Понты и пуанты (СИ) - Кондр Светлана

- Дружище, сколько лет, сколько зим! – откровенно издеваясь я обнял его словно старого знакомого, и тихо произнес: - Не скажу, что мне снова приятно видеть твою поганую рожу, вечно появляющуюся в неподходящий момент и портящую мне настроение. Оставь нас на пару минут, а то я соскучился по своей Лисичке, - заканчивая фразу я перевел взгляд с обозленного мужа на рыжую красавицу.

- Ты говоришь о моей жене, упырь, - от злости плешивый покрылся пятнами, но так и остался стоять на месте, не в силах уйти от захвата. Слабак. Если бы кто-то покушался на мою супругу, я бы в живых не оставил урода, а этот стоит и пытается из себя что-то корчить. – И ни какая она не Лисичка, её зовут Амелия.

Ну вот, хоть таким образом за свою женщину вступился. Значит не совсем конченый.

- Амелия, - я покатал имя по языку, произнеся его протяжно и осторожно. Нежное под стать ей, и вновь обратил свой взор на неё.  – Мне очень приятно, - отпустив плешивого, я сложил ладони возле своей груди в символ сердца. - Я – Гордей твой будущий муж.

- Что за бред ты несёшь? – произнесла она, качая головой.

Я не ожидал последовавшей за этим реакции, похоже моя выходка задела чувствительные струны утонченной души её муженька.

- На, смотри! - он достал паспорт и открыл страницу со штампом. – Она моя жена и останется ею навсегда. А тебя чтобы я больше рядом с ней не видел!

- Ну-ка, ну-ка, - я прищурился и выхватил паспорт у него из рук.

 Послышался треск вырываемой страницы.

- Держи, - я протянул ему его документы. – А теперь и не жена вовсе, - похлопав его по плечу я вложил паспорт в его руку.

- Вы! Ты!… - он начал задыхаться в приступе негодования. - Охренел совсем?

- А ты думал поставил штамп в паспорте и всё? Она всё равно станет моей, это же очевидно, - заявил я, продолжая потешаться над ним.

- Амелия, пошли, - схватив её под локоть слишком сильно, от чего она взвизгнула, я моментально сомкнул свои пальцы вокруг его шеи и проговорил:

- Не смей делать ей больно. Если я узнаю, что ты её обижаешь, тебе крышка, недомерок.

Он открыл рот, в попытке вздохнуть и выпучил глаза. Омуль, как есть – омуль.

- Пусти его. Он задыхается, - произнесла она молящим голосом. – Пусти, - её руки коснулись моих, остановившись на вздутой от напряжения битцухе, и я посмотрел в её глаза, в которых стояли слёзы. Черт, что-то я перегнул. Мне не хотелось, чтобы она расстраивалась из-за меня или вовсе плакала.

- Только ради тебя, - я разжал пальцы и подтолкнул козла.

Поправив шарф и уже не трогая жену, он пошёл на выход. Лисичка, нет, Амелия, надо обязательно запомнить имя, побежала за ним, утирая слезы. Пока я следил за этой безутешной сценой, за тем, как малахольный убегает, поджав хвост, до меня долетело окончание выдаваемых братом распоряжений.

- Тём, проследи за парочкой до самого дома и если получится, то поднимись на их этаж. Посмотри там, что как, оцени обстановку в целом. Услышишь звуки борьбы, делай всё что сможешь, ломай дверь, вызывай полицию, подымай соседей, но не позволяй этому слащавому пидору распускать руки, - Егор давал указания на слежку. Он был встревожен и напряжён.

- Ты чего? – спросил я не понимая, к чему такая осторожность.

- Гора, ты шутишь, а девчонке приходится отдуваться за тебя, - высказал мне брателло.

- Чего? В смысле отдуваться? Да такой шикарной цыпочке он ничего не сделает, во-первых, даже с женщиной сцепиться у него кишка тонка, а во-вторых она или уйдет, или давать ему перестанет, пока он сам не раскается. Про него с первого взгляда все понятно.

- С твоими выводами я не соглашусь, беззащитную девушку он легко может обидеть. Не хотел говорить раньше, думал не придется больше с ними пересечься… Пойдём, я тебе всё расскажу, - сказал он и мы направились на выход.

- Молодые люди, а серьги? – раздался голос продавщицы.

- Мы передумали, слишком долго ждали пока нас обслужат, - ответил Егор и мы ушли.

