Лайк за любовь (СИ) - Черничная Алёна

Оказавшись в доме Королевых, я почувствовала себя откровенно неловко: много света, нереальных размеров потолок в гостиной на всю высоту дома, огромная широкая деревянная лестница со стеклянными перилами, тёплые тона мебели и стен делали пространство невероятно уютным, а черные элементы декора и текстиля придавали лаконичность и строгость; и тут я — вся такая в розовом платьице посреди этого храма стиля и моды.

Сестра Егора уже расположилась на диванчике в гостиной, устроившись в самом его уголке, поджав ноги и прижимая подушку к себе.

— Девочки, чай-кофе придется подождать, пока все организую на кухне, — произнес блондин, проходя дальше через гостиную вглубь дома.

— Тебе помочь? — встрепенулась я, все еще ощущая себя дико неуверенно, что согласилась на совместное чаепитие.

Егор отрицательно поморщился и глазами указал мне на диван.

— Мне две ложки сахара, — отозвалась Даша, прежде чем ее брат скрылся из виду.

— Сама закинешь! Не безрукая, — послышался возглас из коридора.

Дашка скривилась и показала язык в сторону, откуда до этого слышался голос Егора.

— А ты Егора откуда знаешь? — с интересом спросила девочка, переключив внимание на меня.

— Ну… — протянула я, осторожно присаживаясь в кресло и ощущая, как моя пятая точка оказывается в невероятном комфорте, — знаю его благодаря кабачкам. Принесла их вашей бабушке, а потом твой братец разбил мой телефон.

— П-ф, Егор — придурок! — Дашка смешно наморщила нос.

Я не сдержала улыбку и, сделав заговорщический вид, прошептала:

— Говорю по секрету: твоему брату я сказала то же самое.

Девочка улыбнулась в ответ. Она была абсолютно не похожа на брата — симпатичная девчушка с огромными насыщенно-зелеными глазами и с шикарной копной волнистых локонов цвета молочного шоколада, лежавшие ровными завитушками на хрупких детских плечах.

— Ну вот улыбаться ты можешь. Так чего тогда зареванная такая?

— Мы переехали, но мне тут не нравится, — произнесла она срывающимся голосом. — Все просто бросили меня. Привезли и бросили. Бабушка, мама, папа. У всех свои дела.

Я удивленно подняла брови:

— Егор же здесь.

— Ага, по полчаса в день, — она поджала губу и шмыгнула носом, вытирая вновь появившиеся слезы.

Видя, что девочка вот-вот разревется с новой силой, я аккуратно переместилась со своего кресла к ней на диван.

— Слушай, сидеть и наматывать сопли на кулак не имеет смысла. Пусть сейчас в огромном доме никого нет, это не значит, что ты никому не нужна. У взрослых все сложнее: работа, дела. Уверена, что скоро вся ваша семья соберется здесь и не будет так тоскливо, — как могла, выкручивалась я. — Сколько тебе лет?

Дашка молча вытерла слезы и сделала прерывистый вздох, уткнувшись глазами в подушку на коленях, и смешно потерла сопливый вздернутый носик рукой:

— Двенадцать.

— Так же, как и ты, я приехала сюда из другого города, — я решила продолжить свой монолог, пока девочка начинала внимательно вслушиваться в то, что говорю. — Мне тоже было двенадцать и казалось здесь все унылым. Теперь люблю это место всей душой. Недаром говорят, что первое впечатление обманчиво: видишь человека и, кажется, что никогда не сможешь с ним общаться, что он противный и неинтересный. Но потом, узнавая этого его ближе, все больше располагает к себе. Так и с нашей деревушкой.

— И как мне узнать что-то большее об этом месте? — Даша серьезно нахмурила свое еще по-детски милое личико.

— Здесь невероятно чистый и спокойный пляж. Есть огромная территория яблоневых садов. Весной и осенью там просто сказка. И Егор, кстати, неплохой экскурсовод, — я с намеком подмигнула девочке.

На ее лице было мелькнула улыбка, как тут же сменилась на унылое выражение:

— Пляж сразу отпадает — не умею плавать.

— Твой брат профессионально занимался плаванием, а ты не умеешь? — с неподдельным изумлением я посмотрела на Дашу. — Так напряги Егора! Пусть научит. Хочешь, могу поговорить с ним? Думаю, что он сможет найти время, — это предложение поступило от меня, даже не успев мною же обмозговаться.

