Укротить сердце (ЛП) - Хантер Ава

Я несу ее на пляж, голую и мокрую. Я поднимаю с песка полотенце и набрасываю ей на плечи, мой взгляд скользит по ее тонкой шее, загорелой груди. Красивая до невозможности.

― Как все прошло? ― спрашиваю я.

― Х-холодно, ― говорит она, вытирая мокрые волосы и тяжело дыша.

Я убеждаюсь, что она согрелась, вытираюсь и одеваюсь сам, а потом мы устраиваемся на одеяле как раз к заходу солнца. Она сидит у меня на коленях, прислонившись спиной к моей груди.

Я целую ее в висок.

― Вот и все. Последнее, что нужно отметить в твоем списке.

Мы встретили рассвет в Тахо сразу после свадьбы.

На ее лице расцветает яркая улыбка.

― Да. ― Она указывает рукой на горизонт. ― Это мой калифорнийский закат. И у нас самые лучшие места в мире.

― Шоу специально для тебя, дорогая.

Несколько долгих минут Руби молчит. Затем она выдыхает.

― Это прекрасно.

― Да, ― говорю я, устремив свой взгляд на нее.

Солнце скрывается за горизонтом в ярком всплеске пурпурных, оранжевых и розовых цветов, с которыми может соперничать только она.

Ее улыбка гаснет, взгляд устремлен вдаль, на заходящее солнце.

Я хмурюсь, поглаживая рукой ее шелковистые волосы.

― Что случилось? ― Вчера вечером она сказала мне, что нервничает из-за клинических испытаний. Несмотря на то, что это не серьезная операция, я в ужасе. Но я отказываюсь волноваться и предаваться печали. Мне хватило этого в прошлой жизни.

Руби закрывает глаза и делает глубокий вдох, чтобы успокоиться.

― Мне кажется, что все кончено, Чарли. ― Ее глаза открываются от моего рычания. ― Но не в плохом смысле. Я чувствую, что теперь я знаю, кто я. Я решилась сделать то, что хотела, и сделала это. ― Она гладит меня по щеке, и я замечаю вспышку желтого бриллианта на ее пальце. Я перестарался, но ничего не мог с собой поделать. Он такой же яркий и дерзкий, как сама Руби.

― Я нашла тебя. ― Она улыбается, в ее глазах блестят слезы. ― Мой ковбой, который кричит.

У меня вырывается громкий смешок. Затем я откашливаюсь и крепко целую ее. Она издает тихий стон, выгибаясь в моих объятиях. Ее губы горячие, сладкие, мягкие.

Когда мы отстраняемся друг от друга, я прижимаю жену к себе, так крепко, что чувствую, как ее сердце бьется рядом с моим, и зарываюсь лицом в ее волосы.

― Господи, я так люблю тебя, ― выдыхаю я ей в шею. ― Я люблю тебя, подсолнух.

Я никогда не смогу выразить это словами. Они не передают глубину моих чувств. То, что эта дикая, великолепная женщина принесла в мой мир, каждую частичку моего разбитого сердца, которую она собрала воедино своим солнечным сиянием и смехом. Я чертовски благодарен, что в моей жизни есть Руби. И я никогда не отпущу ее.

Мой подсолнух, который всегда будет цвести.

― Я тоже тебя люблю. ― Красивые голубые глаза стекленеют от слез, и она прижимается ко мне лбом. ― Давай начнем новый список, Чарли. Наш список. Для нашего нового начала. Для нашей жизни и нашего ранчо.

Мои глаза на мгновение закрываются. Проклятье.

Не проходит и дня, чтобы я не был поражен силой моей жены.

― Я хочу все, ― говорю я. Я провожу шершавой ладонью по ее руке, наслаждаясь биением ее пульса под кончиками пальцев. Она моя, и она жива. ― Все причины, по которым я люблю тебя, будут в этом списке. И мы сделаем это вместе, малышка. Мы будем заполнять его, вычеркивать и пополнять до конца наших чертовых дней.

― Да, ― говорит она, задыхаясь. Она кивает, кивает и кивает. Ее улыбка озаряет все вокруг. ― Да.

Руби

НЕСКОЛЬКО ЛЕТ СПУСТЯ

В магазине «Букеты Блум» кипит работа.

На больших встроенных холодильниках мерцают лампочки. Длинный деревянный стол в центре зала уставлен вазами с гортензиями и пурпурными розами. Весеннее солнце освещает выбеленную стену из речного камня. Ковбойские сапоги скрипят по деревянному полу. Я задерживаюсь на секунду, чтобы полюбоваться Чарли, который стоит у прилавка, его пальцы обвязывают шпагатом концы сделанного на заказ букета подсолнухов.

