Куплю Рога родному мужу (СИ) - Светлая Есения

– Пока ничего. Потом видно будет, по обстоятельствам. Ты обещал ноутбук и сотовый. Паспорт сейчас отдать?

– Нет, слишком рано. Сим карту оформим в лучшем случае завтра. Пока мы следим за Плотниковыми, смотрим на что они готовы пойти. Ведут они себя очень осторожно. Женя, пока меня нет, пожалуйста, не выходи никуда одна.

– Я не выйду, – заверила, посмотрев ему в глаза. Он же должен понимать, насколько я дошла до отчаяния, если поехала с ним!

Игнат кивнул и вышел из комнаты. Потом через несколько секунд заглянул снова. Обеспокоенно окинул взглядом:

– Завтрак в холодильнике найдешь. В морозилке есть заморозки. Голодом не сиди.

– Есть, сэр! – козырнула я и искренне улыбнулась. В ответ прилетела такая же яркая улыбка. Дверь закрылась.

Иди ты к черту со своей заботой, Игнат!

12

12

– Игнатов, что там у тебя?

На экране монитора появился председатель предвыборной комиссии Лемешев. Он недовольно морщил нос и проставлял галочки в планере, одним глазом косясь на собеседника. Утренняя планерка сегодня началась для всех со взбучки от главного…

– Работаю. Карташова проверил, Романчука тоже. Никаких замечаний нет.

– Что ты мне зубы заговариваешь! – вспылил Лемешев. – Я про Плотникова имею ввиду. У меня донос за доносом, что идет спекуляция. Он направо и налево в открытую покупает голоса. Рекламой своей загадил все возможные каналы информирования! Перекупает коммерческое время на местном телевидении. Жалобы, одни жалобы!

– Доказательства подкупа есть, но свидетели боятся идти с этим в открытую. Нужен общественный резонанс, скандал, чтобы обвинения обрели голос.

– Какой скандал, когда он со вчерашнего дня в героях? Жену, видишь ли, у него украли! Теперь все только и думают о том, что он святой, а остальные претенденты преступники! Слышал, как наш генерал от изжоги таблетки одну за другой жует все утро? – Лемешев ткнул в угол монитора, где маячил УВДэшник, вытирающий пот со лба.

Игнатов, выдержав паузу, посмотрел на губернатора и, получив одобрительный кивок, ответил:

– Его жена в безопасном месте. Я об этом позаботился. Над остальными вопросами работаю.

Лемешев от такого заявления даже голову пригнул и наклонился ближе к монитору, вглядываясь в лицо Игнатова.

Какой обманчивый образ у этой молоденькой акулы! Не зря его губернатор так жалует! И ведь ни разу не рассказал о своих методах!

– Силён, – одобрил Лемешев, поняв, что собеседник не лжет. – Хорошо! Генерал, ты тогда, что ли, притормозил бы своих ребят и особо не мучал с поисками пропавшей девчонки. Пусть нормальными делами занимаются. Пал Саныч, слышал, чем твой волкодав тешится?

Губернатор, отпив глоток крепкого кофе из огромного бокала, ослабил галстук и, махнув рукой, ответил:

– Я в Дениске уверен, как в себе. Денис, помощь нужна будет, звони. Денег на содержание тоже подкину. Понял я примерно, что он хочет провернуть. Одобряю. Ждем отмашку от тебя, как волна пойдет, говна в огонь подкинем. А там и наш генерал возьмется за дело, прокуратура тоже… Ладно, ребята, у меня вопросов больше нет, всем добро. Работаем.

"Работаем…" – практически хором ответили участники утренней конференции и, дождавшись, когда отключится губернатор, стали выходить остальные.

13

13

Игнатов выключил программу видеосвязи и повернулся к сидящему за соседним столом программисту.

– Миха, что у тебя?

– Уже почти, и отдам, – ответил он, одновременно пережевывая батончик с арахисом. – Все выходы в соцсети заблокированы, в электронную почту тоже не сможет войти. Список обширный. Если она юзер, так особо и способов обходных не знает, то все нормально будет. Телефон с симкой жду, тоже настрою.

– Ты записи на камерах из подъезда подтер?

– А как же, вчера еще. За час до того, как Плотников переполошился. Усе успел, шеф! Вырезал кусок, когда его жена выходила, вклеил пустой подъезд. Комар носа не подточит.

