Джуд - Драко Малфой и Солнечный путь

так что кончик его носа коснулся гарриного.

- Ты что плачешь? - шепотом спросил Гарри, бессознательно зарывая пальцы в платиновые волосы. - Все же

хорошо…

Драко кивнул, его волосы скользнули по лицу Гарри, посылая волну восхитительного аромата "тропик",

потом одна его ладонь оказалась на талии Гарри, а другая - в волосах, бережно нажимая на затылок, и в

этот момент щелкнула дверная ручка. Гарри отскочил назад; Драко злобно посмотрел на вошедших в туалет

девчонок. Те растерянно столпились на пороге.

- А что вы тут делаете? - выдавила наконец Лаванда Браун.

- Трахаемся! - огрызнулся Драко. - Неужели не похоже?

Он выскочил из туалета будто ошпаренный, намереваясь бежать - куда? Наверное, куда глаза глядят; но он

успел только преодолеть половину коридора, когда его окликнули:

- Малфой, погоди!

Драко, скрестив руки на груди, уставился на Гарри.

- Развлекся, Поттер?

- Прекрати, Драко, - устало отозвался Гарри. - Почему ты вечно устраиваешь истерики?

Несколько мгновений у Драко было такое выражение лица, словно он и впрямь намерен закатить истерику.

Но вот черты лица отвердели и застыли, словно затянутые льдом - перемена, которую Гарри видел уже не в

первый раз, - и Драко произнес:

- Прости. Я не хотел тебя беспокоить.

- Ты меня вовсе…

- Я же сказал - прости. Что ты намерен сейчас делать?

- Я пойду к Дамблдору, - Гарри - и снова не в первый раз решил оставить бесполезную попытку

достучаться до Малфоя. - Мне кажется, я видел змею там, внизу.

Драко передернул плечами.

- Я бы сказал, что у тебя были глюки, Поттер. Во всяком случае, если судить по тому, как я нашел

тебя…

- Драко, кто-то закрыл проход! - вскипел Гарри. - И ты можешь сколько угодно считать меня психом…

- Ура, я, наконец, получил разрешение, - ядовито заметил Драко.

- Меня там заперли, и я видел василиска! - воскликнул Гарри. - Спасибо, конечно, что вытащил меня, но

это еще не дает тебя права обвинять меня во лжи!

- А я и не обвиняю, я думаю, что ты псих, - усмехнулся Драко. - Ты мне сам только что разрешил. Ладно,

пошли, - он протянул было Гарри руку, но тут же убрал ее. Впрочем, Гарри, кажется, этого не заметил.

- Куда пошли?

- К Дамблдору, конечно, - удивился Драко. - Ты же собирался…

- Я тебя ненавижу, - пробурчал Гарри, обгоняя Драко и устремляясь вперед по коридору. Сзади донесся

легкий смешок.

* * *

28 февраля 1998 года, около шести вечера, слизеринская гостиная

Слизеринская гостиная окружила Драко возбужденной толпой. Никого, естественно, происшествие с Криви не

расстроило; напротив, все, как и пять лет назад, лихорадочно ожидали дальнейших событий, и шепот

"Наследник Слизерина" крался по подземельям.

Драко вкратце пересказал слова Дамблдора, отбился от дурацких расспросов и, прихватив Малькольма,

поднялся с ним в свою спальню.

Они сидели в кресле - Малькольм на коленях у Драко, - целовались, Драко курил, а Малькольм отнимал у

него сигарету, и Малфой, размышлял, как это, должно быть, мило, возможно, даже возбуждающе смотрится

со стороны. Блэйз ему недавно сказала, что они с Малькольмом - красивая пара…

- Оставь сигарету! - неожиданно вспылил он. - Ты можешь посидеть спокойно хоть минуту?

- Извини, - Малькольм моментально покраснел.

- И вообще, слезь с меня! - Драко резко двинул коленом, и Малькольм слетел на пол.

- Извини, - повторил Малькольм, отводя глаза. - Мне уйти?

- Если бы я хотел, чтобы ты ушел, я бы так и сказал, - отрезал Драко. - И прекрати, наконец,

извиняться. Поди сюда.

Малькольма не надо было просить дважды - он живо вскочил на ноги и почти подбежал к Драко. Тот положил

руки мальчику на бедра и неторопливо притянул его к себе, поставив между колен.

- Я тебя люблю, - нежно прошептал Малькольм, наклоняясь к нему.

- А я тебя нет, - отозвался Драко, захватывая губы Малькольма.

В дверь громко и нетерпеливо постучали, и Драко отстранил от себя Малькольма, с мрачной радостью

отметив, что глаза мальчика повлажнели.

- Кто там?

- Малфой, открой, - раздался голос Паркер. - Поттер не у тебя?

Драко открыл дверь и с элегантным возмущением посмотрел на незваную гостью.

- С какой стати он должен быть у меня?

- Ну, а вдруг? - Паркер нагло окинула взглядом комнату и, увидев Малькольма, скривила губы. - Вижу,

что нет. Грейнджер его ищет. Его нет в гриффиндорской гостиной и нет вообще нигде, где он может быть.

Она подумала, что он мог пойти к тебе. Ты не знаешь, где он?

- А я должен? - приподнял левую бровь Драко.

- Не знаешь - так и скажи, - пожала плечами Сольвейг. - Не видел, не знаешь, не был, не участвовал.

Пошла докладывать…

- Паркер, погоди, - Драко повернулся к Малькольму. - Подожди меня здесь.

Они вышли, и Драко спросил:

- Грейнджер собирается его искать?

- Конечно, - усмехнулась Сольвейг. - Гриффиндорцы не бросают друзей предположительно в беде.

- Я помогу, - сказал Драко.

Грейнджер дожидалась их у входа в слизеринскую гостиную, только что не подпрыгивая от волнения. Не

давая ей задать ни одного вопроса, Драко услал девчонок к Хагриду. Они объясняли ему, что уже были

там, но Драко был настойчив, утверждая, что Гарри мог забрести в Запретный лес и выйти оттуда к

Хагриду, или он до сих пор там, и тогда надо попросить Хагрида найти его.

Когда, девушки, наконец ушли, Драко двинулся по коридору на третий этаж, к туалету Плаксы Миртл. Если

бы кто-нибудь спросил его, с чего он взял, что Гарри нужно искать именно там, он бы ответил, что ему

подсказал внутренний голос. У него был хороший внутренний голос, и, в отличие от внутренних голосов

всех прочих людей на земле, у этого было имя - Рональд Уизли.

* * *

Не иначе, Дамблдор ухитрялся каким-то образом знать обо всем, что происходит в замке. Наверное, у него

есть всевидящие зеркала, настроенные на все помещения Хогвартса, мрачно подумал Драко. Старый

вуайерист…

Он ждал их у входа в свой кабинет. Попросил Драко остаться, а Гарри повел наверх.

Драко остался, что было совсем не обязательно. Вряд ли Дамблдор хотел с ним поговорить: хотел бы -

позвал вместе с Гарри, не показания же он сверять будет, в самом деле. И ждать Гарри было незачем.

Момент был упущен, наверное, безвозвратно, хотя Драко не знал, в чем его ошибка. Ему об этом даже

думать не хотелось. Тяжесть собственной любви надавила на него совсем как прошлой весной, и снова

захотелось все бросить. Было время, когда он считал, что человек в состоянии управлять своими

чувствами, любить или не любить по желанию, и, более того, он сам умел это делать. Тогда. Не теперь.