Невеста лунных принцев

Выждав секунду, она все-таки соизволила протянуть нам руку с перстнем. Сделав небольшой реверанс, Зарина покорно поцеловала украшение. По одобрительному кивку Бранда я поняла, что это хороший знак, и проделала то же самое. Только после этого Элейна Жемчужная молча вошла в замок, и все остальные ручьем потекли за ней.

— Я весьма подавлена, что один из моих сыновей теперь оборотень, — заговорила она очень мелодичным и тонким голосом, когда мы все расположились в гостиной. — Ведь именно от этого мы с Эмрианом так долго его оберегали. Но я общалась с колдунами, и те сообщили, что уже ничего нельзя исправить.

Айварис послал гонца с письмом навстречу королеве сразу после Багровой Ночи, и это избавило нас от утомительных объяснений, почему Кристер теперь оборотень. Однако глаза безутешной матери до сих пор были красными от пролитых в дороге слез.

— Оставьте меня с Янессой и Зариной наедине, — попросила она сыновей.

Слуги, сгустившиеся в углах гостиной, тут же вышли, а принцы некоторое время не решались.

Я растерянно посмотрела на Бранда и Мортена. Им просьба матери не нравилась, но они словно были уверены, что все сложится хорошо. Проводив их обеспокоенным взглядом, я скрестила пальцы и мысленно пожелала себе удачи.

Как только все посторонние нас оставили, королева вновь заговорила:

— Еще больше меня печалит, что избранница моего сына — дочь Рах-Сеима, принесшего много горя в нашу семью.

Зарина, в отличие от меня, не робела.

— Эмриан Мирный тоже принес горе в нашу семью, — напомнила она колко, — когда убил моего брата.

— Твой брат был чудовищем.

— Не спорю. Отцовский характер.

— Но его именем ты хочешь назвать моего внука. — Элейна Жемчужная скользнула взглядом к животу Зарины.

— Это всего лишь имя. Ничего общего у нашего сына с моим братом не будет.

— Все равно это повод для переживаний. Возможен новый конфликт с Рах-Сеимом. И это уже не какая-то шероховатость, которую можно уладить. В конце концов, это смешение крови врагов.

— Мой отец прогнал меня из стаи. Формально я ему больше не дочь. Я Омега, как и ваш сын. Вы можете не верить мне, но спросите Кристера. Мы с ним подготовились к любому исходу. Если случится так, что мы погибнем, вы будете опекунами нашего сына. Я не хочу, чтобы его воспитывал Рах-Сеим.

— Ты нравишься мне, Зарина. Я хорошо помню, что однажды ты спасла Мортена, потом Кристера. Ты носишь под сердцем его дитя — плод настоящей любви. Но вам предстоит нелегкий путь. Рах-Сеиму нельзя верить. Он склонен менять свои решения. Пока он жив, вы не будете в безопасности. А развязывать с ним войну — это обречь наш народ на страдания и боль. Однако вы не должны забывать, что мы никогда не откажемся от своего сына. Кристер принц. Неважно, человек он или оборотень.

— Если вы приглашаете нас в Скайдор, то не питайте иллюзий, ваше величество. Зачем смущать народ волками в королевском дворце? До рождения сына мы поживем в Абрахосе, а потом подыщем место поспокойнее.

Королева снисходительно улыбнулась. Невестка в лице Зарины пришлась ей по душе.

— Место поспокойнее у вас обязательно будет, — сказала она и переключила все внимание на меня. — А ты, стало быть, странница из другого мира, снявшая проклятие сразу с двух моих сыновей. Как же тебе это удалось, Янесса?

— Я просто полюбила их, а они меня, — ответила я и спустя мгновенье добавила: — ваше величество.

— Мы щедро отплатим тебе, — вдруг заявила королева. — Сколько ты хочешь за свою услугу?

Я застыла в шоке. На змею королева не была похожа, но озвучила очень некрасивые, ядовитые слова. На фоне милого общения с Зариной, которое меня расслабило, даже как-то неуважительно по отношению ко мне.

— А во сколько вы оцениваете их жизни? — спросила я.

— Для меня их жизни бесценны.

— Как и для меня, ваше величество. Если Бранд и Мортен пожелают, я уйду. Я знаю свое место. Не буду зубами вгрызаться в шанс стать кронпринцессой. Я не за корону их полюбила, а за их сердца и души. Но не называйте мою любовь услугой.

— Янесса, я очень благодарна тебе за твою смелость и открытость. Ты бросила вызов самому Рах-Сеиму. Только любовь подразумевает связь. А разве кто-то из моих сыновей уже провел ритуал помолвки?

Я опустила глаза. В носу защипало. Ни Бранд, ни Мортен так и не сделали мне предложение руки и сердца.

— Нет, — тихо пискнула я, и в этот момент в гостиную вернулись мои мужчины.

Впереди них шел Хельвард Финн, неся перед собой подушку с кисточками по углам. Поверх нее лежала аккуратная диадема из необычного фиолетового металла — по-настоящему ювелирная работа: полумесяц в центре, звезды на вершинках, две из которых, самые крупные, были инструктированы красными камнями, похожими на те, что…

Я перевела взгляд на Зарину, посмотрела на ее помолвочное кольцо и ахнула. Приложив пальцы к губам, проследила за Хельвардом Финном и замерла.

— Простите за вторжение, ваше величество, — улыбнулся Бранд, — мы ненадолго.

Они с Мортеном опустились передо мной на одно колено и заговорили поочередно:

— Дорогая Несси…

— Странница…

— Ты просила дать тебе время…

— Но мы больше не в силах ждать…

— Ты примешь нашу кровь, в которой заточена жизнь, в качестве согласия стать нашей женой?

Я медленно посмотрела на сверкающую диадему, и глаза застлали слезы.

— Неужели это киадарин? — полюбопытствовала Зарина. — Самый редкий драгоценный металл Подлунного мира?

Теперь я совсем растрогалась. Поджав губы, чтобы не разреветься, лихорадочно закивала.

Довольные моим согласием Бранд и Мортен аккуратно сняли диадему с подушечки, поднялись с ней и надели на мою голову.

— Отныне мы вверяем тебе…

— Свои сердца и души…

— Плоть и кровь…

— Силу любви и желания…

— Твои навеки…

— И после смерти…

— Да поставит первая Багровая Ночь печать на нашей клятве!