MarInk - Жизнь в зеленом цвете - 4

Не успел Гарри договорить фразу, как в его сознании «кто-то» было заменено словом «Малфой». Но как он сумел?.. «Против Поттера последний план сколько сил отнял…» Слова Гойла эхом отдались в мозгу Гарри. Пожалуй, это был первый раз в жизни Кребба, когда кто-то придавал значение его словам.

- Это неважжжно, хххозззяин Гарри, - Северус не собирался спорить с Гарри по этому поводу. - Важжно, чшшто ты ссобираешшьссся делать ссс этим…

- Это как-нибудь лечится? - Гарри справедливо решил, что самое ядовитое создание на свете, знающее в ядах толк, должно хотя бы ведать достоверно, что и как лечится.

- Нет, ххозззяин Гарри.

- А если я превращусь в дракона, это поможет? - с надеждой спросил Гарри, отгоняя от себя ту мысль, что отравить его Малфой после того дня в начале марта не мог, потому что Гарри практически ничего не ел и совсем не появлялся в Большом зале, а значит, травил до, как минимум с Рождества. А с тех пор Гарри уже превращался в дракона.

- Нет, хххоззяин Гарри, - Василиск покачал головой. - Этот яд дейссствует на твою ссссуть, а не на тело…

- Так мне что, остаётся только примерить белые тапочки и заказать гроб по росту? - расстроенно буркнул Гарри. Конечно, совсем не так давно самоубийство казалось ему действенным выходом из ситуации… но ключевое здесь не «-убийство», а «само-»!

- Не обяззательно, ххозззяин Гарри, - василиск издал короткий смешок.

- Тогда что делать?

- Этот яд можжжет быть выгнан иззз твоей крови только другим сссмертельным ядом…

- А не всё ли равно, чем травиться? - не понял Гарри.

- Но есссли этот второй сссмертельный яд подейссствует на тебя, но не убьёт, ты будешшшшь здоров… - Северус сделал многозначительную паузу.

Гарри показалось, что кто-то из них двоих двинулся умом. Впрочем, определить, кто именно, было очень сложно, так что Гарри склонялся к товарищескому справедливому варианту «оба».

- Если на меня подействует смертельный яд, но я не умру? Это как так?

- Это, например, есссли я укушшу тебя, хххозззяин Гарри… Ты мой хххозззяин, и я не могу причшшинить тебе вред, но мой яд оссстаётссся дейсственным…

- И что я буду в таком случае чувствовать? - с подозрением уточнил Гарри.

- Только ссслабоссть, хххозззяин Гарри, потому чшшто на борьбу оба яда возззьмут твои сссилы… но есссли ты не ххочшешшь, найди другой ссспоссоб. Быть можжет, он появилссся за то время, чшто я был ззздессь…

Гарри, знавший тему «Противоядия» назубок и прочитавший об этом много дополнительного, в школьную программу не входившего вообще, очень сомневался, что оно появилось. В последние века наука зельеварения в отношении ядов и противоядий развивалась по двум путям: изобретение, во-первых, новых ядов, действующих как можно быстрее, чтобы травимый не успел ничего распознать и вовремя очухаться, как это случилось с Гарри, и, во-вторых, превентивных мер к ним же, а вовсе не к старым медлительным и верным методам. Ведь не подскажи Гарри василиск, что делать, в школьном душе наверняка валялся бы труп вскрывшего себе вены Гарри Поттера… Морщась по привычке, Гарри потирал виски кончиками пальцев, стимулируя дававший в последние дни сбои мыслительный процесс, и только две минуты спустя понял, что голова, оказывается, не болит. С того самого момента, как он закрыл за собой вход в Тайную комнату.

Гарри готов был вознести любые благодарственные молитвы Салазару Слизерину, догадавшемуся экранировать свою Комнату от ментального мусора. Может, у основателя змеиного факультета были те же проблемы, что и у Гарри, и он ходил сюда отдохнуть от чужих эмоций?

- Ты можешь сделать это прямо сейчас?

- Да, ххозззяин Гарри, - василиск склонился над услужливо подставленной рукой Гарри - той самой, что со шрамами в виде спирали - и слегка вонзил кончик одного из чудовищных, во всю руку Гарри, зубов в легко поддавшиеся кожу и плоть. Гарри чувствовал запах яда - жгучий, щекочущий ноздри. Несколько тёмно-фиолетовых капель выползло из раны, протиснувшись между зубом и кожей, и стекло вниз, на пол. Больно почти не было - во всяком случае, по сравнению со всем тем, что он пережил с начала марта, это были сущие пустяки.

- Всссё, - Северус отстранился.

Ранка была совсем небольшой, но не закрывалась; плоть внутри была лиловой, пропитанной ядом. Гарри с любопытством наблюдал, как она розовеет, а яд постепенно уходит, впитываясь всё глубже и глубже.

«Ну уж если я и теперь не сдохну, то вообще никогда не сдохну. Я буду вечно жить и мучиться».

- Теперь мы ссвяззаны, ххозззяин Гарри.

- Что ты имеешь в виду?

- Я пробовал твою кровь. Ты содержишь в сссебе мой яд, который никогда не уйдёт иззз тебя. Теперь я никогда не подчинюссссь другому змееусссту, пока ты жжжив.

- Он никогда не уйдёт из меня? Почему?

- Потому что мой яд сссмертелен. Единссственное, что можжет выжжечшшь мой яд иззз крови, это ссслёззы феникссса… но тебе это не нужжжно, потому чшшто ты мой ххозззяин, и я не могу причшинить тебе вред. Но любой другой яд будет изззгнан изз твоей крови моим.

- А ты собственник, как я погляжу, - ухмыльнулся Гарри, поудобнее вытягивая ноги - его начало клонить в сон.

- Ессть такое дело… - признал Северус, сворачиваясь вокруг Гарри чуть потуже.

- Ты когда-нибудь был связан так с кем-нибудь?

- Да, ссс тем, кого ты назззываешшь Сссалаззаром Ссслизззерином. Но он умер так давно, чшшшто я зззабыл, как это бывает.

- А тебе… нравится быть связанным? - встревожился Гарри. - То есть, если ты не хочешь от меня зависеть, мы можем найти способ избавить тебя от этого…

Василиск тихо рассмеялся, если к раздавшемуся шипению и слабому хрипу можно применить данное слово.

- Ты лучшшший ххозззяин изз всссехх, чшшто бывали со мной, ххоззяин Гарри. Я ххочшшу зависсеть от тебя. Такие, как ты - редкосссть…

- Почему?

- Потому чшшшто ты огонь и лёд, - невнятно ответствовал василиск. Гарри подумалось, что василиски должны быть в родстве с призраками - Кровавый барон имел привычку изъясняться точно так же загадочно. Как правило, доходило до Гарри всё подобное лишь постфактум, так что в этот раз он даже не стал просить объяснений.

Вместо этого Гарри зевнул и свернулся калачиком, улёгшись боком и головой на бок василиска.

- Я посплю тут у тебя, Северус, хорошо…

Василиск прошипел что-то утверждающее, но Гарри уже не слышал. Ему снилось, как он тонет в чёрном липком море, и зовёт на помощь, и чьи-то руки, много сразу, вытягивают его на берег, и дают чистой воды, и обнимают, и усаживают на мягкое и тёплое лицом к солнцу - и Гарри готов был подтвердить под любой присягой, что таким ласковым, таким нежным, таким целительным солнце ещё не бывало никогда…

Он чувствовал себя слабым; его можно было в этот момент оттирать с пола тряпкой, потому что сам себе он напоминал жидкое желе. Голова болела - не от чужих эмоций, а просто болела.