Сладкий след поцелуя (СИ) - Сэндс Линси

— Ах да. Бастьен говорил, что ты должна прилететь в шесть, — пробормотал он.

Джеки взглянула на часы. Шел девятый час. Похоже, они оба забыли про его тетку. То, что мать Бастьена прилетает в Калифорнию, совсем вылетело у нее из головы. Джеки не считала ее визит помехой до тех пор, пока Бастьен не попросил ее не говорить при матери о том, что случилось. Если только Джеки сама не захочет подключить Маргарет к расследованию.

Джеки не любила, когда кто-либо вмешивался в ее работу, но не собиралась невежливо обходиться с матерью Бастьена. Самое лучшее — действительно ничего ей не рассказывать Она понадеялась, что у Винсента тоже хватит ума держать рот на замке.

— Кто это?

Джеки прервала свои размышления и вымученно улыбнулась, среагировав на сияющий любопытный взгляд Маргарет, обращенный на нее и Тайни.

— О! — Винсент натянуто улыбнулся и представил: — Это Джеки, мой личный…

— Личный помощник, — подсказала Джеки, кидая на него выразительный взгляд. И, мило улыбаясь, протянула руку: — Рада познакомиться с вами, миссис Аржено.

— Спасибо, дорогая. Мне тоже очень приятно, — ответила та, пожимая протянутую руку. — Зовите меня Маргарет.

Улыбка Джеки застыла на губах — она почувствовала, что в ее сознании кто-то копошится. Все защитные рефлексы тут же включились, и Джеки сначала представила себе кирпичную стену, а потом начала мысленно декламировать детский стишок, чтобы не дать возможности Маргарет проникнуть в ее подкорку.

Глаза Маргарет на мгновение расширились, потом она прищурилась, но Джеки заставила себя улыбнуться еще шире. Плохо, если тетка Винсента ощутила отпор. Но, по глубокому убеждению Джеки, вторгаться в подсознание других людей просто непорядочно. Впрочем, большинство людей могут этого просто не чувствовать.

Маргарет задержалась на границе ее подсознания еще на минуту, потом отпустила руку Джеки и повернулась к Тайни.

— А это мой… повар. Тайни, — добавил Винсент со страдальческим лицом.

Джеки взглянула на Тайни и успокоилась, увидев, что губы его зашевелились, когда он пожал руку Маргарет. Он тоже читал детский стишок. По крайней мере он как-то говорил Джеки, что поступает так, когда чувствует, что вампир пытается проникнуть в его мысли.

Возможно, больше Маргарет не полезет в их подсознание. Но Джеки была не уверена в этом. К сожалению, то, что они пытались не впустить ее, имеет побочный эффект. Они наверняка вызывали у Маргарет подозрение. Она переводила взгляд с Джеки на Тайни, и в ее глазах читалось неудовлетворенное любопытство. После нескольких мгновений натянутого молчания Маргарет обратилась к Винсенту:

— Бастьен прислал обещанную посылку?

— Да, ее доставили сегодня днем, — успокоил он тетку, и тут его осенило. — О, должно быть, после долгого перелета ты проголодалась!

Винсент пересек кухню, подошел к холодильнику и открыл его. Внутри, между сыром и овощами, аккуратно лежали пакеты с кровью.

— Один или два?

Маргарет замерла, увидев лежавшие на виду пакеты. Ее взгляд опять скользнул по непроницаемым лицам Джеки и Тайни.

— Два, пожалуйста. Я заберу их к себе в комнату, — добавила она, явно ощущая некоторую неловкость оттого, что придется подкрепляться перед этими чужаками.

Винсент вытащил два пакета и вместе с Маргарет вышел из кухни.

— А она красивая, — заметил Тайни, снова усаживаясь за стол и принимаясь за мороженое.

— Она старая, — сухо заметила Джеки. — Очень старая. Лет на семьсот старше тебя.

— Да. — Он вздохнул. — Наверное, воспринимает меня как пацана-панка.

— Наверное, — согласилась Джеки и вдруг подумала, что Винсент и другие вампиры и ее воспринимают как… девчонку-панка. Она заморгала — эта мысль ей решительно не понравилась. Но наверное, именно этим объясняется их высокомерие, которое она иногда на себе ощущала. А может быть, точнее, снисходительность. Такая мудрость, ирония, понимание и терпимость старшего поколения по отношению к жизнерадостным юным существам. «С другой стороны, — думала Джеки, — пусть они считают меня девчонкой-панком. Но когда у них возникают проблемы, они обращаются ко мне».

