Замуж за бандита. Ты пожалеешь (СИ) - Ридель Ада

Он нашёл меня.

Нашёл!

Мужчина, от которого я так долго бежала, с лёгкостью проникает в комнату. Притесняет к окну, заставляет затрястись.

А ведь у меня был шанс на спасение… Был…

— Раздевайся, — летит жёсткий приказ.

— Нет, — выдыхаю. Что он задумал?

Слёзы стекают по щекам, а чудовище, что до сих пор не наиграется со мной, стирает их пальцами. Смотрит высокомерно сверху вниз.

Насмехается глазами. Издевается своими действиями.

— У тебя нет выбора, — улыбается, упиваясь моей беспомощностью. — Я здесь. Перед тобой. Запросто могу скрутить тебя. Раздеть. Давай, девчонка, снимай свою одёжку. Оставим твоему благоверному маленькое послание, когда он придёт сюда.

Я переминаюсь на месте.

Не могу решиться.

Но я знаю об Арсанове не по слухам. Он жесток. И всегда добивается того, что хочет.

— Не заставляй меня делать это самому.

Арчи опускает изучающий взгляд вниз, на мою расстёгнутую блузу.

Хищно осматривает моё тело. А я закрываюсь руками и делаю шаг назад. А некуда.

Не уверена, что враг моего жениха будет играть со мной в карты.

Нет. Он сделает хуже.

Внезапно его ладони оказываются у меня на запястьях. Разводят их в стороны. Оставляют беззащитной.

— Я давал тебе время.

Выдёргиваю руки. Точнее, пытаюсь. И предпринимаю попытку вырваться. Уйти отсюда.

— Отпусти!

И дальше также: он найдёт ещё раз. А потом сделает со мной то, что задумал — выманит моего жениха с помощью меня. А перед этим ещё и воспользуется. Поиграется.

Сделает так, чтобы Слава взбесился. Ведь для этого… Я ему и нужна. Поразить его врага.

— Не трогай меня! — визжу. — Я не хочу!

Его лицо ожесточается. Арчи отпускает меня. На мгновение.

Его жестокие пальцы с силой вцепляются в ткань блузы. И в одно движение дёргают её в разные стороны. Пуговицы отлетают, ткань скользит с плеч. А я за секунду остаюсь без верхней одежды.

Испуганно смотрю на Арчи и закрываю обнажённую грудь. Лифчик почти ничего не прикрывает.

— Т-ты ведь не сделаешь мне больно, да?

Глупый вопрос, Ди!

И он игнорирует. Берёт мою блузку, достаёт откуда-то нож, и я чуть не взвизгиваю.

Арчи разрывает ткань. Кидает её равнодушно на кровать.

И снова возвращает всё внимание на меня.

Устремляет взгляд на мои ноги.

— Юбку сама снимешь? Или…

Он поднимает руку с ножом. Кровожадно усмехается.

— Мне тебе помочь?

Я трясусь, вместо того, чтобы дать отпор.

Понимаю, что смысла нет. Либо этот придурок, либо жених от которого я убежала, и который бил меня.

Лучше бы быть одной. Одной…

С трудом хватаюсь за резинку клетчатой юбки. Спускаю вниз по капроновым колготкам. И присаживаюсь, поднимая её с пола.

Закрываюсь руками ещё сильнее.

— Остальное, — басит, разрывая плотную ткань одним взмахом руки.

Я сглатываю.

— Не надо. Я не знаю, что ты задумал, но разве этого недостаточно? Арсанов, послушай, я понимаю, что он тебе что-то сделал, но…

— Снимай, — кидает в меня разъярённый взгляд. И я понимаю: его терпение на пределе.

Я закусываю губу.

Зажмуриваюсь, снимаю тканевый лиф и придерживаю свою двойку с половиной руками. Снова открываю глаза, боясь, что пока не буду видеть, он что-то сделает мне.

Он и так пугает меня настолько, что я не могу пошевелиться.

Арчи скользит по груди голодным взглядом, и я готова замотаться в рядом висящий тюль или штору. Только бы он не видел.

Кидает на ту же кровать и резко хватает меня за запястье. Дёргает на себя.

— Я ведь сделала всё, что ты просил!

И делаю это ещё сильнее, когда он одним резким движением поднимает нож и полощет мне по ладони. Делает неглубокий надрез.

— Я не прошу, — произносит жёстко, сжимая в своём кулаке мой. А кровь капает на кровать. — Запомни это. А приказываю. Ты не в лучшем положении, Валевская. Теперь я — власть. Твой господин. И ты будешь слушаться. Иначе… Я буду применять силу. Грубую силу.

