MarInk - Жизнь в зеленом цвете - 7

- Командир… - нерешительно пискнул Колин. - Может, ты не пойдёшь на эту битву?

- Думай, что говоришь, Колин, - резко сказал Гарри. - По-твоему, я должен посылать людей на смерть, а сам отсиживаться в неприступном замке?

- Но ведь ты важнее всех нас, командир, - сказал Деннис. - Если тебя убьют, что нам делать?

- Жить, Деннис. Просто жить. И я не важнее никого из вас; более того, я куда менее важен, потому что у меня есть это глупое пророчество, и ничего нет, кроме него. А у вас - целые жизни, понимаешь? И вам - их - жить. Будь моя воля, я бы отправился туда один, чтобы разрешить это наконец. Но вы, вся Эй-Пи, меня одного не отпустите - спасибо тебе за это, Ли, персональное.

- Не за что! Чуть что - обращайся! - отозвался Джордан с ухмылкой.

- Так или иначе, мы забрались в какую-то лирику, - Гарри тряхнул головой. - Вопросов больше нет? Тогда начните эвакуацию немедленно. Я понимаю, что сейчас ночь, но надо спасти очень многих.

- Не беспокойтесь… - сказала профессор МакГонагалл. Гарри ждал привычного «Поттера», но она серьёзно добавила:

- Командир.

* * *

- Эвакуация окончена.

- Спасибо, Сириус, - Гарри улыбнулся крёстному. - Никаких проблем не возникло?

- Нет, - Сириус, с лёгкой неприязнью поглядывая на зелёно-серебрянный интерьер гостиной, сел на диван рядом с Гарри. - Сейчас несколько человек из Ордена проверяют, не остался ли кто в домах. Хорошо, что они один раз уже эвакуировались - собрались быстро и без вопросов. Одна девушка, правда, сокрушалась, что не может взять с собой пианино, а ей, дескать, хочется играть.

- Поиграет после войны, - хмыкнул Гарри, откладывая в сторону дневник Снейпа, который читал. - У них есть с собой зеркала связи?

- Да, конечно. Уж что-то, а предусмотрительность ты умудрился вбить даже в самых гриффиндористых гриффиндорцев.

- Это хорошо, если умудрился… Сириус, мы в последнее время редко видимся…

- Мне казалось, ты не хочешь меня видеть, - лицо Сириуса закаменело. - Раньше ты заходил к нам с Ремом…

- Я просто постоянно занят, - Гарри накрыл ладонью руку крёстного. - Я очень хочу видеть и тебя, и Ремуса.

- Ты наверняка уже прочёл снейповский дневник… - Сириус коротко взглянул на тетрадку на подлокотнике дивана; по обложке нельзя было понять, дневник это или нет, но интуиция на этот раз не подвела крёстного.

- Пока не весь. Не встретил ещё ничего такого о тебе, чего бы не знал.

- Значит, встретишь, - мрачно предрек Сириус.

- Что именно? Может, ты сам мне расскажешь?

Сириус на миг сжал руку Гарри и отпустил; наклонился вперёд, упираясь локтями в колени; иссиня-чёрные длинные волосы закрывали лицо.

- Если честно, Гарри, я не знаю, что об этом сказать. Раньше я не думал бы над этим… но после того, как ты упал за Арку из-за меня, я не могу больше так, как раньше. Я… я просто не знаю, что именно я тогда сделал. То есть, технически выражаясь, я послал Снейпа на смерть в Визжащую хижину в полнолуние, я травил его перед этим, как никогда раньше, я лез в личную жизнь Джеймса, потому что до того у Джеймса не было никакой отдельной личной жизни, мы с ним всё знали друг о друге. Но я не знаю, что сделал. Я не знаю, что было между ними до того, как я вмешался. Двадцать лет спустя до меня дошло, что я был слепым идиотом - поздновато, не находишь?

- Было бы куда хуже, если бы ты дожил до глубокой старости уверенным, что всё сделал тогда правильно, - задумчиво сказал Гарри. - Может, тебе станет легче, если я скажу, что они сами не понимали, что между ними творится?

- Им было по шестнадцать, что они могли понимать в это время? - Сириус потёр виски. - То есть, не могу сказать за Снейпа, но Джеймс повзрослел уже только после шестого курса. На седьмом он нам прямо сказал: или мы прекращаем выделываться и берёмся за ум, или мы больше ему не друзья. Мы всегда шли за ним, и этот раз не стал исключением. Но только Ремус, наверно, был рад, что пришёл конец нашему раздолбайству.

Гарри обнял крёстного за плечи.

- Сириус… когда я дочитаю дневник, я обязательно скажу, если моё мнение о тебе как-нибудь изменится. Ладно? Я с тобой обязательно поговорю об этом… ты ведь мой крёстный.

- Если мнение изменится? А какое оно у тебя сейчас?

Гарри помедлил, прежде чем ответить.

- Мне ещё ни разу не было жаль, что я упал в Арку ради тебя.

- Сириус Блэк! Сириус Блэк! - загнанно повторял чей-то голос из кармана брюк крёстного. - Сириус Блэк!

- Да, говори! - в зеркале, которое Сириус в спешке едва не разбил, отражалось смутно знакомое Гарри лицо - кажется, кто-то из семикурсников Рэйвенкло.

- Они пришли! Они напали на нас… Пожиратели, их сотни, их тысячи… - семикурсник тяжело дышал; в глазах у него метался ужас, который Гарри почти чувствовал через всё расстояние, что отделяло сейчас его от маленького провинциального городка, где он вырос.

- Мы немедленно идём на помощь, - Гарри отобрал у Сириуса зеркало. - Продержитесь несколько минут.

- Постараем… - в зеркале отразилась сплошная стена огня, послышался тошнотворный громкий треск; зеркало на миг помутнело, и Гарри с Сириусом сумели разглядеть в нём только собственные встревоженные лица.

* * *

В небе над Литтл-Уингингом пылали сотни Меток; полупрозрачные мерцающие черепа и змеи наслаивались друг на друга, подрагивали под порывами ветра, расцвечивали тёмное предрассветное небо мертвенным зелёным цветом. Десятки домов пылали; огонь и дым прорезали вспышки заклятий.

Гарри не стал разворачивать драконьи крылья; он только вскинул палочку и крикнул:

- Avis ignis!

Громадный феникс неторопливо развернул крылья, закрывая три четверти Меток; жар иллюзорного птичьего тела достигал земли - Гарри почувствовал, как пересыхают губы.

Это был ад.

Пожирателей было не меньше двух тысяч - едва ли не больше, чем жило людей в Литтл-Уингинге; в распоряжении Гарри было несколько сотен человек. Надо было уходить, срочно, сматываться, отступать - иначе их всех положат здесь, между респектабельными двухэтажными домами, на аккуратно подстриженных газонах. Но Пожиратели теснили их, убивали их, не давали опомниться и подобраться к портключам до Хогвартса; Гарри метался в толпе сражающихся, судорожно кашляя, и посылал Авады - по одной на Пожирателя, ювелирно точно.

Чьё-то Seco резануло его по ключице; в руку врезалось Crucio, предназначенное Гермионе; примерно восемь Ступефаев сплели вокруг него малиновую сеть, из которой он не ускользнул бы, если бы Ли не призвал его Accio, как когда-то в Министерстве.

Холодок опасности ни на минуту не прекращал струиться по позвоночнику Гарри, но по большей части он мог только спасать себя сам - и надеялся, что сумел обучить свою армию так, чтобы они не нарушили самого важного пункта своего устава.