Грешные игры (ЛП) - Клэр Джессика

— Итак, скажите мне, — начал Чип, — у вашей команды есть проблемы, как у команды одиннадцать?

— О нет, — поспешно сказала Вера. — У нас все отлично. Мы с Сидом прекрасно ладим.

Словно в подтверждение этих слов, Сид кивнул и положил руку на плечо напарницы в знак солидарности.

Я скорчила гримасу, и Дин фыркнул у меня за спиной.

— Так почему же вы оказались здесь на этом раунде отсева? — спросил Чип, стараясь, чтобы его вопрос прозвучал как можно серьезнее. Он даже поднес руку к подбородку, словно обдумывая вопрос чрезвычайной важности.

Сид пожал плечами и посмотрел на Веру.

— Думаю, нам просто не повезло. Вот и все.

— А как там жизнь в лагере?

— У нас все хорошо, — продолжил Сид, и его улыбка стала шире. — У нас есть огонь, и Вера смогла найти нам кокосовые орехи прошлой ночью. У нас все в порядке.

Я закатила глаза. Невозможно поверить, что все хорошо поладили, кроме меня и Дина. Я полагала, что нас намеренно поставили в такие условия, чтобы мы соперничали. Никто не собирался ладить так хорошо, как играли Вера и Сид.

Чип еще немного поболтал с ними, потом повернулся к командам.

— Пришло время принимать решение. Мы собираемся попросить каждую команду перейти в кабину для голосования и отдать свой голос за команду, которую они хотят отставить на «Острове Выживания». — Он указал на дальний конец ряда. — Команда номер один, вы первые.

Шанна и Леон вскочили на ноги с доской в руках и исчезли в маленькой занавешенной кабинке на заднем плане. Я прищурилась на солнце, стоявшем высоко над головой, и подумала, сколько еще времени это займет.

Я имею в виду, было очевидно, что они не выберут нас. Наша команда полный отстой. Мы с Дином ничего не добьемся, если не научимся ладить друг с другом в дальнейшем, пока это у нас не получилось.

Пара за парой, остальные команды шли голосовать, пока никого не осталось. Чип исчез в стороне и вернулся с коробкой, украшенной так, словно это потерянный ящик с припасами, чтобы соответствовать теме кораблекрушения. Очень умно. Он снова оглядел нас — участников и номинантов на вылет — и затем снял крышку.

— Первый голос...

Я закрыла глаза. Моя книжная сделка, моя работа, все. Я чувствовала, как все это спускается в канализацию.

— За команду номер одиннадцать.

Я напряглась, а затем удивленно вздохнула. Подождите, это должна быть другая команда. Почему кто-то не проголосовал за них? Мы были ужасны.

Чип вытащил следующую дощечку и развернул ее так, чтобы мы все могли ее видеть.

— Команда одиннадцать.

Это не имело смысла?.. Я наблюдала за бесстрастным лицом Шанны, Джинджер, Джоди... и у всех у них один и тот же невыразительный взгляд.

— Команда одиннадцать.

Чей-то рот слегка скривился, и это поразило меня. Конечно. Теперь это стало совершенно очевидно. Они хотели держать нас здесь, потому что мы отстой. Мы не могли работать вместе — и не представляли никакой угрозы. А четвертая команда, поскольку они были чуть более слажены, чем мы, отправится домой.

— Команда одиннадцать, — продолжил Чип, перевернув еще одну доску, а затем еще одну. — Команда одиннадцать. Команда одиннадцать. Пять голосов из девяти... этого достаточно. — Он кивнул на потрясенные лица четвертой команды и стукнул молотком по кокосовому ореху. — «Остров Выживания» вынес приговор. Ваше время здесь закончилось. — Он повернулся и посмотрел на меня и Дина. — Вы в безопасности еще на один раунд. Возвращайтесь в лагерь.

Ошеломленная, я посмотрела на Дина, чтобы увидеть выражение его лица. Он казался таким же потрясенным, как и я.

А я-то думала, что нас выгонят первыми, потому что мы худшая команда в мире. Худшая команда из всех возможных. Как раз наоборот — нас собирались держать мертвым грузом, как безопасную ставку.

Хотя и не должна была этого делать, я слегка улыбнулась. Я почти уверена, что Дин тоже.

