Измена по контракту (СИ) - Володина Таня

— Хочу устроиться к вам на работу.

— Но вы же женщина, — в его голосе смесь удивления и растерянности.

— И что? Мне нужна работа.

— Простите. Да, вы правы. Просто не ожидал, что позвонит женщина. Хорошо, приходите на собеседование, обсудим условия.

— Диктуйте адрес, — прошу я.

Он диктует, но я ничего не записываю, потому что отлично знаю, где находится офис «Питерстроя». Никитос удовлетворённо потирает руки.

— Рано радуешься, меня ещё не взяли, — говорю я начальнику.

— Он тебя возьмёт, — уверенно заявляет он. — Сейчас подберём тебе образ делового успешного водителя, и у него не останется вариантов.

4. Невинная ромашка. Влад

Под утро часто снится один и тот же сон. Навязчивый, тягостный, стыдный. Просыпаюсь с диком стояком. Ася спит на животе, ночная рубашка задрана до пояса, трусы на ночь она не надевает. Приваливаюсь к тёплому женскому телу, прохожусь губами по спине. Жена что-то бормочет, но я не отстаю. Мне нужно кончить. В голове плавают картинки столетней давности, которые не просто волнуют, а беспощадно вырубают все предохранители. Сейчас, находясь между сном и явью, я поддаюсь соблазну. Притворяюсь перед собой, что сновидение продолжается, что я себя не контролирую, что я ни в чём не виноват. Что я не грёбаный извращенец, которого возбуждают мерзкие вещи, а невинная луговая ромашка.

— Владик, отстань, — отпихивает меня Ася. — Ну правда, иди на работу, я ещё посплю.

— Я хочу тебя, — шепчу ей в ухо и продолжаю целовать плечи.

Она мне нравится. Именно такая женщина мне и нужна — упрямая и своенравная, с сильным характером, знающая, чего хочет. Махровые эгоистки многих бесят, но меня в ней ничего не напрягает, кроме одной маленькой детали: Ася не любит секс. Совсем не любит, уж я-то могу отличить. Во всяком случае, со мной. Я готов постараться, чтобы доставить ей удовольствие, но после медового месяца она редко раздвигает передо мной ноги. А когда раздвигает, я не понимаю, зачем она это делает. Ей это явно неинтересно. Она на своей волне: у неё есть волшебный «пингвинчик», и подозреваю, она догоняется, когда остаётся дома одна. Для меня загадка, зачем она вышла за меня замуж, хотя год назад я был уверен, что между нами любовь.

— Влад! — Ася натягивает на голову одеяло. — Сколько можно просить не трогать меня по утрам? Я злая утром. Я ничего не хочу!

Я тоже уже ничего не хочу.

В душе быстро передёргиваю. Просто спускаю накопившееся, обычный ежеутренний ритуал. Как зарядка. Ни о чём не думаю — по крайней мере, стараюсь не вспоминать постыдный сон. Не хочу снова падать в эту пропасть, хрен из неё потом выберешься живым и психически здоровым. Знаем, плавали.

Оцениваю оргазм на троечку. Десятибалльных не было так давно, что даже воспоминания потускнели. Кончил — и ладно. Лишь бы не давило.

На улице, несмотря на ранний час, уже жарко. Для меня и двадцать градусов — жарко, особенно в нашем влажном климате. Ненавижу лето. Видно, Стасик прав, скоро жахнет до двадцати пяти. Сдохну. А у меня объекты за городом, а таксисты отказываются колесить по пустырям, заброшенным промзонам и распаханным полям. Может, удастся нанять водителя? Наверняка это будет какой-нибудь отчаявшийся бедолага, которого выгнали за пьянки и приставания к пассажиркам из всех таксопарков города. Вчера я запостил объявление на сайте по поиску персонала.

В офисе меня ждёт неизменная чашка кофе — Вася сварила специально для меня. Она и бутерброды мне носит, творожное печенье и прочую домашнюю хрень, но я отказываюсь это жрать. У неё невкусно получается, то подгорит, то не пропечётся. Лучше бы в булочной купила свежий круассан, я бы съел. Ей об этом, разумеется, не говорю, иначе завалит круассанами по самую маковку. Заботливая, сил нет.

