Shinmaya aka Fred - Частные уроки

— Расслабься, — Йоичи похлопал его по плечу. — Это каждому из нас придется пройти. Рано или поздно родители узнают.

Тетсу размешивал трубочкой сливки в коктейле.

— Мне кажется, я не смогу признаться отцу. Конечно, он принял Хаято, но я — совсем другое дело! Хаято он не воспитывал и думает, что теперь поздно что-то менять. А если я ему скажу, что голубой, тоо-сан подумает, что виноват в этом.

— Твой брат — гей? — Йоичи казался очень удивленным.

— Да, и не скрывает этого.

— Вот как… — семпай задумался о чем-то на несколько мгновений. — Тогда у тебя просто очаровательный отец, раз он принял гомосексуальность сына!

— Он все равно очень переживает по этому поводу. Представь себе, когда к Хаято пришел его… — Тетсу запнулся, — бойфренд, тоо-сан начал на полном серьезе расспрашивать их о будущем: как они собираются жить вместе и все такое?

Йоичи присвистнул.

— Вот это папка! Повезло!

— Но я все-таки не уверен, что он так же примет и меня. Не знаю, почему, я всегда боялся его разочаровать. И вот теперь, кажется, как никогда близок к этому.

Семпай смотрел на Тетсу очень пристально, не отрываясь.

— Скажи, где ты покупаешь такие классные линзы? Так естественно смотрятся!

Тетсу улыбнулся.

— Я ношу прозрачные линзы. Это мой настоящий цвет глаз. Дедушка был американец.

— Тебе идет, — Йоичи наклонился к нему и провел рукой по щеке мальчика. Тетсу понял, что сейчас семпай поцелует его.

Он не закрывал глаз, только приобнял Йоичи за плечи и попытался расслабиться. Семпай целовался уверенно, но нежно, без грубой настойчивости. Но чего-то все равно не хватало. Тетсу понял, что отчаянно ищет своим языком металлический шарик в языке Йоичи. Но у семпая не было пирсинга, может, поэтому поцелуй казался Тетсу неправильным… ненастоящим.

Мальчик заметил через два столика от них знакомую черно-розовую шевелюру Хаято. Он уложил лаком пряди на макушке, так что теперь они торчали в разные стороны. Тетсу узнал и футболку брата со смайлом спереди и фразой "Fuck me here" и стрелкой сзади.

"В тему оделся… Наверное, рассчитывает кого-то подцепить на ночь. Или уже подцепил".

Рядом с Хаято сидел молодой человек, одетый очень мажорно и вызывающе. По такому можно было сразу судить о его ориентации. Куда глядели глаза Хаято? Как ему может нравиться такой расфуфыренный педик?

Дрожащими руками Тетсу оттолкнул Йоичи-семпая. И в этот момент Хаято поднял глаза. Их взгляды встретились.

У Тетсу горели щеки и появилось щекочущее чувство в груди. Сейчас брат подойдет к нему и устроит разборки… Конечно, устроит. Ведь не может он спокойно отнестись к тому, что Тетсу выпивает в гей-баре с каким-то сомнительным красавчиком?! Как он может смотреть так спокойно?! Почему отводит взгляд?! Чему он сейчас улыбается?!

— Так и знал, что тебе не понравится, — выдохнул Йоичи-семпай.

— Что? — Тетсу почти не слышал его слов. Он смотрел, как брат берет парня за подбородок и целует его. С закрытыми глазами, наслаждаясь процессом. Руки парня гуляют под футболкой брата, тот углубляет поцелуй. В приглушенном свете иногда блестит пирсинг в губе Хаято.

Закончив поцелуй, брат шепнул что-то на ухо парню, и они оба встали и направились к выходу. Проходя мимо Тетсу, Хаято кивнул ему.

— Привет, — выпалил мальчик в ответ, но тот даже не обернулся.

Почему он ушел?! Неужели ему плевать на Тетсу? Раньше Хаято ни за что бы не допустил такого? А теперь готов мириться с тем, что его раздевает глазами толпа педиков? Как он может быть таким спокойным?

Тетсу был готов расплакаться. Он сжимал руки в кулаки и кусал губы от обиды. Хаято должен был кинуться к нему, схватить за локоть и вывести из этого бара, а потом избить Йоичи. Что угодно, только не такая реакция. Почему?

— Кто этот красавчик? — спросил Йоичи, когда Тетсу немного пришел в себя.

— Мой брат.

— Тот самый, что убьет меня?

Тетсу сдавленно кивнул.

— Ну что, пойдем закажем столик для бильярда? — Йоичи подбадривающее похлопал Тетсу по спине.

— Я же говорил, не надо делать из меня девочку! — возмущался Тетсу, когда Йоичи сошел с поезда вместе с ним.

— Ты еще слишком мелкий, чтобы шляться в одиночку в такое время. Так что я имею полное право тебя проводить

— Ладно, уговорил.

По парку они шли за руки. Тетсу вспомнил, как однажды шел вот так же вместе с Хаято. Тогда он не задумывался ни о чем, просто наслаждался моментом. Сейчас он мечтал сделать себе укол морфина, что угодно, лишь бы забыть обо всем, что связано с его братом.

Они остановились у подъезда.

— Не буду предлагать тебе зайти, — сказал Тетсу. — Хватит с моего отца педиков.

Йоичи рассмеялся.

— У тебя очень классное чувство юмора. Ну что, — он потрепал мальчика по волосам. — Я пойду?

Он на секунду задержался, потом повернулся и сделал несколько шагов обратно.

— А я думал, ты меня поцелуешь, — усмехнулся мальчишка.

Йоичи остановился.

— Ты этого хочешь?

— А ты?

— Не люблю, когда меня используют в качестве болеутоляющего, — бросил он через плечо и зашагал в сторону метро.

К собственному удивлению, Тетсу побежал за ним. Догнав парня, он крепко схватил его за локоть.

— Что ты имеешь в виду?! — громко спросил он.

— Я хочу думать, что интересен сам по себе, а не как попытка забыть о ком-то.

— Мне казалось, ты — тот еще плейбой, — заметил Тетсу. — Ты же хотел меня трахнуть, черт возьми!

— Я могу трахать парня, к которому не испытываю чувств. С тобой бы я предпочел заниматься любовью. Пока.

Как можно быть таким идиотом, чтобы даже малознакомый парень обо всем догадался? Сколько еще человек будут знать о них с братом?! Тетсу медленно добрел до подъезда, не задумываясь, набрал код.

Он надеялся, что Йоичи никому не расскажет о них с Хаято. Ему было немного стыдно перед семпаем — ведь он действительно пытался забыть о брате, встречаясь с ним. Сатоши подсунул ему Йоичи в качестве терапии. Интересно, что именно Тояма-семпай знает о них с Хаято?

Первое, что увидел Тетсу, открыв дверь, — недовольный и обеспокоенный взгляд отца.

— Ты знаешь, сколько времени? — спросил тоо-сан.

— Не особенно представляю, — честно ответил мальчик.

— Половина первого ночи, — отчеканил отец. — Как ты это объяснишь.

— Я и раньше приходил поздно… С Хаято.

— Это другое дело! Тебе всего четырнадцать! Ты еще слишком мал, чтобы приходить так поздно одному!