Вечное Лето, Том IV: Звёздная Пыль (СИ) - Macrieve Catherine

Это даже мысленно сложно произнести, не то что вслух. Алистер всегда испытывал вину перед друзьями за то, что произошло из-за его отца – и за то, что он сам бросил их в критический момент. Суды, компенсации… Ничто на свете не могло унять этого мерзкого чувства вины, хотя Грейс и убеждала Алистера в том, что он сделал то, что считал нужным, когда бросил их в комплексе «МАСАДА»… И что нельзя винить себя в том, что сделал Эверетт Алистер Рурк Первый.

– Это сделал он. Не ты.

Больше всего на свете Ал боялся, что станет таким же, как он. Иногда, когда ему присылали результаты очередных исследований на Ла-Уэрте, он ловил себя на азарте и каком-то злом удовлетворении от того, что ему открываются неизвестные никому доселе тайны мироздания. Но рядом всегда была Грейс, которая направляла результаты открытий в нужное русло – чета Холл-Рурк никому не сообщала о своих настоящих целях. Грейс загорелась этой мыслью ещё тогда, в Элистель, когда Сердце острова исцелило Куинн от неизлечимой болезни. И то, что теперь они привлекают лучших учёных, чтобы из остатков инопланетной энергии на Ла-Уэрте извлечь эссенцию, способную исправлять непоправимое… В этом Алистер признаться не мог бы. Слишком уж это напоминало «благие» цели Рурка-старшего. И хотя Грейс неустанно напоминала, что они ни за что не зайдут так далеко, иногда Алистера мучила совесть.

Слабым утешением служило то, что у них по-прежнему ничего не получалось.

Слишком мало всего этого осталось на Ла-Уэрте. И слишком многое зависело от Ваану. Хотя остров остался в том же виде, что до его исчезновения, новых аномалий не происходило.

После того, как Алистер узнал о работе Сайласа Прескотта, он принял решение закрыть исследовательскую лабораторию. Конечно, он ещё не успел сообщить об этом Грейс – оба были слишком заняты новым приключением, если это вообще можно так назвать. Но, во всяком случае, Ал пришёл к однозначному выводу: если и продолжать исследования, так вдвоём. Никто со стороны не должен в этом участвовать.

А теперь Алистер уверен на сто процентов в том, что Блэр Холл занималась чем-то схожим. Да только нет никаких доказательств.

– Стойте! – внезапно окликает их мужской голос, когда Алистер и Грейс приближаются к выходу из здания. Алистер оборачивается, изумлённо глядя на запыхавшегося молодого человека, того самого, который зашёл в кабинет Блэр, чтобы «проводить гостей». – Подождите, – с трудом переводя дух, бормочет он. – Вы ведь… Вы дочь мадам Холл? – Он с двенадцатого этажа пешком спускался, что ли? Бегом? – Я… Слушал… Ваш… Разговор, – выговаривает молодой человек. – Мы… Можем… Поговорить? – Глаза Грейс изумлённо расширяются, и она находит в себе силы только кивнуть. – Нужно… Спокойное место, – бормочет молодой человек, – и… после семи вечера. Хорошо? Не могу сейчас уйти. Но у меня есть для вас информация.

Алистер достаёт из кармана блокнот и ручку и быстро пишет адрес их лондонской квартиры. Молодой человек прячет лист в карман и, кивнув, убегает в сторону лифта.

– Ты считаешь, что это разумно? – взрывается Грейс, едва они садятся в машину. – Алистер! Ты пригласил в наш дом незнакомого человека! Человека, который работает на эту… на мою мать! Ты в своём уме?

Алистер только пожимает плечами. В упрёках Грейси есть рациональное зерно, но что-то в облике молодого человека – как там Блэр его назвала? – заставило думать, что ему можно доверять. Впрочем, время покажет. В конце концов, в квартире ждут Зара и Крэйг, и ещё вопрос, кому стоит опасаться этой встречи.

– Не нравится мне это, – равнодушно бросает Зара, закинув обутые в ботинки ноги на дорогую обивку кресла, – вообще. Всё это, – она ведёт рукой, будто на самом деле ей не нравится квартира Алистера и Грейс.

– Успокойся, Z, – фыркает Крэйг, – ну, что, мы с одним мудаком не справимся?

– А если он придёт не один? – резонно спрашивает Грейс.

– Как будто кто-то его пропустит, – ворчит Алистер. – У нас в доме консьерж, помните?

– О да, – закатывает глаза Зара, – это, конечно, предотвратит любое вооружённое нападение.

