Ayliten - Время жить

- Как ты меня увидел?

- Андромеда сказала. Вокруг дома нарисован замкнутый на нее контур, оповещающий обо всех, кто его пересекает. Пойдем внутрь?

- Нет, - я покачал головой. - Нет, не пойду, даже не заставляй. Ты мой подарок получил?

- Твой подарок исклевал мне утром все руки, - засмеялся он. - Спасибо.

- Тебе тоже, - понятия не имею, как Поттеру пришло в голову подарить мне амулет, защищающий от большинства видов проклятий, но он пришелся очень кстати.

- Точно не зайдешь?

- Поттер, даже не начинай!..

- Ну хорошо. Тогда стой здесь, и никуда не уходи. Я быстро!

Не прошло и пяти минут - а он уже спускался по ступенькам, на ходу застегивая теплую куртку. Взял меня за руку.

- Пойдем ко мне?

В комнате пахло мандаринами - острым запахом, напоминавшим о лете, солнце и горячем ветре, запутавшемся в волосах. Мандарины горкой лежали на блюде, и мы чистили их, бросая корки назад, сладкий липкий сок стекал по губам и пальцам.

- Почему ты ушел со своего приема?

- Скучно стало, - я уткнулся носом в шею Поттера, вдыхая его запах. - На этих приемах всегда одно и то же. Слушай, откуда у тебя столько мандаринов? У меня будет аллергия.

- Это просто ты жадный, - хихикнул Поттер.

- Я не жадный, - возразил я, скользя рукой по еще разгоряченному, отзывающемуся на каждое прикосновение телу Поттера. - Просто беру от жизни все.

- Так уж и все? - он провел рукой по моей спине, пояснице, опустился ниже, и пальцы нерешительно замерли, едва касаясь ануса, будто Поттер ожидал, что я начну кричать и вырываться.

- Что же ты остановился? - я перекатился с боку на спину и совершенно бесстыдным образом раздвинул ноги, с удовольствием глядя на то, как щеки у Поттера вспыхнули - яркий румянец был виден даже в полумраке.

- А ты не… против?

- Мне бы хватило трех секунд, чтобы дотянуться до палочки, - ухмыльнулся я.

На самом деле было страшновато и даже неловко - но все еще не выветрившееся вино, жажда новых ощущений и близость Поттера пьянили и отключали самоконтроль.

Отчаянно смущаясь и стараясь скрыть это нелепое, дичайшее смущение, я пробормотал очищающее заклятье и протянул Поттеру флакончик со смазкой, лежавший в ворохе простыней. Он нерешительно взял его в руки, как величайшую диковинку, выдавил немного прозрачной мази, растер между пальцами.

- Знаешь, я ведь могу и передумать.

- Мне кажется, ты все-таки настроен довольно решительно, - он поцеловал меня в шею, чуть прихватив зубами кожу, спустился ниже, безошибочно находя самые чувствительные точки. Провел рукой по соскам, царапнув ногтем, скользнул подушечками пальцев по ребрам и бокам.

Я закрыл глаза, полностью подчиняясь его воле, отдаваясь рукам и губам, за последние пару месяцев до мельчайших подробностей выучивших мои реакции, и не сдержал приглушенного стона, когда его пальцы снова коснулись входа и начали кружить вокруг, дразня и заставляя судорожно комкать простыни.

Не прекращая поглаживания, Поттер лизнул один сосок, второй, коротко поцеловал меня в губы - и тут же спустился вниз, коснулся горячим влажным языком головки члена, а затем медленно-медленно вобрал ее в рот, заставив меня выгнуться и хрипло задышать.

Я услышал щелчок - это Поттер открыл крышку флакона, - и затем скользкий прохладный палец скользнул внутрь. Это было… необычно. Странное, непривычное давящее ощущение, показавшееся сначала неприятным - но Поттер не переставал сосать, и все прочие чувства отошли на второй план, а потом он пошевелил пальцем, другой рукой поглаживая яйца, и я едва не заорал от целого сонма эмоций, захлестнувших с головой.

Палец двинулся наружу - и я инстинктивно вскинул зад, стараясь удержать, сохранить это новое, неоформленное, но крайне приятное чувство.

Поттер снова протолкнул палец внутрь, а потом сделал то, чего я уж никак не ожидал - резко отпрянул, отчего я разочарованно заскреб пальцами по простыне. И, через пару секунд, как ни в чем ни бывало - новые ласки, заставившие тело откликнуться вдвое ярче.

Он играл со мной, как кошка с мышкой. Доводил до крайней точки, почти до оргазма - и отступал, заставляя выгибаться, шептать ругательства вперемешку с благословениями и бессильно шипеть.

- Поттер… - взмолился я, когда он в очередной раз прервался. - Поттер, хватит… я больше не могу…

Темнело в глазах. Воздуха не хватало, сердце бешено колотилось, а рассудок мутился - я плавился, сходил с ума в руках Поттера, член уже стал болезненно чувствительным, и мне казалось, что сейчас, еще секунда… одно мгновение - и все кончится. Но Поттер не торопился, ему доставляло удовольствие наблюдать, как я мечусь на кровати, как вскидываю бедра и закатываю глаза. И слушать стоны, переходящие в сорванное дыхание, когда на крик не оставалось сил.

Мне казалось, что еще немного, и я просто потеряю сознание, когда во вход уперлась головка его члена.

- Расслабься, - сказал Поттер, и я раздвинул ноги так широко, как только мог, чуть подвигал бедрами, помогая.

Боли не было - только вновь вернувшееся давящее чувство, в какой-то момент ставшее нестерпимым. Я сжал зубы, расслабился, Поттер еще немного подался вперед, ненадолго замер, давая мне время притерпеться - и, когда он начал двигаться, я закричал уже в голос, выкрикивая бессвязные обрывки ругательств и каких-то слов, обещая убить Поттера, если он только попробует остановиться.

Надолго меня не хватило - я выгнулся над кроватью, прижимаясь к Поттеру, чувствуя, как выплескивается на живот горячая сперма. Вскоре кончил и Поттер - и упал, не разжимая объятий, вдавливая меня в матрас.

Блюдо с мандаринами, конечно, никто убрать не догадался - и они разлетелись по всей кровати, похожие на маленькие золотые снитчи. Я дотянулся до ближайшего, поднес ко рту, надкусил, не утруждая себя очисткой - очень хотелось пить, и брызнувший в рот сок оказался очень кстати.

- С Рождеством, - пробормотал Поттер, приподнимаясь на локтях.

- Ага… - еле слышно выдавил я, прикидывая, что будет проще - почистить мандарин или наколдовать стакан с водой.

Поттер, которому тоже, видимо, хотелось пить, подошел к процессу творчески.

- Кричер! - крикнул он. - Принеси два стакана воды.

* * *

Рождественские и новогодние праздники закончились быстро - слишком быстро, чтобы удалось насладиться вдоволь и Поттером, и отсутствием отработки. Уже с четвертого января Поттер отправился на службу и тренировки, по которым за больничный успел истосковаться до такой степени, что пару раз во сне едва не заехал мне кулаком по лицу - видите ли, ему приснился спарринг. А я отправился на отработку - к сожалению, до ее окончания остался еще целый месяц. До второго испытания в Турнире, назначенного на середину апреля, осталось три с половиной месяца, рождественский прием прошел, судя по отчетам в газетах, как по маслу - и мое имя снова пару раз упомянули в благодарных статьях.