Fair Play (СИ) - Пожидаева Ольга

Я геройски долго рассматривала их фотки и читала статьи. Сначала все было более чем мило, весьма ординарно. Она — модель, он — футболист. Подходят друг другу. А год спустя начала литься грязь. Марию то обвиняли в связи с фотографом, то подлавливали, выходящей из отеля. Особо дотошные издания даже отследили, что у их с Майком дома в Мадриде все время парковалась одна и та же машина, принадлежащая известному испанскому футболисту. Причем этот товарищ приезжал только, когда Майка не было в городе.

Я тихо офигевала, изучая даты публикаций, уже не читая, только просматривая заголовки. Майка выставляли полным идиотом, рогоносцем, жалким, доверчивым дурачком. Умом я понимала, что всю эту мазню нужно делить на десять, но представив, что его мать читала все это, мое сердце сжималось.

В прессе не было никаких толковых новостей об их разрыве. Равно, как и о том, что они вообще были вместе. Майк не делал заявлений о личной жизни, за что я не могла не уважать его.

А еще я неслабо удивилась, увидев на одной из давних фотографий Марию рядом с Эммой. Не думая ни секунды, я потянулась за мобильным.

— Привет, пропажа, — недовольно ответила Эмма.

— Привет, привет, — быстро заговорила я. — Скажи мне, если ты общаешься с Марией Торес, какого черта не просветила меня, что она — подружка Сторма?

Я ей, видите ли, единственной тогда все рассказала, а она даже не удосужилась предупредить меня о том, что мужик, так ловко сбивший мне целку, принадлежит другой.

— А? — Эмма, видимо, растерялась от моего напора.

— Повторить вопрос? — ощетинилась я.

— Мел, она не его подружка. Все знают, что Майк бросил Марию, — она произнесла это так, словно в «Таймс» эта новость неделю висела на первой полосе, а я, дура, все пропустила.

— Давно?

— В Манчестер он переехал свободным, как ветер.

— Почему ты мне не говорила?

— Ты не спрашивала, — вот и не поспоришь.

Я замолчала, жуя губы и думая, чего бы еще такого спросить. Надумала:

— Слушай, я понимаю, что все желтые сплетни нужно делить на десять… — начала я, но Эмма перебила.

— С Марией дели на два. Она действительно без тормозов. Мы перестали общаться, когда я забеременела, но до этого… — Эмма издала странный звук, который, видимо, означал, что Мария — шлюха. — А ты с чего меня допрашиваешь? Ты и Сторм? Вы опять?

— Потом поговорим, я тороплюсь, — протараторила я, бросив трубку на диван, а сама свалилась рядом.

Мозги просто кипели. Я сходила на кухню, взяв себе пива и чипсов, и устроилась перед телеком смотреть очередную игру, но сосредоточиться не получалось. Уже ближе к ночи я позвонила Кейт. Решив, что завтра извинюсь за хамство, я полупьяным голосом начала допытываться, не встречала ли она Марию в квартире Майка. На это Кейт заявила, что видела там только меня и парня (видимо, Джошуа), и что недавно Майк поменял замки. Я получила все, что хотела, и попрощалась. Остаток вечера я била себя по рукам, которые тянулись к телефону. Победил пьяный разум, выключив меня в одежде прямо на диване. Но последние мысли были об Майке.

«Возможно, нам, и правда, нужно поговорить. Господи, сделай так, чтобы он был не гадом».

Часть 2

Мел

Утром меня разбудил мобильник, возле которого я и уснула. Я ткнула в кнопку принятия вызова, прохрипев:

— Алло.

— Мел? — недоверчивый звонкий голос Ливи ворвался в мой мягкий разум.

— А кого ты ожидала услышать? — умудрилась съязвить я.

— Ой, кто-то не выспался, — захихикала засранка. — А я еще не ложилась.

— Который час? — я села, проведя рукой по волосам.

— Почти десять, — и тут Лив прорвало. — Мел, это было великолепно. Правда. Джошуа — совершенно необыкновенный. Мы полночи правили дизайн, а потом… Господи, он — как чертова машина, и такой внимательный. Ни один мужик со мной такого не делал.

— Ливи, Ливи, я тебя умоляю, не надо деталей. С утра, натощак, учитывая, что я сто лет не трахалась… Если ты продолжишь, то я как минимум начну завидовать, а, может, даже фантазировать, — я попыталась припугнуть ее, чтобы остановить потоки восторга. — Но меня радует, что вы и делом позанимались.

