Ева Сильвер - Грехи сердца

« Так дьявольски хорош».

Она пробовала его, проведя зубами по нижней губе, покусывая, пока не ощутила на языке вкус крови.

Даган доминировал в поцелуе, пытаясь установить ритм между быстрыми укусами и движениями языка.

Теперь он был полностью в ней. Рокси стонала, кричала и извивалась, но Даган не торопился и делал медленные выпады бедрами, ограничиваясь неглубокими толчками, заставляя её со стоном сражаться за большее.

Угол, под которым он удерживал тела, был совершенным, позволяя ему тереться о чувствительную плоть.

– Ты такая горячая и чертовски тугая.

Даган уткнулся в изгиб ее шее. Рокси ощутила его зубы на мышце и задохнулась от возникшего ощущения.

Бедра задрожали, и она плотней сомкнула вокруг него ноги.

Даг одной рукой обхватил её ягодицы, другой смял и сжал сосок, увеличивая темп, входя долгими глубокими толчками.

Он играл на её теле, как на музыкальном инструменте, заставляя петь, почти на пике удовольствия. Почти.Ее тело подчинялось его командам и правилам. Рокси теряла голову от нарастающего голода, который затягивал всё глубже.

Даган знал, как двигаться, чтобы подвести ее к краю наслаждения.

Балансируя на грани бездны, Рокси царапнула его спину и впилась ногтями в ягодицы. Теперь он двигался быстрей, входя глубоко, ускоряя темп и слегка наклонив ее тело на угол настолько превосходный, что она дернулась и вонзила зубы в его грудь, укусила и пососала.

Он сильней сжал ее попку, просунул палец между ягодиц. С криком она полетела в бездну. Падая, паря, снова падая и разлетаясь на мелкие осколки.

Она кончила жестко, быстро, напрягая мышцы на грани чувств. Ничего подобного она раньше не испытывала.

Прерывисто дыша, Рокси прильнула к Дагу, спрятала лицо на его шее. Сердце колотилось в груди. Удовольствие все продолжало накатывать волнами, пока он входил в нее.

Откинув голову, Даган полностью погрузился в её лоно. Мышцы напряглись, тело подрагивало. Рокси чувствовала, когда он кончил, ощутила пульсацию его оргазма и напряжение разрядки.

К своему удивлению, она вновь кончила, быстро и сильно, словно покачиваясь на волнах в шторм.

– Твою мать! – выдохнула она.

Они оба дрожали, обнимая друг друга.

Ей казалось, Даган долго удерживал ее, пока она возвращалась обратно. Очень долго.

– Черт, – прошептала она. – Проклятье.

Переместив одну руку ей под попку, второй Даг отрегулировал краны. Только в эту секунду Рокси осознала, что вода лилась просто ледяная.

Он поиграл с кранами, почти выключил холодный и включил горячий. Выбрав оптимальную температуру, он позволил ей соскользнуть вниз по своему телу, кожа к коже.

Взял мыло, намылил и омыл ее.

– Я уже вымылась, – рассмеялась Рокси. – Причем дважды.

Он кивнул, но с торжествующим выражением лица продолжал водить мыльными руками между ее бедер, потом по бедрам, ягодицам, касаясь и массируя.

– Просто мне необходимо чувствовать свои руки на тебе, – пробормотал он, – желание вымыть тут ни при чем. Я сидел в комнате, слушая твое пение, и не переставал думать о своих руках на тебе.

Их взгляды встретились и застыли.

– О чем еще ты думал? – прошептала она.

– Тогда или сейчас?

Она сглотнула:

– Сейчас.

Он посмотрел на нее так сексуально. Этот взгляд коснулся угасающих угольков желания, раздувая их и разжигая вновь.

– О моём языке на твоем клиторе…

Позже они лежали на кровати: Рокси спиной прижалась к груди Дага. Он закинул руку ей через плечо, а ногу положил на бедро. Даган удерживал любимую на месте, и ему это безумно нравилось. Он подумал, что единственная позиция, которая нравилась ему еще больше – Рокси лежащая под ним и вжатая в простыни его весом. Это был примитивный, первобытный инстинкт, который заставлял его наслаждаться обладанием, доминированием. Она моя!!!

«Как будто я мог подчинить себе такое существо».

Эта мысль вызвала улыбку.

Рокси скорее будет стоять с ним плечом к плечу, нос к носу. Или будет действовать самостоятельно.

Подумав об этом, Даган осознал, что возможно, в этом кроется ее привлекательность. Вот в чем на самом деле было волшебство. Он мог хотеть ее любыми способами, мечтать о доминировании, обладании... но девочку так просто не сломить и не подавить.

Даган погладил изгиб ее бедра, затем скользнул между ног.

Рокси повернулась и ударила его по запястью, а затем просто шлепнула, так как он вышел не так, чтобы ей понравилось.

С улыбкой Даган вернулся к поглаживанию бедра.

Потом стал облизывать, пока Рокси не закричала. Схватив ее за запястья, Даг сжал их над головой любимой и проник в нее.

И ему это понравилось. Сильно! Очень сильно!

Однако после того как они испытали экстаз разрядки, после того как податливая и мягкая Рокси прильнула к нему, чтоб отдышаться, она ударила его по плечу и пробормотала:

– Слезай!

Поэтому пришлось лежать рядом, держась за руки.

Что-то пробормотав, Рокси прижалась к нему попкой.

– В какой-то момент, – прошептала она, – мы должны поговорить о...

– О чем?

Она пошевелила пальцами.

–…делах.

– Делах, – повторил он. – Хорошо. Выбирай тему.

Секундная тишина, и тут она сказала:

– Под твоими глазами тени. Словно ты несколько дней не спал.

– Я и не спал, хотел убедиться, что ты в безопасности.

– Три дня?!– потрясенно воскликнула она.

– Да.

Она попыталась извернуться в его объятиях, чтобы взглянуть в глаза.

– Но ты поил меня своей кровью. И сам был ранен. Ты...

– Выбери другую тему для разговора, – обнимая крепче, произнес Даган, испытывая неловкость от этой темы.

Ощущая напряженность в ее теле, Даг подумал, что Рокси начнет спорить. В конце концов, она сдалась и сказала:

– Ты сын Сета. Каково это, черт возьми?

Он ожидал совсем другого вопроса. В действительности Даган не хотел затрагивать эту тему. Но что-то подсказывало ему, что в действительности он не хочет скрывать этого от неё.

– Каково это? – повторил он.

« Ад. Одиночество. Гнев отца. Невыполненные ожидания. И, наконец, долгожданная свобода. А затем осознание горькой правды, что свобода не всегда приятна».

Он умолчал об этом. А вслух произнес:

– Я рос в одиночестве.

Через секунду, Даг подумал, что должно быть сошел сума, раз позволил этому признанию вырваться наружу.

« Почему я сказал ей? Ведь раньше никогда об этом не говорил. Ни с кем».