швырнуть трубку, но все же я вынудила себя вежливо закончить разговор. Помощь была в пути; хотя я уже испытывала страх от того, что он собирается мне сказать. Я не уделила должного внимания его предыдущему вздору — что-то там о суккубах. Сейчас я об этом очень жалела.

Вся на нервах и не в духе, я рыскала в своем шкафу, пытаясь найти хоть какие-нибудь штаны, который удержатся на моей талии и футболку, которая не обтянет мои возбужденные соски.

Я надеялась, что у Ноа найдется хорошее объяснение происходящему, потому что до сих пор его история была полнейшим вздором.

Ему потребовалась чертова уйма времени, чтобы добраться до собора. Я смотрела на часы каждые тридцать секунд после того, как стрелка пересекла отметку в семь часов, а Ноа, как и его друга, все еще не было. Когда стрелка подползла к семи тридцати, я решила, что он решил устроить мне веселенькую жизнь. Очередной розыгрыш в длинной череде неудач, которой стала моя жизнь в последнее время.

Разумеется, как только я поднялась со скамьи, Ноа вошел через двойные двери, заставив мои гормоны взлететь до небес. При виде его широких плеч, меня охватил трепет и нахлынуло возбуждение, жидким огнем устремившись к бедрам.

И тут, позади него, я заметила девушку с внешностью топ-модели, и вдобавок к похоти во мне вспыхнула неприязнь. Да как посмел этот нахал заставлять меня ждать, пока у самого свиданьице? Стушевавшись, я пригладила волосы, надеясь, что толстовка с логотипом футбольной команды колледжа “Нотр Дам” не посрамит мой вид.

Ноа как всегда выглядел восхитительно. Его волнистые светлые волосы были стильно взлохмачены и открывали лицо. Он был одет в модный серый пиджак и темно-серые брюки. Я никогда бы не подумала, что рубашка темно-красного, вернее даже гранатового цвета, будет сочетаться с деловым костюмом, но на нем ансамбль смотрелся изумительно. Снова без галстука, воротничок небрежно распахнут, открывая гладкую и загорелую грудь.

— Привет, — выдавила я, стараясь держать себя в руках. Практически невозможно было устоять перед искушением запрыгнуть на него и исступленно целовать. — Слава Богу, ты здесь.

Топ-модель сняла солнцезащитные очки, открыв бледно-голубые глаза.

— Ого! Ноа, с ней совсем худо. Ты только глянь на ее глаза.

— Вижу. — Его серебристые глаза уставились на меня. — Джекки, ты в порядке?