Он сжимает мой кулак сильнее. А я корчусь.

— Усекла?

Судорожно киваю, чувствуя, как сердце бьётся ещё быстрее. А я думала, что уже некуда.

Он дёргает меня на себя, из-за чего едва не падаю. Но прикрывать грудь не перестаю. Чтобы ему глаз не радовать.

Ещё немного и он сотворит ужасное, а я думаю только о том, что он увидит меня голой..

— Иди, — толкает к выходу. — Если не хочешь, чтобы твой женишок пришёл, трахнул тебя, избил, а потом…

Арчи довольно мычит. И от этого трясусь ещё больше.

Семеню ногами и не знаю, что хуже. Он только подливает масла в огонь.

— Какая разница? С ним или с тобой? — срывается с губ. Я бежала от Волкова не для того, чтобы попасть к другому бандиту. Но сделала это.

— Хороший вопрос, — кивает. Выходит из номера и тащит меня за собой. Даже куртку не даёт взять!

Я бегу по коридору в одних колготках, трусах и без верха. Сжимаю руку, что горит от открытой раны, и снова плачу.

От унижения и обиды.

Арсанов не даёт отойти от себя ни на сантиметр. Позволяет остальным смотреть на моё обнажённое тело. Терпеть сальные взгляды.

И в лифте мы не одни. Нас шестеро. Пять мужиков, считая Арчи и его человека. И я.

Все в недоумении осматривают меня с ног до головы, а я только закусываю губу.

Гад. Подонок. Он ещё поплатится за это.

— Красивенькая, да? — насмехается, спрашивая у толпы. — Потрогать хочешь её? Сиськи видел, какие?

Я пячусь только назад. Пытаюсь выдернуть своё запястье.

— К-классные, — кто-то мямлит со стороны. — Я бы потрогал, но н-нет.

— Как честно, — раздаётся снова холодно.

Шумит оповестительный звук, что мы останавливаемся.

Двери открываются. Мы выходим в коридор.

— Емель, разберись с ними, — я в шоке оборачиваюсь после этих слов.

Мужчина останавливается, когда выходит из лифта. Поворачивается спиной. Достаёт пистолет.

Я зажмуриваюсь, отворачиваюсь. Слышу ровно три пронзительных выстрела. Столько было людей в том лифте.

— З-за ч-что? — истерика снова бьёт по всему телу.

— Не повезло, — отрезает холодно.

Глава 7

Через несколько минут выталкивает меня на улицу через чёрный ход. Кидает, как обычную вещь, в просторный салон. Садится следом. Хватается за лодыжку и резко дёргает на себя.

Я и опомниться не успеваю. Только встаю на локоть и колени.

Но не выдерживаю на одной руке и падаю.

Проезжаюсь сосками по коже сидения и чувствую, как поднимается нижняя часть тела. Сначала ноги, потом таз.

Под животом оказываются чужие колени. А длинные пальцы опускаются на ягодицы. Скользят между ног и касаются промежности через тонкий слой капрона и белья.

Я распахиваю в удивлении губы, но не могу и крикнуть. Вытягиваюсь, стараюсь отстраниться. Хотя и банально понимаю — некуда.

— Развлечёмся, пока мы дожидаемся реакцию твоего жениха, — усмехается мужчина, разрывая ткань колготок.

Я целый год скрывалась от всех врагов. Жила под другим именем.

Вика. Так меня звали окружающие.

Работала в кафе официанткой. И кухаркой в детском доме. Пыталась учиться, как нормальный человек.

Но всё это зря.

Мужчина разрывает на мне колготки. Треск капрона разлетается по всему салону.

А я смеюсь.

В припадках.

— А ты, смотрю, любитель вещи испортить, — лучше бы мне заткнуться, но нет.

Накрывает.

— Я любитель поразвлечься, — скучающе усмехается. — А раз уж у нас есть время..

Отодвигает неплотную ткань в сторону.

— Пока мы едем до места встречи с Волковым, зачем же его терять?

Обхватывает попу ладонью и грубо сжимает.

— В смысле? — выдыхаю. Не понимаю. — Ты ведь позвал моего жениха в отель.

— Ага.

Я сжимаю зубы и дергаюсь вперёд. Пальцы отодвигают ткань трусиков, а я лягаюсь ногами и снова прорываюсь подальше от него.

Но Арсанов не даёт отпрянуть. Снова дёргает за лодыжку и я вновь показываюсь перед ним с задратым к верху задом.