— Правда? Ты поговоришь с ним? — Слезы на щеках Даши практически высохли, сменяясь уверенной улыбкой. — Если ты его и правда уговоришь, то это будет круто! Хотя, не удивлюсь, если Егор откажет. Он иногда такой противный

— Согласна, — засмеялась я, а у самой в голове вертелась мысль: лишь бы теперь не облажаться с данным вопросом. — Егор он…

— «Егор он» что? — раздался на пороге голос обсуждаемого. — А я то думаю, чего у меня так лицо горит. Сплетничаете? Клуб Егороненавистников?

Белобрысая голова появилась из-за угла коридора. Егор сощурил глаза и с любопытством оглядел меня и Дашу.

— Подслушивать некрасиво! — его сестра схватила диванную подушку и запустила в торчащую в дверном проёме голову.

Он технично увернулся, исчезнув буквально на секунду из вида и тут же снова появился в дверном проеме, но уже в полный рост.

— Вижу, вы нашли общую тему для разговора, — он многозначительно покосился в мою сторону, а я взмолилась, чтобы никто не заметил моих порозовевших щек. — Отлично, тогда пойдемте поедим.

Девчушка подскочила с дивана и, быстро прошмыгнув через всю гостиную, оказалась рядом с братом, начиная щекотать ему ребра.

— Дашка! Отвали! — вскрикнул он, пытаясь увернуться от сестры.

— Кира, если Егор много умничает, то щекотка быстро приводит его в чувство, — она убрала руки от него и с довольным видом скрылась в коридоре.

— И о чем вы говорили с Дашкой? Как тебе удалось поднять ей настроение? — поинтересовался Егор, нажимая кнопку на кофемашине.

Резкий звук перемалывания зёрен заполнил эхом просторную кухню. Он сам накрыл на стол, пока мы с Дашей находились в комнате. Аккуратно нарезанные бутерброды, овощи, ровно сложенные сладости в бонбоньерке расположились на огромном длинном столе вдоль витражных окон. Кухня сияла чистотой и стилем, собственно, как и все остальное в доме.

— Ну-у, — потянула я, вертя пальцами пустую кружку перед собой, — мне пришлось пообещать, что ты научишь ее плавать. Тем более, сам говорил, что занимался раньше профессионально.

Я осторожно подняла взгляд на Егора. Мое дыхание замерло в ожидании его реакции. Он повернулся ко мне и озадаченно захлопал глазами:

— В смысле пообещала? Кира, я занимался плаванием, а не тренировал. — Егор со стуком поставил сахарницу на стол. — Меня отдали в бассейн, когда мне было три года к профессиональным тренерам. Да, я умею плавать, но без понятия, как сделать так, чтобы человек не боялся воды и поплыл сам.

— Егор…

— Кира-а, — недовольно простонал он.

Набрав в грудь побольше воздуха, мне ничего не оставалось, как идти до конца. Мне почему-то очень не хотелось подвести эту заплаканную зеленоглазую девчушку.

— Ты хотя бы попробуй. Ей сейчас очень нужно внимание, — я заглянула в его разноцветные глаза и, почувствовав контакт между нами, продолжила. — Она ощущает себя подавленной: переезд, новый дом. Плюс подростковый возраст. И если ты ей сейчас откажешь, то Даша точно будет считать себя одинокой и никому не нужной.

Егор слушал меня, не моргая, а я с надеждой всматривалась в его лицо, мысленно посылая флюиды на положительный ответ.

— Я подумаю… — как-то неуверенно пробормотал он.

— Егор! Вода не закрывается! Помоги! — откуда-то из глубины дома раздался Дашкин возглас.

Не отрывая от меня своих глаз, парень попятился к двери и скрылся за ней. Пищание кофемашины противным звуком заполнило возникшую тишину на кухне, а аромат свежезаваренного кофе мгновенно разлетелся по воздуху. Но раздавшийся шум в коридоре, заставил меня замереть с чашкой в руках.

— Ау! Кто дома? — позвал незнакомый женский голос.

Через несколько секунд в дверях появилась невысокая светловолосая дама в строгом кремовом брючном костюме. Она осмотрела кухню глазами, остановив взгляд на мне. Ее черты лица показалась мне очень знакомыми, а особенно то, как она прищуривала голубые глаза…