– А с магазином напротив остановки что?

– А там пустышки висят, по факту видеонаблюдения нет. Телефон телочки тоже подчистил и удаленно вырубил. Но таксист все равно рано или поздно подкидыша обнаружит, а если его вычислят, да деньги сунут или пригрозят, он по-любому расколется.

– Она не телочка, Мих, – сделал замечание Игнатов. – А с таксистом не велика беда. Вышла из такси, он про нее забыл и отчалил на следующий заказ. Я сам за ним минут десять ехал.

– Ладно, брат. Не телочка, так не телочка. Не кипятись. Ноут готов, можешь забирать. Дальше-то что?

– Найди толкового фотографа, желательно иногороднего. Чтобы рисовать умел и фотошопить на уровне бога. Тройной тариф. Будем готовить новую соцстраничку для сбежавшей жены.

– Все понял, не дурак, сделаю!

Игнатов вышел из штаб- квартиры, временно служившей ему офисом, и сразу отправился в аптеку за лекарствами для Жени. Еще бы заехать за шмотками, что там она в пакет успела попихать в шоковом состоянии? Судя по еле заметным сошедшим синякам на шее, Плотниковский выродок обращался с ней жестоко. Не от легкой жизни она попросила помощи у неизвестного и сбежала холодным сентябрьским утром с мокрой башкой и одним пакетом с вещами.

Как же она напоминала ему Наташку. Не внешне, нет. Своей юностью, искренностью, открытым взглядом.

Но Женьку еще можно спасти. Оттого так свербит за грудиной, и чешутся кулаки. Только горячку пороть не стоит. Месть – то блюдо, которое лучше подавать холодным. И Бог наконец-то услышал его молитвы, послав такую прекрасную возможность прижать к стене выродка Плотникова. Игнатов знал, что отец и сын в одной связке. И они друг за другом пойдут по этапу. Когда молва поставит эту семейку на эшафот, многие, кто все это время молчал, осмелятся рассказать. И тогда им уже точно не выбраться из собственного дерьма.

14

14

Игнат приехал быстро. Как и обещал.

Я крутилась на кухне, обжаривая на сковороде предварительно размороженные блинчики. Между делом нарезала сыр и ветчину. Заварила свежий чай в заварнике. И пританцовывала под музыку, звучащую по радио. Обернулась лишь потому, что почувствовала взгляд. Игнат стоял на пороге кухни, увешанный пакетами и как чумовой смотрел на меня во все глаза.

Я одернула футболку, затянутую узлом под грудью. Потом подумала, что зря, потому что вид у меня теперь, словно я только в нее и одета.

– Привет, – поздоровалась еще раз, чтобы хоть как-то разрядить обстановку. – Позавтракаешь со мной?

Он промолчал. Взъерошил свою шевелюру, кивнул, поставил пакеты на стул и вышел.

Нервничает. По глазам видно, что мужик голодный, как черт. Не в том смысле, что не пожрал. А в том смысле, что бабы у него, видимо, давно не было. Тестостерон так и прет, того и гляди сорвется, орать начнет по поводу и без. А меня рядом с ним колотит просто. Я как кошка мартовская, готова тереться и изгибаться. Но у меня крышу рвет от свободы. Пусть и мнимой, но такой желанной. А у него-то что? При живой жене голодный ходит?

Я налила чай, поставила тарелку с блинами. Уселась, не дожидаясь Игната, и вгрызлась в ароматный блин с творогом. Когда мой спаситель появился на пороге с мокрой головой и полотенцем на шее, убедилась, что права в своих рассуждениях. Рвет у мужика крышу, спермотоксикоз на лицо, ходил пожар в голове тушить под водой.

Игнат сел за стол и кивнул на пакеты.

– Там новые футболки, пара комплектов нижнего белья, прокладки, шампунь, мочалка, крем для лица, на всякий случай. Все что сообразил. Таблетки в отдельном пакетике, рецепт у тебя в тумбочке. Лечись.

Он протянул руку к тарелке ровно в тот же миг, когда и я. Никаких мурашек и токов вдоль позвоночника не случилось. Он просто схватил меня за ладонь и сжал в своей широкой ручищей, а потом глядя в глаза выдал свое веское:

– Жень…Я хочу, чтобы ты мне доверяла.