Курс на жизнь (СИ) - Милоградская Галина

— Прости. — Крис потёр глаза. — Раньше я не был таким занудой.

— Ладно, спишем всё на адаптацию, — хмыкнул Марк. — Но ты сиди, если хочешь. Пиво в холодильнике.

— Я, пожалуй, тоже пойду. Знаешь: режим и всё такое…

Спать не хотелось, хотя охватила дикая усталость, словно из тела вынули все кости. Крис нашёл глазами мини-бар, достал пиво и рухнул на диван, раскинув руки по спинке. Покосился на телевизор, потом разглядел центр и груду дисков, сваленных в кучу. Пружинисто поднявшись, подошёл и принялся перекладывать их, рассматривая, то и дело прикладываясь к бутылке. Он почти не удивился, найдя любимый концерт Рэя Чарльза. И когда по подвалу поплыли приглушённые звуки саксофона, Крис наконец позволил себе окончательно поверить — всё кончено. Он свободен.

3. Неспящие в Сиэтле

Он проснулся по привычке — в пять, и долгое время не мог понять, где находится, и почему до сих пор не лязгнули, автоматически открываясь, двери. Потом повернулся на бок, обнимая подушку, и подумал, что неплохо бы составить план действий на ближайшее время. Сна не было, но и шуметь, бродя по дому и будя остальных, не хотелось. Крис быстро умылся и неслышно поднялся на кухню, вспомнив, что Дэниз взяла с него обещание, что он будет пользоваться холодильником в любое удобное время. Соорудив себе пару сэндвичей с ветчиной, сыром, маринованными огурчиками, оливками, помидорами, Крис, подумав, добавил туда ещё пару куриных крылышек и достал пакет апельсинового сока. Интересно, Дэниз помнит, что апельсиновый сок — его любимый, или покупает его постоянно?

Внизу, удобно устроившись на диване и скрестив ноги по-турецки, Крис включил телевизор, бездумно щёлкая каналы и сменяя одно утреннее бессмысленное шоу на другое. Дэниз что-то говорила про поиск жилья. Здесь, конечно, удобно, но стеснять не хочется. Да и собственное пространство, пусть даже и небольшое, необходимо. Без мыслей о том, что кто-то может зайти. Надо уточнить, сколько денег на счету и подумать, куда можно устроиться работать.

С этим была проблема. Крис понятия не имел, чем заняться. В тюрьме он освоил слесарное дело, два года работал в кузнице, делая заготовки, которые после уходили в частные мастерские. Это был стабильный заработок, позволивший за семь лет скопить небольшую сумму, которую можно добавить к тому, что сберегла Дэниз. И для начала попытаться встретиться с друзьями отца. Нет, Крис не был идеалистом и прекрасно понимал, что путь наверх, в прошлую жизнь, навсегда закрыт. Но, может, у них будет что-то для бывшего капитана ВС? Может, они смогут закрыть глаза на срок, пусть даже не возьмут на солидную должность.

Крис вздохнул, откусил сандвич, глядя на новостную картинку. Нет смысла идти к друзьям отца. Если они не помогли ему в своё время, то точно не помогут его сыну. Надо попросить у Дэниз ноутбук и просмотреть вакансии помощника слесаря или кузнеца, вдруг что-то да найдётся. Потому что, кажется, больше он ни на что не годен.

Дом постепенно оживал, наполнялся топотом, разговорами и приглушённым смехом. Дэниз заглянула в восемь и с удивлением обнаружила Криса за просмотром альбома с фотографиями. Диван был аккуратно застелен, на столе стоял пустой стакан и тарелка.

— Как давно ты встал? — удивлённо спросила Дэниз, падая на диван рядом. — Впрочем, неважно. Как спалось?

— Почти как дома. — Крис тепло улыбнулся.

— Постой! — подскочила она и подбежала к одному из шкафов, распахивая дверцу и доставая первую попавшуюся коробку. — Здесь твои вещи. Не все, конечно, но я постаралась забрать как можно больше.

Она раскрыла коробку и вытащила чёрную рубашку, бросила Крису.

— Вот что-что, а рубашки точно можно было не брать, ты в них не влезешь!

— Ты забрала мои вещи? — в горле пересохло, Крис неверяще смотрел на неё.

— Ну конечно! — пожала плечами Дэниз, словно это — само собой разумеющееся. — А ещё — пластинки, фотографии, удалось прихватить даже пару картин, но выносить их пришлось ночью. А ещё, — глаза загорелись лукавством, — я приготовила тебе кое-какой подарок! Его ты точно не ожидал. Я сейчас!

