Shinmaya aka Fred - Частные уроки

— Шел бы ты к своей девушке, а?

Невыносим. Невыносим. Разве можно вот так запросто сказать «люблю», безо всяких обязательств? Придурок.

Сатоши с большим удовольствием выставил друга за дверь и бессильно повалился на кровать. Вот угораздило же влюбиться в натурала! Он вспомнил, сколько боли причинило то признание. Но по-другому Сатоши не мог — скрывать свои чувства было еще больнее.

— Давай хотя бы попробуем?

— Да тут нечего пробовать. Спать с парнем? Нет уж, я как-то с девушками привык.

— Я не говорю про секс. Мне хватит и того, что ты будешь моим.

— Вот именно. Я не хочу принадлежать другому парню, пусть даже и лучшему другу. Сатоши, ты спятил!

С тех пор прошло больше года, отношение Таки к его любви сильно изменилось. Он стал больше понимать Сатоши, но и чаще теперь причинял боль своим наивным флиртом. Он позволял себе очень многое, вплоть до того, что однажды, из чистого любопытства, решил поцеловать Сатоши. Все получилось сумбурно и нескладно, но Сатоши до сих пор не мог забыть тот поцелуй и теперь каждый день мечтал повторить его.

— Размечтался, — сказал он вслух, щелкнул пультом и уставился в телеэкран.

* * *

Тетсу аккуратно положил ключи на столик у входа. Еще ни разу он в одиночку не задерживался до такого позднего времени. Сегодня он не хотел приходить домой. Потому что дома будет холодно и одиноко. Потому что никто не щелкнет по носу и не взъерошит волосы. И некому будет огрызнуться. Закатить глаза, вздохнуть и тихо прошептать: "Вот придурок!"

Из кухни тотчас вышел взволнованный Кеита-сан.

— Тетсуя! Где ты ходил так поздно?

— Гулял, — буркнул мальчик и попытался протиснуться в узком проходе между отцом и стеной. Но Акимару-сан взял сына за плечо.

— Надо поговорить.

Тетсу отмахнулся.

— Прибереги нотации для другого раза. У меня сейчас нет настроения.

— Не получилось?! — голос отца дрожал.

— Он не вернется. — Тетсу покачал головой. — Я говорил с его другом, Сатоши. Хаято грозится вообще уехать из Токио, если мы будем настаивать.

Акимару-сан покачал головой.

— Никуда он не уедет. Он — несовершеннолетний, идти ему некуда. И я пока еще за него в ответе. Все, едем.

Тетсу удивленно посмотрел на отца.

— Куда?

— Ты знаешь, где живет тот мальчик?

— Это ни к чему не приведет.

— Я совершил ошибку. Нужно было сразу просто забрать его.

Мальчик покачал головой.

— Тебе бы пришлось его сначала избить. Если Хаято что-то решил, то уже не отступится.

— Не говори глупостей. Поехали.

Ехали молча. Тетсу не был уверен, что попытка отца приведет к какому-то результату, однако в душе его еще теплилась надежда. Быть может, Хаято нужно почувствовать внимание отца, его любовь и заботу? Может, его поступок — лишь протест против изменений в семье? Попытка доказать себе, что он им нужен? Тетсу понимал, что дело не только в отце, что сам он играл не маленькую роль в уходе брата, но он настойчиво гнал от себя подобные мысли.

«Хаято боится, что отец его бросит. Просто боится. Он хочет любви и понимания. И только».

— У того дома припаркуйся, — Тетсу показал дом Сатоши. — Я позову его.

— Нет! — Акимару-сан остановил сына. — Я сам пойду. Посиди в машине.

Тетсу не послушался отца и пошел следом. Он поднялся по лестнице, но не стал подходить к двери, а остановился чуть поодаль. Заметив сонное лицо Сатоши, открывшего дверь, Тетсу даже улыбнулся про себя, но едва в двери показался Хаято, как веселые мысли тотчас покинули его голову. Тетсу весь превратился в слух.

Как ни странно, Хаято не стал грубить отцу. Он был приветлив и отвечал на все его увещевания лишь сдержанной улыбкой.

— Пап, я не могу, — сказал он, когда у Акимару-сана кончились доводы. — Пойми ты, дело вовсе не в твоей женитьбе. Это все я. Я стал слишком эгоистично относиться к семье.

«Какого черта он там несет?» — подумал Тетсу. Он сделал шаг, Хаято заметил его, и добродушное выражение лица сменилось горьким.

— Я не хочу ни для кого быть обузой, понимаешь? Для меня очень важно самому стоять на ногах. Я такой человек, понимаешь?

Акимару-сан обреченно покачал головой.

— Я не хочу терять тебя, сынок.

— Что за глупости, пап? — Хаято выдавил из себя улыбку. — Ты никого не теряешь. Мы будем общаться. Просто смирись с тем, что я уже слишком взрослый, чтобы жить под твоей опекой.

Он смотрел на Тетсу, когда говорил это, и мальчик понял, что дело действительно не в отце. Нет, тоо-сан был всего лишь предлогом. Настоящая причина в нем, в Тетсу.

«Подло. Очень-очень подло так поступать, Хаято. Ты знаешь, как мне больно, как я люблю тебя и все равно уходишь».

Тетсу почему-то даже не злился. Просто смотрел на брата, словно в последний раз.

— Тетсу очень грустит без тебя, — сказал Акимару-сан, не замечавший младшего сына за спиной.

Хаято опустил глаза.

— Мы будем видеться, — сказал он. — Спокойной ночи.

Отец схватил его за руку.

— Постой, возьми хотя бы карточку. Хочу знать, что ты не нуждаешься в деньгах. К огромному удивлению Тетсу Хаято равнодушно протянул руку за кредиткой, сунул ее в карман брюк и повернулся к двери, стараясь не глядеть на брата.

— Спокойной ночи, — сказал он.

В машине Тетсу изо всех сил сжимал кулаки, впиваясь ногтями в кожу ладоней. Лишь бы не плакать. Только бы не выдать себя. Отец тоже был подавлен, и все же было видно, что разговор с сыном принес ему облегчение. Акимару-сан знал, что с Хаято все в порядке и полагал, что это действительно взрослый и осознанный выбор сына. Но он не мог даже догадываться, что творилось в душе Тетсу. Мальчик понимал, что намерения брата тверды, и все же его поступок был настоящим свинством. Сначала заставить Тетсу влюбиться в себя, а потом убежать, поджав хвост. Тетсу и хотел бы разозлиться на брата, но у него не выходило, в душе он оправдывал Хаято, понимал и не хотел причинять ему боль.

Придя домой он, не раздеваясь, бросился на кровать, накрыл голову подушкой и зарыдал, отчаянно надеясь, что отец его не услышит.

Они не должны были… Он не должен был…

Увлекаться этой игрой.

Тетсу вслушивался в тиканье сувенирных часов в гостиной и считал секунды, минуты. Сон никак не шел к нему. Навязчивые мысли о Хаято атаковали голову мальчика. Он не верил, что все это происходило на самом деле, что брат больше не часть их семьи. Как легко было привыкнуть к его доброте и заботе и как тяжело теперь все это терять. Тетсу не представлял, как можно было подавить в себе эту привычку.