- Говори, - потребовал я.

- После того цирка, который ты устроил ночью, вломившись в чужой номер и пристав к девушке, её муженек отыгрался на ней сполна. Мы встретились с ней утром в бассейне. На её щеке красовался синяк, а на нижней губе была запекшаяся кровь. Видимо в лучших традициях учит свою женушку уму-разуму.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Костяшки моих пальцев хрустнули и я сжал кулак, представляя раздавленные яйца урода.

- Вот сука. Почему ты мне ничего не сказал?

- Переживал о последствиях. Что бы ты сделал?

- В порошок бы его стёр.

- Вот и я о том же, а оно мне надо, отмазывать тебя перед отцом? Нам не нужны неприятности и если тогда нам удалось замять это дело и ему не доложили, то теперь сам договаривайся, чтобы он не узнал о твоей выходке с паспортом.

- Так вот почему ты его приложил тогда фейсом об тейбел, - проговорил я. Мало ему, надо было привязать ногу к машине и прокатить по улице, пусть знает как обижать девушек.

- Да из-за этого, не хотел, чтоб он остался безнаказанным.

- Ты думаешь он продолжает её бить?

- Уже прошло сколько? Практически полгода? А они ещё вместе. Хотя я ставил, что они и одного месяца не продержаться. Может это был единичный случай, но сейчас, когда он снова застал вас, ей может хорошенько влететь, поэтому лучше перестраховаться.

- Пиздец, - я повернулся чтобы пойти и найти их, но Егор остановил меня нехило приложив ладонь к моей груди.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Гора. Ты заигрался. Если она тебе так понравилась, может надо изменить тактику, а не подставлять девушку.

Увидев в моих глазах сомненье и удивленье, он продолжил:

- Ты же не серьезно, просто играешься, - устало произнес брат. - Так зачем всё это? Для чего? Ты всё равно на ней не женишься. Хочет она быть с ним, предпочитает его, так это её выбор. Не лезь к ним, оставь её в покое.

- Хватит отчитывать меня.

- Кто, если не я, откроет тебе глаза на всю эту ситуацию? Вы чужие люди не лезь в её семью. Или я не прав?

Мой брат пытался достучаться до моей совести, но я и сам не понимал, почему я прицепился к этой девушке. Толи азарт, толи желание доказать, что её выбор неправильный, делали из меня безумца. Одно я знал точно, рядом с этим Андресом ей не место, она достойна самого лучшего. Но и со мной, кроме случайной связи, ей ничего не светит, мне не нужны отношения. Я не готов хранить верность одной и единственной. Только очень странно… Мне стоило только войти в магазин, я сразу понял, что это она стоит у кассы. Ей даже поворачиваться не надо было, чтобы я мог понять, что это она. Я честно держался, не думал лезть к ней и даже не стал подходить, хотел купить племяннице серьги и уехать. Но Лиса сама подкралась и начала ругаться, давая мне сигнал к действиям.

- Я не готов связывать себя отношениями. Пару раз можно было бы развлечься, но не больше.

- Я так и думал, - разочарованно проговорил Егор. – Тогда оставь её в покое и если она когда-нибудь встретится на твоём пути, просто пройди мимо. А сейчас наши люди удостоверяться что с ней всё хорошо, и мы спокойно забудем об этом инциденте.

- А ты? Тебе ведь она понравилась не меньше моего.

- Она несвободна и не собирается оставлять мужа, - ответил он. – А рушить чужой брак я не стану. Принцип.

- Кто знает, может тебе и не придётся поступиться своими принципами...

Мы решили пройтись по другим магазинам в поисках подарка для Сонечки. Спустя время мы смогли найти подходящий вариант. Браслет с голубыми камнями, под цвет её глаз, должен ей понравится и пока я оплачивал покупку у Егора зазвонил телефон. Он посмотрел на экран и сказал:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Это Тёма...

Глава 8

Амелия

Почему он это сделал? Шут. Зачем играл на чувстве ревности и кидался громкими словами? Ему всё это на потеху. Этому парню ничего не нужно, только бы задеть моего мужа, выставить его слабохарактерным и хлипким. Самоутверждается за счет других. В нем огнем горит желание подпортить нам жизнь. И я сглупила. Мне не следовало подавать голос и бежать разбираться. Купила бы другие серьги, зато смогла бы избежать этого цирка и унижения мужа…