Взмахнув каштановым хвостом, она стремительно выскочила из подвала, застучав по лестнице ногами. Крис потрясённо смотрел на шкаф, в котором виднелись коробки, и в груди росла, давя на сердце, острая боль, лишая возможности вздохнуть. Он широко открыл рот, наполняя лёгкие обрывками воздуха, и крепко зажмурился. Между тем наверху снова застучали суетливые шаги, и Крис, протерев глаза, встретил её с безмятежным выражением лица.

— Надеюсь, ты не будешь ругать меня, — смущённо пробормотала Дэниз, снова садясь на диван. — Но это не всё, что я сохранила. Протяни руку.

В раскрытую ладонь легли ключи на до боли знакомом брелоке. Крис медленно взял их и вдруг, не сдержавшись, резко подался вперёд, прижимая Дэниз к себе.

— Спасибо, — выдавил он, не в силах бороться с подступившим волнением. Дэниз счастливо выдохнула, уткнувшись носом в его плечо.

— Ладно. — Она отстранилась, вытирая слёзы. — Раз ты уже давно встал, собирайся. Поедем для начала купим тебе телефон и ноутбук. А потом заглянем в риэлторскую контору, чтобы подыскали тебе жильё.

— Я тебе уже надоел? — притворно возмутился Крис.

— А то! — весело воскликнула Дэниз.

— Ладно, я всё понял. — Он шутливо вскинул руки. — Где у тебя гладильная доска?

— Ты будешь сам себе гладить?

— Мне приходилось работать в прачечной, — пожал он плечами. — Да и раньше умел, если ты забыла.

— Точно. — Дэниз белозубо улыбнулась. — Помню, как ты наглаживал стрелки на форменных брюках! Ладно, приводи себя в порядок, я буду наверху.

Спустя полчаса Крис разглядывал отражение в зеркале, узнавая себя прежнего. Только взгляд поменялся. Стал жёстким, нечитаемым, цепким. Из-под рукава светло-серой футболки торчал край татуировки на левой руке, в треугольном вырезе виднелись чёрные узоры, терявшиеся под тканью. Любимые чёрные джинсы отыскались также в одной из коробок. Крис застегнул часы, взъерошил волосы — надо бы отпустить, теперь нет необходимости стричься коротко, боясь, что тебя поймают за патлы и вскроют горло. Когда он поднялся наверх, Дэниз удовлетворённо подняла большие пальцы:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Узнаю своего Криса! — Она взяла ключи со стола и подхватила сумку, висевшую на стуле. — Ну что, сначала за твоей машиной или в банк?

— Шутишь? — хмыкнул Крис. — Конечно, за машиной. Правда, — он нахмурился, — понятия не имею, как я буду её содержать.

— Продать всегда успеешь, — резонно заметила Дэниз. — Ладно, пройдёмся пешком, тут пара кварталов до стоянки.

Вокруг были люди. Простые люди куда-то ехали, о чём-то говорили, смеялись. А ещё улица была залита солнцем, редким, словно природа решила обрадовать Криса и напомнить о том, чего он был лишён всё это время. Они шли и болтали ни о чём, старательно избегая скользких тем из прошлого.

Шестиуровневая стоянка закручивалась спиралью вверх, и на пятый этаж они поднялись на лифте.

— Я заправила её немного пару дней назад.

Крис нажал на сигнализацию, чёрный Хаммер мигнул и щёлкнул замками. Почти не дыша, провёл рукой по капоту, и широкая улыбка сама собой расплылась на лице.

— Мальчишка, — проворчала Дэниз, открывая дверь и садясь на пассажирское место. Крис сел рядом, улыбнулся, повернул ключ в зажигании. К банку они подъехали через час, аккуратно припарковались в квартале от него — не хватало ещё обзаводиться штрафами за парковку.

— Мне надо до конца недели отметиться у офицера, — вспомнил Крис, надевая очки. Дэниз кивнула, заходя в банк.

После продажи дома и погашения всех издержек осталось 370 тысяч, но Дэниз сделала удачный вклад, и за семь лет набежало ещё почти 160 тысяч процентами, так что Крис оказался владельцем значительной суммы более чем в полмиллиона долларов.

— Переведите на этот счёт, — протянул он бланк, и менеджер, угодливо улыбаясь, начал вводить данные.