Fair Play (СИ) - Пожидаева Ольга

Сторм въехал на крытую стоянку, заглушил мотор и, не говоря ни слова, начал целовать меня.

— Пригласи меня, — выдохнул он, жадно хлебнув воздуха, — на чай.

— После свадьбы, — я сдвинула ноги, потому что моя промежность почти обрела дар речи, пытаясь прокричать: «Да, да, на чай»!

— Мел, там же какие-то сроки. Мы можем быстро все оформить, но закон… — Майк почти скулил, но я твердо решила держаться.

К тому же я не сказала ему, что мой приятель поможет нам зарегистрировать брак официально. Дело трех-четырех дней. А больше я и сама не выдержу.

— Потерпишь, — я издевательски похлопала Майка по щеке и уже собиралась вылезти, как он, окинув глазами мои пустые парковочные боксы, спросил:

— У тебя на самом деле нет машины? Серьезно?

Теоретически я могла тут держать три авто, но зачем мне они? Для красоты?

— Как видишь, — я развела руками. — Позвоню вечером.

Я чмокнула его в губы и побежала домой. Остаток дня прошел в телефонных переговорах. Я попросила Лив помочь мне с юристом. Она чуть душу из меня не вытряхнула своими вопросами, но я твердо заявила, что все объясню потом. Мелкая, скрипя зубами, посоветовала мне старого друга ее отца. Мистер Джонатан Райт оказался милым дядечкой лет шестидесяти. Узнав о моей ситуации, он пообещал все подготовить за пару дней. Главное — встретиться с юристом Майка, все обсудить и согласовать, а потом только подписать. Я дала ему контакты с визитки Джима Торвела, которую вручил мне Майк.

Потом я позвонила своему приятелю по школе, Райану, который заверил, что можно зарегистрировать брак хоть завтра. Главное — предупредить за несколько часов и подойти к нему в конце дня. Я выдохнула с облегчением, потому что, по правде говоря, мне не терпелось покончить со своим холостым положением. Почему-то я не могла относиться серьезно к собственной затее. Я понимала, что люблю Майка, что сейчас он для меня — самый важный человек на планете, но мне же всего двадцать один год, и он — мой первый мужчина. Да, я допускала, что будет больно отпустить его через пять лет, но с другой стороны, возможно, я разочаруюсь в нем. Неизвестность не пугала, а, скорее, завораживала. Я твердо решила, что буду воспринимать этот брак, как веселую авантюру. Но в глубине души, конечно, теплились наивные романтические надежды, что через пять лет мы просто выбросим договор, не понимая, как жить друг без друга. Я остужала себя, вспоминая его сосания с Марией. Если говнюк нарушит хоть один пункт договора, пощады пусть не ждет. Надеюсь, ему дорог МЮ, и он будет паинькой.

Вечером я позвонила Майку, отчитавшись о проделанной работе. Оказывается, Торвел уже связался с ним, и работа по оформлению договора шла полным ходом. На следующий день мы встретились с Лив и Джошуа, чтобы обо всем им рассказать. Это был странный разговор. Джошуа хмурился, а Лив молчала. Только потом она закидала меня вопросами и предположениями, отвечать на которые у меня не было ни сил, ни желания. Да и не знала я ответов. Не хотела знать.

Утром следующего дня я позвонила Коннору, который поначалу говорил весьма мило. Я спросила его в лоб, не передумал ли он по поводу денег. Ага, я такая наивная. Но Кони снова выдал свое коронное: «Нет». Пришлось назначать официальную встречу по поводу завещания и наследства. Он снова отчитывал меня, уверяя, что у юристов, финансистов, аналитиков и консультантов есть дела поважнее, чем выслушивать мои капризы, но я знала, что имею право созвать собрание в любое время, так что Маку ничего не оставалось, как согласиться.

Настал судьбоносный день, и я… опаздывала. Майк тихо матерился, сидя в гостиной. А у меня, как назло, все валилось из рук. Я хотела сделать высокий пучок и надеть строгий брючный костюм. Но шпильки только кололи пальцы и голову, не желая фиксировать волосы, а от розовой блузки, которая хорошо смотрелась с серым твидом костюма, отвалилась пуговица. Макияжем я даже не озаботилась, и слава богу, поскольку стрелки уж точно не легли бы, как надо. К черту официоз, пойду в джинсах и ботинках.

— Мел, черт, нас там не будут ждать до ночи, Торвел и Райт уже на месте, — вышел из себя Майк, ворвавшись в спальню. — Ты издеваешься надо мной?

