Хуже, чем ничего (СИ) - Юдина Екатерина

Мне казалось, что еще немного и я выбегу на трассу. Но время шло, а дорога все так же не кончалась. И конца и края ей не было, пока я не поняла, что в очередной раз упав и поднявшись на ноги, я, возможно, в панике побежала не в ту сторону.

Дорога ведь одинаковая. С обеих сторон. Может, я вообще все время терялась и, после очередного падения бежала то в одну сторону, то в другую. Словно замкнутый круг.

Упав в очередной раз, я свернулась калачиком и обняла себя руками. Ветви все так же шуршали и темнота вырисовывала страшные картинки, а сердце билось гулко-гулко, уже теперь начиная ныть.

Прошло слишком много времени, прежде, чем я опять поднялась на ноги. Уже не в состоянии бежать. Вообще еле-еле ковыляя и в страхе, в каждом мгновении прощаясь с жизнью.

Сколько я так брела по дороге? Наверное, целую вечность, прежде чем наконец-то не услышала шум проезжающих машин.

Так вот как звучит надежда?

Я, несмотря на боль в ногах, тут же побежала, в следующее мгновение понимая каково это, когда жизнь дает надежду, а затем ее забирает.

В темноте я увидела движение, но уже оно не было моим воображением. Из леса на меня выскочила лисица. Я закричала. Громко. Срывая голос и, возможно, этим немного ее обескуражила. Выиграла считанные секунды, благодаря которым лисица не сжала на мне свои клыки сию секунду.

Ноги подкашивались, но я бежала изо всех сил, пока наконец-то не добежала до трассы. Чуть не попала под машину, но перебежала через дорогу. Лисица осталась около леса. Переходить через трассу она не рисковала.

А я побежала дальше, пока рядом не остановилась машина, за рулем которой сидела пожилая женщина. На вид она была прямо очень старенькой, но, открыв дверцу, спросила, что у меня случилось и не нужно ли подвезти меня до полицейского участка.

Я солгала о том, что меня случайно забыли на смотровой площадке и мне пришлось самой идти оттуда, но пару раз я упала и по этой причине выглядела вот так.

По глазам женщины я видела, что она мне не поверила, но больше ничего спрашивать не стала. Вместо этого из бардачка достала шоколадные конфеты и протянула их мне.

— Держи. Сладкое помогает успокоиться. А тебе это явно сейчас нужно.

Я была настолько не в себе, что попыталась съесть конфету вместе с оберткой. Узнав у женщины время, я поняла, что с горы спускалась три с половиной часа. И за это время у меня в голове что-то поломалось. Я вообще не понимала, как после этого вечера можно стать прежней.

Женщина подвезла меня к центру, а высаживая повторила, что мне стоит обратиться в полицию.

Вот только Астор не сделал ничего противозаконного. А даже если бы и сделал, ему с этого ничего не было бы. Семья Дега слишком влиятельна.

— Спасибо, — я раз за разом благодарила женщину и вновь была готова разреветься.

Я ведь своим грязным и никчемным телом испачкала ее сиденье. Просила дать возможность оплатить химчистку или чтобы я сама все попыталась вымыть, но женщина отказалась. Сказала, что все хорошо и уже вскоре уехала.

Я же осталась стоять на тротуаре и в этот момент желала лишь одного — вернуться домой. Заползти под душ и навсегда там остаться. Но, если я сейчас вернусь, мама меня увидит.

Как я могла показаться перед ней в таком виде? Мама будет волноваться.

Поэтому я решила пойти к младшей сестре. Общежитие, в котором жила Кларис находилось не так далеко, но мне понадобилось еще полчаса, чтобы добраться к нему.

Вновь пытаясь дозвониться к сестре, я слышала лишь гудки. Наверное, она уже спала. И мне не следовало ее тревожить, но другого места, куда я могла бы пойти, у меня не имелось.

К счастью, охранник куда-то отошел и я смогла пробраться в общежитие. Поднялась на второй этаж и, оказавшись около нужной двери, услышала тихую музыку и разговоры.

Значит, Кларис не спала.

Я тихо постучала. Прошло несколько секунд и дверь открылась. В дверном проеме появилась моя сестра.

Увидев меня, она широко раскрыла глаза.

— Вив? — Кларис тут же вышла в коридор и захлопнула за собой дверь. Взяла меня за руку, после чего потянула в комнату отдыха.