— Ну и кто такие эти Джеки и Тайни? — спросила Маргарет, входя вслед за Винсентом в одну из гостевых комнат.

— Моя личная помощница и повар, — поспешно ответил он и, отвернувшись, чтобы спрятать лицо, поставил чемодан на кровать. Тетя Маргарет всегда знала, когда он врет.

— Ну-ну. — Похоже, он ее не убедил. — А когда ты начал есть человеческую пищу?

Винсент даже не пытался утверждать, что всегда ее ел. Джеки и Тайни его не знали и не могли сказать, правда это или нет, но уж Маргарет знала его как облупленного. Приезжая в Нью-Йорк, он нередко останавливался у нее и никогда не съедал ни крошки человеческой еды. Эта мысль напомнила ему разговор с сыном Маргарет, Люцерном, на его свадьбе с редактором Кейт пару недель назад, и Винсент просиял.

— Люцерн мне сказал, что человеческая еда помогает ему вырабатывать свою собственную кровь, и в этом случае количество потребляемой им крови можно сократить. Я решил тоже попробовать. — Это не было ложью. Люцерн в самом деле говорил, что он именно поэтому ест, хотя другие вампиры вполне могут обходиться без еды. Человеческая пища помогает ему сохранять массу тела и вырабатывать кровь. Винсент действительно подумывал, не начать ли ему есть, чтобы проверить, не сможет ли он при этом реже пить кровь, но одно цеплялось за другое, проблемы навалились разом, и он так и не попытался. До сегодняшнего дня.

— А откуда твои повар и помощница знают о нас? — спросила Маргарет, посмотрев на него пронзительным взглядом.

— А откуда об этом знают твоя домработница и ее муж? — Он пожал плечами: — Им сказали. Зато теперь я хотя бы дома могу не притворяться.

Маргарет поджала губы.

— А что за люди копошатся в твоем доме?

— Они устанавливают сигнализацию. В последнее время здесь очень часто происходят грабежи. Нужно принять меры предосторожности.

Винсент ждал следующего вопроса. Понятно, что тетка не поверила ни единому его слову, и он искренне хотел рассказать ей все как есть, но ему совсем не хотелось, чтобы Маргарет начала совать нос в его дела.

— Ты пробовал прочитать мысли твоей помощницы?

Брови Винсента от удивления взлетели вверх. Такого вопроса он не ожидал.

— Нет, — признался он.

Винсент нечасто себе это позволял. Ему казалось, что он не имеет права читать мысли своих друзей. А что касается посторонних, то амбиции и напористость могут быть присущи каждому, тем более в актерской среде. После того как в сотый раз выясняется, что симпатичная леди так очаровательно флиртует с тобой исключительно ради того, чтобы добиться успеха в карьере, пропадает всякое желание читать чьи-нибудь мысли. Конечно, к Джеки это не относится, но у него не было оснований лезть в ее подкорку, и он этим не занимался.

Маргарет кивнула.

— Думаю, я распакую вещи и приму душ. Сначала ждешь в аэропорту, потом дышишь бог знает чем в самолете… После дороги я всегда хочу как можно скорее вымыться.

— Хорошо. Будешь готова — спускайся вниз, и я покажу тебе дом, — сказал Винсент и вышел.

Когда он вошел в кухню, Джеки и Тайни еще сидели там. Винсент сел на свое место, взял ложку и нахмурился, Увидев в своей креманке липкую лужицу.

— Я принесу свежую порцию мороженого. — Тайни забрал креманку и встал, чтобы отнести ее в раковину.

Винсент невольно обратил внимание на то, как нахмурилась, глядя ему в спину, Джеки, и решил, что ей не нравится, когда Тайни его обслуживает. В конце концов он назвался поваром только для прикрытия. Впрочем, она по этому поводу не сказала своему другу ни слова, просто повернулась к Винсенту и спросила:

— Ну что же вы такого сделали, чтобы настолько разозлить кого-то из ваших коллег?

Винсент заморгал.

— В каком смысле?

— Ну, вы, наверное, должны были что-то сделать, чтобы нажить себе врага. Есть же причина, по которой кто-то занимается вредительством.