— Ох, Мел, он гений. Серьезно, вроде бы и поменял сущие пустяки, но оформление теперь смотрится настолько классно… Коннор не сможет нас послать, а если и пошлет, хер с ним. Сами все сделаем, он же не додумается запретить тебе работать под маркой клуба? А деньгами пусть подавится.

— Стоп-стоп-стоп, — перебила я тараторку. — Как подавится? Какое, на хрен, сами?

— Да надоело мне, Мел. Я устала от этой тупой работы, устала, что босс вечно орет, устала срываться по звонку, бросая обед, — завелась Лив. — Джошуа прав, нам нужно рискнуть. Мы сложим наши накопления, возьмем кредит на твою долю, а когда раскрутимся — ты выплатишь нам по половине. Классно придумано, да?

— Джошуа? Накопления? Кредит? — у меня закипел мозг. — Браун, ты его сколько знаешь? Сутки? Меньше!

— Ты его знаешь, — гениально оправдалась Лив.

— Вчера я видела его второй раз в жизни, и то, что я спала с его мудаком-братом, не делает из Джошуа Сторма святого. Ты хоть понимаешь, что он может больше не позвонить? Не допускаешь мысли, что он развел тебя на секс и свалил? Честно слово, Лив, даже я не такая наивная.

— Знаешь, Спаркс, я понимаю, что у тебя сейчас период недоверия к мужчинам, тем более с фамилией Сторм, но я не наивная. Мы сегодня обедаем в четыре, чтобы все еще раз обсудить. Будь добра притащить свой зад в ресторан. Это, между прочим, твое детище скоро увидит свет, — отчитала меня подруга.

— В четыре? — я прицепилась ко времени. — Тебе разве не нужно быть в офисе?

— Не нужно. Я уволилась, использовав все накопленные мной отгулы вместо двух недель отработки. Пусть там сами дрочат. Мне плевать, — выдала она.

У меня отвисла челюсть. Я допускала мысль, что Лив и Джошуа поладят, но, черт подери, не до такой же степени.

— В общем, мне некогда ждать, когда ты выйдешь из обморока. Переваривай, пока собираешься, — прервала мои раздумья Браун.

— Лив, но это невозможно. Джошуа не имеет права подбивать тебя на такую авантюру. Ты не должна увольняться, — у меня снова прорезался голос.

— Мел, это не авантюра, я все решила, как и Джош, — спокойный, абсолютно уверенный тон. — У нас мало времени. Встреча с Маком уже завтра, нужно многое обсудить. Встретимся в Umezushi в четыре. Целую.

И она отключилась.

Я просидела с телефоном в руке несколько минут, пытаясь понять, что это было. Но не поняла. Поэтому просто встала и пошла в ванную, надеясь, что после душа меня-таки озарит. Но ни душ, ни завтрак, ни прогулка пешком до ресторана не принесли желаемого просветления. А увидев светящихся, хоть и помятых, Джошуа и Оливию, я и вовсе разозлилась. Определенно, они оба еще не ложились. Совершенно точно, они снова трахнулись перед обедом. И должна признать, я им завидую.

Не дав мне и рта раскрыть, Джош сразу показал в ноуте отредактированный проект. Я снова онемела, потому что Лив не врала. Чертов Сторм — профи. У них это, видимо, семейное. Дизайнерское решение было идеальным. Джошуа взял за основу наброски Лив, но добавил к ним выразительные нюансы.

Признав, что теперь проект полностью закончен и готов увидеть свет, я попыталась завести разговор об их бредовых идеях с самостоятельным финансированием. Но они меня и слушать не стали. Бороться с логикой и энтузиазмом Джошуа, сдобренным маркетинговыми расчетами Лив? Да у меня не хватит ни опыта, ни знаний, чтобы опровергнуть их идеи. Я могла только пытаться запугать их, но эти двое вели себя так, словно обменялись ночью не только жидкостями, но и шизой. Два окрыленных, счастливых идиота — вот с кем мне пришлось иметь дело. Таких не прошибешь. Сама такая была, пока якшалась со Стормом. Когда влюблен, любое безумство кажется оправданным риском со вкусом дорогого шампанского. Лив и Джошуа определенно находились в состоянии влюбленности. И хотя мне нравилось видеть их счастливые лица, но слепая уверенность в успехе и скоропалительные решения вызывали беспокойство.