Судорожный выдох и непреодолимое желание обнять сестру. Чтобы хоть немного утолить боль в сердце. Но в первую очередь, чтобы она не переживала, обязательно следовало заверить Кларис в том, что я просто упала. Несколько раз.

— Все хорошо… — я начала, но Кларис меня перебила.

— Астор все же сделал это? Да? — она окинула меня взглядом. Посмотрела на порванную одежду и кровь.

Я несколько раз моргнула. Затем, нахмурилась. В итоге решила, что мое воспаленное сознание не успокоилось и мне просто послышалось.

— Ты… О чем ты? — спросила, переводя дыхание. Сейчас сестра повторит слова и я нормально их расслышу.

— Про спор Астора и Жан-Поля, — Кларис поджала губы. — Астор действительно отвез тебя на смотровую площадку? Что он с тобой там делал? Ты выглядишь так, словно тебя избили, но я не слышала о том, что до такого должно было дойти.

У меня кровь отхлынула от лица.

— Ты знала? — в голове зазвенело и зажужжало. Словно я не желала воспринимать то, что слышала.

— Да, — Кларис, скрестила руки на груди и спиной оперлась о стену. — Я пару дней назад случайно подслушала разговор Дениз и Корин.

При упоминании имени Дениз, уголки губ дрогнули и поползли вниз.

Дениз являлась младшей сестрой Ивет и училась в одном колледже с моей сестрой.

— Почему ты мне не рассказала? — спросила, чувствуя, как губы немеют. — Я же… Когда Астор вез меня на смотровую площадку, я написала тебе сообщение. Ты его просмотрела, но… Ты не ответила. А могла…

— Прости, — сестра извинилась, но не выглядела, как та, которой действительно жаль. — Дениз поняла, что я подслушивала и сказала, что, если я расскажу тебе, они никогда не примут меня в свою компанию. А у нас уже начали налаживаться нормальные отношения. Вив, пойми меня. Я только поступила в колледж. Это же самые счастливые годы в жизни. А, если бы я рассказала тебе, не смогла бы завести хороших подруг.

Хороших подруг…

Мне стало тяжело дышать.

Я не узнавала сестру. Где моя добрая и милая Крарис? Когда она успела измениться? Или всегда была такой?

— Дениз ты называешь хорошей подругой? — спросила. — Ты говоришь это после того, как она запретила тебе предупредить меня об издевательстве?

— Вив, это твоя вина. Я думала, что ты умнее. Кто такой Астор, а кто ты. Как ты вообще могла подумать, что понравилась ему? Я же и не рассказала тебе потому, что думала, что ты и так почувствуешь подвох. Но, нет. Господи, как ты могла не догадаться? Вот посмотри на меня. Я за собой ухаживаю. И выгляжу хорошо.

Кларис крутанулась, показывая мне короткую юбку и топ. Крашенные в рыжий цвет волосы. Нарощенные ногти.

— А ты почему за собой не следишь? — спросила сестра. — И на что ты после такого рассчитывала? Знаешь насколько паршиво ты смотрелась рядом с Астором?

Не знала. Шумно выдохнув, я опустила взгляд и спросила:

— Можешь, пожалуйста, пустить меня к себе? Мне нужно в душ. И раны обработать.

Кларис переступила с ноги на ногу.

— Прости, Вив. Не могу. У меня в комнате сейчас Корин и еще несколько девчонок. Если я тебя пущу, они со мной дружить перестанут. И приплетут еще к этому случаю.

— Понятно, — глухо ответила.

— Тебе бы переодеться. Выглядишь паршиво. Еще и шрамы видно. Тебе бы их прикрыть.

Я опустила взгляд и увидела, что несколько пуговиц на моей блузке оторвались. Стали видны ключицы.

Я тут же сжала края блузки, закрывая шрамы.

— Можешь, пожалуйста, дать мне одежду? — спросила у сестры.

— Да, сейчас принесу.

Кларис тут же ушла, а я, отодвигая край блузки, посмотрела на шрамы.

Я их получила одиннадцать лет назад. Мне было семь, а Кларис шесть. Она разбила телефон папы и тут же спряталась под кроватью. Но папа ее все равно нашел бы. Он и в обычном своем состоянии мог поколотить, а на тот момент папа вовсе был пьян. Тем более, он уже начал искать телефон и, слыша рыдания Кларис, я собрала разбитые части. Пошла к папе говорить, что его разбила я.