ГЛАВА 5

«Знаете, если бы не хотел постоянно свернуть ей шею, я бы сказал, что Эбби очень милая девушка. Скорее Мэри Энн, чем Джинджер1, но я всегда был неравнодушен к Мэри Энн».

— Дин Вудолл, день третий.

Как только мы вернулись в лагерь, Дин бросил свою сумку на песок.

— Пойду прогуляюсь, — сказал он и ушел, прежде чем я успела ответить.

Я поставила рюкзак и несколько минут отдыхала на теплом песке, шевеля пальцами ног в песчинках. Оглянулась на наш маленький лагерь, и мое настроение упало. У нас имелась яма для костра, но огня не было. У меня есть импровизированная платформа для кровати, но нет одеяла. У нас не было ничего, чтобы поесть или выпить.

Сомнительный рай.

Я нашла пару кокосов во время прогулки по лесу, но обнаружила, что Дин забрал топор с собой. В животе заурчало, в горле пересохло, и я поняла, что даже не знаю, где находится колодец. Не имея возможности съесть скудную еду и еще не совсем готовая копаться в моей заначке с арахисовым маслом, я решила поработать над своим пристанищем.

Чтобы сделать мое маленькое убежище комфортным, нужно какое-то укрытие, чтобы защититься от ветра (и дождя, если мне так не повезет). Я остановила свой выбор на маленькой А-образной рамке, поскольку она казалась мне самой простой в изготовлении, и приступила к ее созданию. Палки оказалось достаточно легко найти, хотя у меня не имелось ничего, чтобы связать их вместе... я закончила тем, что использовала свое розовое бикини, чтобы удержать раму вместе. Как будто я собиралась это носить. Укрытие было гораздо важнее. Я с целеустремленной решимостью погрузилась в работу.

К тому времени, как подняла глаза, солнце уже садилось, я была вся в поту и укусах насекомых, и мне даже в голову не пришло развести огонь. Но мое маленькое убежище готово! Я почувствовала гордость, когда посмотрела на шалашик и с самодовольным чувством превосходства на одеяло, которое торчало из рюкзака Дина. Один из нас будет хорошо спать сегодня ночью, и, хотя у него одеяло, у меня есть крыша над головой.

Я собрала немного хвороста и трута, чтобы развести костер, но солнце стояло слишком низко, и я не могла видеть, что делаю — во всяком случае, в этот момент в основном действовала наугад. Дин все еще не вернулся, и я с тоской уставилась на свои кокосы, все еще покрытые жесткой зеленой оболочкой. Я могла бы попытаться расколоть один из них о поваленное дерево, но если бы разломила его, то потеряла бы все молоко. Несмотря на то, что дрожала от голода, заставила себя ждать, держа орех в руках и скользнув в свое убежище с рюкзаком, чтобы дождаться возвращения Дина.

Должно быть, я заснула в какой-то момент — потому что начала просыпаться, когда почувствовала, что что-то теплое и тяжелое коснулось моих ног.

— Что...

— Возьми мое одеяло, — сказал Дин хриплым голосом, натягивая его мне на ноги. — У тебя так стучат зубы, что я не могу заснуть.

Я не осознавала, насколько замерзла, пока он не накрыл меня одеялом, и я с благодарностью свернулась под ним.

— А как же ты? — спросила сонно. — Мой шалаш недостаточно велик для нас обоих.

— Не беспокойся обо мне. Я все равно не могу уснуть, — успокоил Дин, и я услышала, как он уходит.

В наступившее утро я уже не могла отрицать грызущую пустоту в животе. Выползла из своего укрытия с кокосовым орехом в руке, тупо глядя в небо. Еще утро, но уже не раннее. Солнце стояло высоко.

Дин сидел поодаль на песке, сгорбившись, его плечи слегка подрагивали. Он выглядел... уставшим. Даже отсюда. Я почувствовала укол вины, увидев это, и медленно подошла, все еще держа в руке кокосовый орех. Часть меня хотела скрыть его, но Дин был достаточно великодушен, чтобы поделиться со мной своим одеялом — самое меньшее, что я могла сделать, это предложить разделить мою еду.

Если потребуется.

Он даже не взглянул на меня, когда я подошла, сосредоточенный на своей задаче, и я заглянула ему через плечо. В руках у него были палки, шнурки от ботинок привязаны к изогнутой палочке, и он пытался растереть их, чтобы развести огонь. Он делал это совершенно неправильно. Судя по выступившему поту на лбу, он занимался этим уже какое-то время.