Лучшее зрелище в мире. Мой ковбой.

Среди этого хаоса пронзительные голубые глаза моего мужа находят меня. Он подмигивает мне, и у меня в животе разливается тепло.

Сегодня день открытия магазина «Букеты Блум». Мой маленький цветочный магазин с белыми ставнями стал реальностью. Расположенный в очаровательном здании бывшей аптеки 1920 года, этот наполненный светом магазин похож на тайный сад на Главной улице.

Чтобы исцелить свое сердце и вернуть ранчо «Беглец» в прежнее состояние после пожара, нам пришлось пройти долгий путь. Потребовалось много восходов и закатов, но мы сделали это. Каким-то образом мы сделали это.

А теперь вся наша семья и друзья помогают мне открыть цветочный магазин и начать работу.

Меня никогда так не любили.

Уайетт поднимает круглую вазу с пионами. Кончики его пальцев окрасились в ярко-розовый цвет от флористической краски.

― Куда их поставить, принцесса?

Я указываю на другой конец помещения.

― В холодильник.

Жена Дэвиса высовывает свою темноволосую головку из-за стола и берет стеклянную банку, наполненную полевыми цветами.

― Мы принимаем предварительные заказы на это?

Я убираю прядь волос с глаз и прищуриваюсь.

― Теперь да.

Сестра Чарли, Эмми Лу, бежит через весь зал, за ней следует ее муж Джейс. Ее милое личико взволнованно, когда она оглядывает магазин в поисках своих дочерей.

― Боже, куда подевались эти малышки?

― Они у меня, ― растягивая слова, произносит Дэвис, перекидывая одну хихикающую девочку через плечо, а другую держа под мышкой, как багет.

День пролетел как один миг. Я подрезаю кончики букета маргариток, одновременно принимая по телефону заказ на тридцать центральных букетов для праздничного ужина в честь Национального финала родео.

Туристы с Главной улицы заходят посмотреть, что за ажиотаж. Мужья покупают розы для своих жен. Местные жители заходят и делают заказы. Я распаковываю коробку с вазами ручной работы местных мастеров. Мой отец и Макс связываются со мной по FaceTime, и я провожу для них виртуальную экскурсию по магазину. Фэллон раздает цветочные короны каждому новому покупателю. Мы распродаем сначала ранункулюсы, потом лилии.

Наконец, около шести часов, магазин пустеет. Чарли запирает дверь и переворачивает табличку с надписью «закрыто». Он хлопает в ладоши, звук громкий и победный, и зал взрывается радостными возгласами.

― Все, закрылись, ― объявляет он, но улыбается.

― Ты проделала потрясающую работу, ― говорит Фэллон, подходя ко мне. Она прижимает меня к себе, и я крепко обнимаю ее в ответ. Когда я отпускаю ее, она кладет руку мне на плечо, чтобы не упасть. Она все еще не может держать равновесие из-за своей хромоты. Уайетт наблюдает за нами горящим взглядом со своего места в другом конце комнаты.

― Спасибо, ― шепчу я, улыбаясь ее словам.

Фэллон ругается.

― Черт. Руби, богом клянусь, если ты заплачешь…

Смеясь сквозь слезы, я осматриваю цветочный магазин.

― Спасибо всем. ― Мой голос дрожит, когда я борюсь с эмоциями и прижимаю руки к груди. ― Без вас я бы не справилась.

В этой большой, суровой семье часто ворчат и пожимают плечами. К настоящему времени я к этому уже привыкла.

Моя семья.

― Черт возьми, мы еще не закончили. ― Услышав низкий рокочущий голос Чарли, я поворачиваюсь и встречаюсь с ним взглядом. ― Я все еще ищу самый яркий цветок в округе.

Мой пульс учащается, а в животе разливается тепло. До сих пор не укладывается в голове, как сильно я его люблю. Какой он красивый, со своей темной бородой и в поношенных синих джинсах. Эти пыльные сапоги, яркая пряжка на ремне и черная футболка только дополняют фантазию.

Мой вечный ковбой.

Влюбиться в него было самым лучшим риском, на который когда-либо шло мое сердце.

Я лучезарно улыбаюсь.

― Я думаю, у нас есть георгины в холодильнике.

― Нет, ― отвечает он, опуская свои большие руки мне на плечи и целуя в губы. ― Ты, подсолнух, это ты.