(Не)образцовый айдол Восточной Старшей (СИ) - Мэри Блум

class="p1">— Тебя по эфой дифшиплине, — шамкала Геля, пихая меня то за щеку, то прямо в глотку, — еще пофтягивать и пофтягивать…

А ведь до встречи со мной она была почти невинной, и я был у нее первым. В смысле, первым учеником, с которым она трахалась. Ну по крайней мере первым учеником, с которым она трахалась в школе. Ну по крайней мере первым учеником, с которым она трахалась в школе, когда стала учительницей. Я знаю, можно офигеть от количества поправок — но с этой любительницей поразвлечься после занятий ни в чем нельзя быть уверенным. Кроме того, что она не успокоится, пока я снова в нее не кончу.

— А с Катериной у вас, кстати, что? — едва дососав и вдоволь насытившись моим белком, Геля решила насытиться еще и сплетнями. — Вы друзья? Или что-то больше?..

— А что? — хмыкнул я. — Боишься ее?

— Дети, — облизав еще влажные губы, она нацепила учительский тон, — вы слишком много о себе думаете!

Зря — в средней школе ее все боялись. Даже учителя.

— Ну что, английским-то будем заниматься, — уточнил я, — или тебе уже на сегодня хватит?

— Королев, вообще-то я тут учитель! — праведно возмутилась моя репетиторша, чьи хорошенько взбитые сиськи выглядывали из распахнутой блузки. — И я тут определяю программу! — и снова скользнула своим ненасытным взглядом по мне.

— Мишель! — вдруг раздался предупредительный крик с первого этажа. — Я дома! Ты там как, занимаешься?

О да, мам, занимаюсь…

— Черт! — Геля судорожно начала запахивать блузку. — Чего она так рано-то?

— Наверное, хочет проверить, как ты меня учишь, — пожал я плечами. — Или боишься, что она не оценит твои педагогические методы?

Моя репетиторша сурово шлепнула меня трусами, а затем под звук шагов поднимающейся к нам маман вспомнила, что для них есть и другое применение, и начала их спешно натягивать. Я тоже на всякий случай зачехлился — все-таки мы не обсуждали с кормилицей, что именно она хотела мне отрепетировать с помощью такой сексапильной Гели. Интересно, а если бы госпожа Королева узнала, она бы ее выгнала или, наоборот, приплатила за дополнительные старания?

— Ну как, он делает успехи? — с порога деловито осведомилась спонсор моих внеклассных утех.

— Да-да, — закивала моя тьюторша, едва успевшая привести себя в порядок, — он вообще показывает отличный прогресс!

— Да-да, — закивал я, — обожаю свои доп занятия! Просто исхожусь от удовольствия!

Геля сурово зыркнула на меня из-под натянутых строгих очков, главной задачей которых было скрывать похотливый блеск ее глаз.

— Хм, не похоже на тебя! — маман скептически усмехнулась и повернулась к ней. — Если не будет стараться, сразу говорите мне…

И вот так всегда. Куча стараний — и никакой похвалы! Интересно, а факт того, как глубоко я сегодня забрался в недра своей репетиторши, удостоился бы ее восторгов? В моем личном топе самых непредсказуемых людей на планете родительница уверенно занимала вторую строчку, уступая лишь одному человеку…

— Ты, кстати, не забыл про Катерину? — напомнила маман, уже при полном параде входя в мою комнату, как и полагается перед великосветским балом.

— Честно собирался, — ответил я, лениво ковыряясь у шкафа. — Но разве ты дашь мне о ней забыть?

Госпожа Королева с прищуром взглянула на меня, как бы давая понять, что ответ засчитан, а вот победа — нет.

— Тогда собирайся, — постучала она по дорогущим часам на своем запястье. — Странно будет, если мы появимся последними. И мой тебе совет: надень поло, которое тебе подарила Катерина, оно тебе очень идет.

— Не могу, — покаянно развел я руками, — я об него ноги вытираю.

— Думала, тебе понравился этот подарок, — щурилась маман так, будто плохо видит.

— Конечно, понравился. Я свои ноги чему попало не доверю…

— В общем, надень хоть что-то, чем ты еще не вытираешь ноги, и я жду тебя внизу, — подытожила эта королева-мать и по-королевски удалилась.

Вообще, она у меня крутая, бизнесвумен, ресторатор, владелица лучшей городской сети пиццерий «Тоскана» (это реклама, если что), шикарного дома и потрясающего сына… Правда, с последним пунктом маман обычно не согласна. Словом, она знает все лучше всех и во всем права. Кроме того, что касается меня.

Хотя я уже привык, что все близкие мне женщины до крайности ко мне несправедливы. Возьмем, к примеру, именинницу.

— По-твоему, твое отсутствие на моем дне рождения хоть что-то испортит?..

Ну разумеется, этой уверенности ей хватило ненадолго. И когда у нее дрогнуло (что, кстати, случилось уже через день после столь громогласного заявления), зараза стала трудиться меня переубедить. Сначала решила воззвать к моей совести через привычный канал.

— В смысле, ты не собираешься к Катерине? — сказала мне маман, узнавшая об этом, несомненно, от самой Катерины (они вообще активно дружили против меня). — Ты реально пропустишь ее совершеннолетие?

— Почему же не собираюсь, с удовольствием пойду. Если она меня позовет.

— Ну так вот, она тебя позвала и просила передать, что ждет тебя как обычно.

— Пока сам не услышу, не поверю, — качнул я головой. — Пусть позовет меня лично. Так можешь ей и передать.

— На принцип пошел, да? — прищурилась родительница.

— Что ты, просто хочу убедиться, что я там реально нужен…

Разумеется, она ей передала. Так и вижу, как они обсудили меня: ай-яй-яй, какой я плохой, как я обнаглел. У меня аж уши целый вечер горели от предвкушения. Само собой, следующий день прошел в молчании, а через день — когда до праздника оставалось еще меньше — зараза таки соизволила мне набрать.

— Фигней не страдай, — с ходу, без прелюдий и смазки начала она. — Конечно, я тебя приглашаю.

— Да что-то как-то неубедительно…

— А тебе что, особое приглашение надо?

— Да, давай, пригласи меня по-особому! Как там полагается любимых соседей приглашать?

— Да иди ты на фиг! — выдохнула К, не справившись с подбором убедительных слов. — Как будто мне это надо больше, чем тебе! — и повесила трубку.

Еще день она горделиво помолчала, а утром своего дня рождения все-таки не выдержала — наверное, сообразила, что ее праздник просто не удастся без меня. Никогда не удавался. Как никак, любимый… сосед!

— Заканчивай маяться дурью, — позвонила она мне с утра. — Ты же знаешь, что я тебя жду. Достаточно особо для тебя?

— Правда-правда ждешь?

— Не испытывай мое терпение, — почти ласково процедили в ответ. — И если можешь, обойдись без своих обычных выходок…

Правда, сказано было все равно как-то немного неубедительно, так что я весь день с периодичностью где-то раз в час уточнял, не успела ли именинница передумать. Вот и сейчас уточнил, прежде чем наводить светский вид.

— Ну что, мне на твой день рождения идти или как? —