Алистер пожимает плечами. Да, об этом он не подумал.

Однако опасения себя не оправдывают. В половине девятого раздаётся звонок на городской телефон, и консьерж вежливо интересуется, ждёт ли мистер Рурк гостя. Алистер просит консьержа описать прибывшего, и это описание совпадает с внешностью молодого человека, встреченного ими в офисе «Mansingh International».

Ещё спустя несколько минут в дверь раздаётся звонок. Открывать идёт Крэйг, откинувший полы пайты так, чтобы было видно «глок» за его поясом.

– Д-добрый вечер, – молодой человек, опешив от вида агрессивно скалящегося Крэйга, заикается и пятится. – Я… Я Чарльз Рейнольдс, м-мы с миссис Холл-Рурк и её мужем…

– Крэйг, пропусти его, а то он сейчас обделается, – фыркает Зара. Чарльз переводит на неё взгляд и нервно сглатывает.

Для полного комплекта не хватает Эстеллы с её ножичками. Или Майка с его бионическим глазом. Но у этих двоих сейчас другая миссия – Маккензи.

Когда Алистер об этом вспоминает, у него пальцы холодеют.

– Итак, мистер Рейнольдс, – произносит Грейс, сидя напротив гостя и буравя его суровым взглядом. Таким, что даже Алистеру хочется сбежать куда-нибудь подальше и не показываться на глаза жены денёк-другой. – С чем вы к нам пожаловали?

– М-миссис Холл-Рурк, – Чарльз по-прежнему заикается, – вы спрашивали Мадам о… кристаллах… и острове…

Что-то в том, как Чарльз произносит это почтительно-вычурное «Мадам» настораживает Алистера.

– Моей матери ничего не известно, – с неуместной улыбкой отвечает Грейс. – Что, в этом случае, может быть известно вам, мистер Рейнольдс?

– Дело в том, что Мадам и я… Мы…

– Господи! – вдруг восклицает Грейс, и с неё слетает напускная холодность. – Фу. Фу! Какая гадость! Сколько тебе лет, Чарли?

– Д-двадцать три, мэм.

Зара изображает рвотный позыв. Крэйг переводит растерянный взгляд с Чарльза на Грейси.

– У моей матери любовник моложе, чем я, – качает головой Грейс. До Алистера запоздало доходит: то, что она сказала Блэр в офисе, было всего лишь попыткой её оскорбить, но на деле оказалось правдой. – Но это ничего не объясняет. С чем вы пожаловали, мистер Рейнольдс? – она снова возвращает себе самообладание и говорит с той же ледяной вежливостью.

– Мадам… Занимается нехорошими вещами.

– Избавь от интимных подробностей, малыш, – встревает Зара, уставшая, по-видимому, изображать рвоту.

– Я не… Я не в этом смысле, мэм, – пугается Чарли. – То есть… Понимаете, Мадам вам соврала. Она знает об острове и о кристаллах. У неё есть… Подпольное предприятие. Оно оформлено на подставное лицо. Это… лаборатория в Колумбии. Понимаете, – снова говорит он, – я был с ней в Колумбии и слышал просто ужасные вещи. Я не могу сообщить об этом властям.

– Почему? – спрашивает Крэйг.

– Я боюсь, – просто поясняет Чарльз, – дело в том, что мой… Предшественник… Он улетел с Мадам в Колумбию и больше не вернулся.

– И что в этом такого? Ну, уволился, может, – замечает Зара, – и вообще, может, ему надоело пёхать эту твою «Мадам»…

Грейс бросает на Зару такой взгляд, что Алистер невовремя вспоминает: вообще-то, они сейчас говорят о его тёще.

– Он не уволился, – качает головой Чарльз, – он умер. Мне сказали, когда я… Когда устроился на работу, в общем.

– Люди часто умирают, – бросает Зара, доставая планшет. – Как, говоришь, звали этого предыдущего?

– Руперт Льюис, мэм.

Зара кривится от этого обращения и яростно тычет пальцем в экран планшета. Спустя несколько минут, в течение которых Грейс буравит Чарльза испытующим взглядом, а Крэйг нервно стучит ногой по полу, Алистеру кажется, что этот ритмичный стук отдаётся в его черепе.

– Нашла, – сообщает Зара, – «несчастный случай на производстве». Ни слова о Колумбии, – она вопросительно смотрит на Чарльза.

– Мэм, – голос Чарльза вновь дрожит, – вы ведь можете найти всё, что угодно?

Зара польщённо улыбается.