С. Уолден - Погружение (ЛП)

Я присела на корточки возле Люси, позволяя ей выплакаться. Не успокаивала ее. Не чувствовала смущения, когда люди, входящие и выходящие из кафе, глазели на нас. Не говорила слов сочувствия. Я сосредоточилась на случившемся со мной откровении. Я словно слышала голос Бэт, шепчущий из небесных врат, и она простила меня. Или, возможно, я впервые за много месяцев смогла отпустить свои прошлые грехи. Смогла простить себя. Все благодаря Люси и ее признанию. Я не хотела быть жертвой. Я не хотела, чтобы мой мир разорвали на части. Я хотела справедливости, но поняла, что ее нужно искать другим способом. Я хотела защитить свое тело, свой разум, потому что видела, что случается с теми, кого лишили такого права.

Я довезла Люси до моего дома. Мы провели весь вечер в моей спальне, и я рассказала ей все, как до этого рассказала доктору Мэрривезер. Она вздохнула с облегчением, когда я пообещала ей, что отказалась от плана подставить Кэла, и поощряла меня обнародовать информацию о «Воображаемой Блядской Лиге». Я предложила ей дать показания, но она возразила, что нет веских доказательств.

— Ты хотя бы расскажешь своим родителям? — спросила я.

Люси пожала плечами.

— Что они могут сделать?

— Я не знаю, но они твои родители, и они любят тебя.

Уголок рта Люси приподнялся.

— Я полагаю.

— Ты подумаешь об этом? — давила я.

Она кивнула, затем взяла меня за руку.

— Да, Брук. Но я обдумаю то, что ты сказала, только потому, что ты такая милая.

Я ухмыльнулась.

— Я не милая, Люси.

— Милая. Я знаю, что Кэл вешал тебе на уши всякую лапшу обо мне, но ты всегда была милой, даже когда я на какое-то время перестала с тобой разговаривать.

— Я должна была сказать тебе, что делаю с ним давным-давно, — ответила я. — Я просто не знала, кому могу доверять.

— Это понятно, — сказала Люси. — Я просто рада, что на самом деле, он не нравится тебе.

—Ужасно. Ни за что, — ответила я, и она улыбнулась в ответ.

— Я не думаю, что Бэт справилась с тем, что произошло с ней, но понимаю, почему она сделала это, — произнесла она через некоторое время.

Я слушала, не желая перебивать. Я хотела услышать точку зрения другой потерпевшей.

— Впасть в депрессию легко. У меня она была. Отступить — легко. Легко больше не видеть ни в чем смысла: в твоей повседневной рутине, твоих отношениях с другими людьми. Все становится бессмысленным или пугающим. Для меня стало бессмысленным. Думаю, для твоей подруги — пугающим. А когда ты боишься всего мира, ты хочешь сбежать из него.

Я склонила голову.

— Я хотела, чтобы она была сильнее. Я хотела, чтобы она все еще была здесь. Было бы неплохо иметь подругу, которая понимает, через что я прошла. Кто-то, кто тоже испытал это.

Внезапно, у меня возникла идея. Я вытащила половину сердца из-под рубашки. Я снова начала носить колье около недели назад, спрятанное под рубашкой, оно находилось рядом с моим сердцем. От ее мамы я узнала, что Бэт похоронили с личными вещами, и ожерелье с половиной сердца было одной из этих вещей.

Я отстегнула цепочку и отдала ее Люси.

— Что это? — спросила она, трогая ожерелье.

— Бэт подарила мне половинку на мой восьмой день рождения. Она была похоронена с другой, — объяснила я. — Я хочу этого.

— Брук, я не могу взять это! — сказала Люси, сунув ожерелье в мои руки. Я вернула назад, покачав головой.

— Я хочу этого, Люси. На самом деле. Я знаю, ты не была связана с ней при жизни, но теперь ты можешь.

Я искала правильные слова, но знала, что мои чувства могут прозвучать пафосно.

— Возможно, это принесет тебе некоторое утешение или нечто подобное.

Я отвела глаза. Я чувствовала себя глупо и чересчур драматично в этот момент.

Люси замешкалась на долю секунды, прежде чем застегнуть цепочку на шее.

— Спасибо, Брук, — произнесла мягко она.

— Пожалуйста.

ГЛАВА 19

По школе поползли слухи о парнях. Никто из девушек, кроме меня и Люси, не знал о лиге, но они знали, что нужно держаться подальше от Кэла и его банды. Во всеуслышание ничего не говорилось, только настойчивые шепотки расползались по коридорам, как дым, посылая сигналы и предупреждения. Результат оказался мгновенным. Я проверила текущий счет игры №3: никто не заработал ни одного очка.

— Сексуальная неудовлетворенность — это хреново, — сказала Грэтхен, перегнувшись через спинку кресла Тэрри, чтобы лучше рассмотреть экран компьютера. Я услышала, как Тэрри резко вдохнул.

— Прекрати пялиться на ее задницу, — выругалась я. — Она практически ребенок.

— Мне скоро исполнится девятнадцать, спасибо большое, — ответила Грэтхен, вставая и поворачиваясь к нему. — Сексуальная неудовлетворенность, по твоему, это хреново, Тэрри? — спросила она игриво, соблазнительным тоном.

Тэрри проигнорировал ее.

— Райт, почему ты почувствовала необходимость привести сюда Грэтхен?

Он оттолкнул мою кокетливую подругу и плюхнулся на диван.

— Она ночует у меня, — рассеянно ответила я. Я искала, кого выбрали для игры №4.

— Четвертая игра пока не организована, — пояснил Тэрри, когда я спросила.

— Да, но уже должен быть хотя бы список девушек. В других играх он появлялся довольно рано, — ответила я.

Тэрри покачал головой.

— Возможно, их спугнули. Посмотри на эти оценки. Ну, на отсутствие оценок. Возможно, они знают, что что-то происходит, и поэтому залегли на дно.

Грэтхен робко подошла к дивану и села рядом с Тэрри.

— Мне нравятся твои татуировки.

Я закатила глаза.

— Мне они тоже нравятся, — ответил Тэрри, затем отодвинулся подальше.

Тэрри не разговаривал со мной несколько недель после того, как я впервые привела Грэтхен к нему домой. Да, я не должна была разоблачать его, но я доверяла Грэтхен, и мы направлялись в торговый центр. Было бы чертовски неудобно заставлять ее ждать в машине или высаживать где-то, чтобы она ждала, пока я заберу у Тэрри новую информацию для меня. В конце концов, он простил меня, когда понял, что ему нравится флиртовать с моей подругой.

— Сейчас, похоже, самое подходящее время, а? — спросила я.

— Для чего? Пролить свет на все? — ответил Тэрри.

Я кивнула, и он пожал плечами.

— Мне жаль, что ты не смогла получить все доказательства, которые хотела, Брук, — сказал Тэрри. Это извинение прозвучало искренне.

— Все нормально. Я довольна и этим.

— Кто-то из девушек захотел дать показания? — спросил он.

— Я говорила только с двумя из них, и ты прав. Нечестно просить их разоблачить себя, почти не имея улик. Не знаю, о чем я думала.