У этой женщины навязчивая идея проложить дорогу к сердцу мужчины через желудок. И ведь не скажешь, что путь к моему сердцу лежит совсем в другом направлении. Да если и скажешь, она не поверит. Никто из тех, кому я по пьяни намекал на свои предпочтения, не поверил. Даже Ася. Я ведь выгляжу таким, сука, доминантным. Нужно быть конченой извращенкой, чтобы заподозрить во мне собрата по несчастью. А извращенок в этом мире не так уж и много. Я встречал только одну.

Не успеваю выпить кофе, как звонит неизвестная девица. Говорит, что хочет устроиться ко мне водителем. Я настолько удивлён этим фактом, что диктую ей адрес. Она приезжает через час.

Заходит в кабинет и нерешительно останавливается у двери. Выглядит так, словно попала в логово опасного зверя и боится, что тот на неё набросится. Не набросится, не переживай, этот зверь совсем другой породы.

Разглядываю её. Невысокая худая шатенка с убранными в хвост волосами. На ней чёрные брюки, такого же цвета лодочки и белая рубашка с длинными рукавами. Пуговицы по-пуритански застёгнуты до самого горла, ничего толком не разглядеть, но я всё равно угадываю под хлопковой тканью пышную грудь. Это неожиданно для такой субтильной фигуры. Невольно просыпается воображение. Интересно, как она выглядит в голом виде? Мне всегда нравились миниатюрные девушки с большой грудью. Когда знаешь, что в любой момент можешь скрутить ту, перед которой добровольно становишься на коле… Вот чёрт! Вроде времена спермотоксикоза остались в далёком прошлом.

Провожу ладонью по лицу: наверняка успел покраснеть как помидор. Не хочу, чтобы она заметила мой интерес. Гляжу ей прямо в глаза. Она тоже на меня смотрит. Карие глаза колючие и недобрые, а красные губы брезгливо поджаты. Как будто она пришла не устраиваться на работу, а увольняться со скандалом из-за задержки зарплаты. Что ж, и такое может случиться, если контора не получит крупный заказ в ближайшее время. Придётся банкротиться. Но ей необязательно об этом знать. Мне нужен водитель.

— Присаживайтесь, — говорю я, указывая на стул для посетителей.

Подавляю желание встать и помочь ей со стулом. Я здесь начальник, а не слуга. От слова «слуга», промелькнувшего в голове, становится жарко. Щёлкаю кнопкой настольного вентилятора. Поток прохладного воздуха сносит со лба волосы и становится легче.

Складываю руки перед собой:

— Слушаю вас.

Звучит не очень-то приветливо, но она тоже не лучится добротой. Когда она садится напротив меня, я вижу, что ей лет тридцать. Возможно, немного больше. По-любому она старше меня на несколько лет. Это будоражит.

— Меня зовут Яна.

— А меня Влад.

— Я по объявлению.

— Я понял.

— Мой водительский стаж почти пять лет. Ни одной аварии.

— Рад за вас. В смысле это замечательно. Почему вы решили откликнуться на объявление? Кто вы по профессии?

— Я медсестра. Работаю в больнице посменно, но ищу подработку. Мне нужны деньги.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— А что, медсестра не может найти подработку по профилю? Я думал, это несложно.

Она ещё сильней сжимает губы. Ей неприятны мои вопросы, но она терпит. Её тщательно скрываемая антипатия щекочет нервы. Человек, которого ты раздражаешь, рано или поздно захочет тебя ударить. А я спец в том, как сделать так, чтобы это произошло пораньше. Даже психолога смог довести в первое посещение. Правда, он меня не бил. Умный был мужик, хотя и нервный.

— Я не хочу подрабатывать по профилю, — говорит она. — Сильно устаю в больнице. Решила сменить вид деятельности.

— У меня вы тоже будете уставать, — предупреждаю я.

— Я готова.

— Сколько часов в день вы планируете тратить на работу водителем?

— От четырёх до шести. Можно плавающий график, я подстроюсь.

Меня это устраивает.

— Какая у вас машина?

Она называет марку. Ничего, нормальная, проедет по бездорожью.

— Кондиционер есть?

— Ну конечно.

— Отлично. Больше тридцати тысяч я не смогу вам платить. Бензин и прочие расходы, разумеется, за мой счёт.

— Я согласна, если вы не будете заключать со мной официальный договор.