Я замерла. В одном лифчике и расстегнутых джинсах, в руках ботинки, которые только что нашла, — вот и весь наряд.

— Стучать не учили? — огрызнулась я, и без него порядком заведенная всеми этими неприятностями с одеждой.

— Я тебя умоляю, Спаркс. Ты через… — Майк взглянул на часы, — …меньше, чем через час станешь моей женой, и я все уже сто раз видел. Чего это ты напялила?

Он сдвинул брови, сверля меня неодобрительным взглядом.

— Джинсы, ботинки, сейчас еще майку…

— Нет, — оборвал меня Майк.

Я так опешила от его тона, что не могла придумать достойный ответ. Наверное, нет — это кодовое слово, после которого я впадаю в ступор. Сторм по-хозяйски рылся в моей гардеробной, пока я с ботами в руках беззвучно, как рыба, открывала и закрывала рот.

— Надевай, — он швырнул на стул платье. Белое, с кружевом, очень… эммм… открытое. Шутим?

— Я почти одета, Майк, — уперлась я, игнорируя полупрозрачный клочок ткани на стуле.

— Мел, это, чтоб тебя, свадьба. Я знаю, мы не особо традиционно женимся, но будь добра, надень платье хотя бы.

Он сменил тон на уговаривающе-милый, и я чуть было не согласилась.

— Ты сам не особо заморочился, — прицепилась я.

Майк был в кроссовках, серых джинсах и непонятного цвета рубашке.

— Я надел рубашку, — не отступал он.

— И Найки, — продолжала давить я, кивая на его обувь, и тут меня озарило.

Я скрылась в гардеробной, где в дальнем углу висел его смокинг.

— Надевай, — я кинула ему в лицо пиджак.

Майк отскочил от него, словно от чумы. Наверное, узнал и прекрасно помнил его печальную историю.

— Не психуй, я сдавала его в химчистку, — успокоила я, посмеиваясь.

— Точно? — Сторм взял пиджак двумя пальцами, рассмотрел и понюхал. Я хихикала.

— Клянусь. Надевай, или я еду в джинсах.

То ли он не хотел терять время на споры, то ли я настолько убедительно надулась, но Майк больше не спорил. Он натянул пиджак и сунул руки в карманы.

— Довольна?

— Да, — я повернулась к стулу, чтобы взять платье, и вдруг почувствовала, как щелкнула застежка лифчика.

— Не понадобится, — хохотнул Майк и вышел из спальни.

Я снова не успела ничего сказать ему в ответ. А платье, и правда, было слишком откровенным и требовало надеть бюстгальтер без лямок, но… Черт с ним, пусть будет по-Стормовски. Нас ждет длинный вечер, и снимать перед сном лишнюю тряпку — время терять.

Я влезла в платье, не понимая, в каком шопинг-угаре нужно было находиться, чтобы его купить. Кажется, я хапнула его еще в Штатах по настоянию Лив. Куда в нем ходить, если не желаешь найти дурных приключений на полуголую задницу? — наверное, только на собственную свадьбу. Ухмыльнувшись отражению в зеркале, я решила не заморачиваться с туфлями и надела приготовленные мною ботинки. Отлично. Он — в кроссовках, я — в милитари-ботах. Пусть только попробует возразить.

Майк и не возражал. Он, конечно, сдвинул брови, но мы уже сильно опаздывали, так что пришлось проглотить. Мы выглядели странновато, но мне это почему-то нравилось. Сторм еще и очки нацепил, завершая ими свой образ.

Райан приветливо встретил нас. Он слегка ошалел, увидев Майка, но в ноги не кинулся и автографа не попросил. Думаю, он посчитал, что мы все делаем быстро и без лишнего шума, дабы избежать внимания прессы и фанатов МЮ. Мне нравилось, что он не задавал вопросов, просто оказывал мне услугу. Даже когда юристы выложили копии договоров на подпись, мой приятель не проронил ни звука. Ну а что? Вполне тривиальная процедура в наше время, особенно, если учитывать то, что ни я, ни Майк не были нищими.

— Целоваться будете? — усмехнулся Райан, когда я дорисовала последний автограф.

Я не успела и слова сказать, а Майк уже ласкал мои губы своими, целуя нежно и трепетно. Без языка, но как-то очень торжественно, словно именно поцелуй должен был скрепить наш договор окончательно. Наверное, я слегка повредилась умом от всей этой канители.