Слова (ЛП) - Джейд Эшли

* * *

Леннон не произносит ни слова, пока лимузин везет нас обратно к автобусу.

Джордж тоже.

Однако я лучше других знаю, как выглядит чувство вины.

И прямо сейчас его олицетворяет Леннон.

Что не имеет ни малейшего смысла, поскольку она не сделала ничего плохого.

Джордж не ее парень, и в глубине души она знает, что он ей даже никогда не нравился. В ином случае из ее киски не сочилась бы моя сперма.

Когда лимузин подъезжает к автобусу, Леннон обеспокоенно смотрит на Джорджа.

– Можно с тобой поговорить?

Он смотрит прямо перед собой, его ноздри раздуваются.

– Нет.

Мемфис, Сторм и Скайлар обмениваются тревожными взглядами и в тот момент, когда лимузин останавливается, тотчас вылезают из него.

Джордж покидает машину следующим.

Я хватаю Леннон за руку, когда она собирается выходить.

– Не смей извиняться.

Он сам виноват, что пытался претендовать на то, что ему не принадлежало. Этому ублюдку следовало обратить внимание на мои предостерегающие знаки, а не игнорировать их.

Отведя взгляд, она шепчет:

– Сегодня его день рождения.

С этими словами она вылезает из машины.

Я следую за ней.

Меня переполняет ярость, когда Леннон подбегает к Джорджу и останавливает его прямо перед входом в автобус.

– Мне так…

– Да пошла ты, – огрызается Джордж, но это все, что он успевает сказать, потому что я уже отталкиваю его к автобусу.

Леннон дергает меня за рукав, пытаясь защитить его. Она не понимает, что я делаю то же самое для нее.

– Феникс, остановись.

Нет. Если этот ублюдок хочет на ком-то выместить свою злость, пусть соберет все свое мужество и вымещает ее на мне.

Потому что мне хорошо знаком этот взгляд. К чему он может привести.

И в следующий раз, когда он взглянет в сторону Леннон даже с малейшим оттенком враждебности, я заставлю его проглотить свои чертовы зубы.

– У тебя с ней не было ни единого шанса.

Ее отказ не был предсказуем… Он был неизбежен.

Вот почему Джордж так зол.

– Почему ты так в этом уверен? – Он крепче сжимает челюсть.

А Джордж глупее, чем я думал, если считает, что между нами когда-либо было соревнование.

Мои пальцы сминают его рубашку, и я смотрю ему в глаза.

Мне не нужно использовать кулаки, чтобы ударить этого ублюдка.

Я просто должен сразить его правдой.

– Потому что ты умолял ее поцеловать тебя… А она умоляла меня ее трахнуть.

На его лице мелькает обида, когда до него доходит холодная, словно камень, суровая правда.

Ослабив хватку, я делаю шаг назад.

Как и ожидалось, Джордж ничего не говорит, разворачивается и поднимается по ступенькам автобуса.

Негодование искажает прекрасные черты лица Леннон.

– Какого черта ты делаешь?

Я пронзаю ее взглядом, от которого у нее перехватывает дыхание.

– Углубляю нашу связь.

Глава 48

Леннон

Углубляю нашу связь.

Последние сорок восемь часов эти слова – те же слова, которые Феникс произнес тогда, – эхом отдаются в моей голове, точно плохая песня на повторе.

Дверь, соединяющая наши гостиничные номера, распахивается, и помада, которую я наносила, выскальзывает у меня из рук и падает на пол.

Раздраженный и голый Феникс врывается внутрь.

– Тебя не было в моей постели, когда я проснулся.

Мне требуется поразительная сила воли, чтобы удержать взгляд на его лице.

И чтобы не вспоминать о том, как он ворвался в мою комнату посреди ночи и вытащил меня из постели… только для того, чтобы нагнуть и оттрахать до потери сознания в его кровати.

Все произошло так быстро, что я не успела возразить.

По крайней мере, такую версию я продолжаю рассказывать себе и придерживаюсь ее.

Полный отстой, когда человек, которого ты ненавидишь, одновременно является тем самым обладателем умопомрачительного члена.

Но, эй, у девушек тоже есть потребности.

А прямо сейчас? Мне нужно, чтобы он надел какую-нибудь одежду, дабы мы могли отправиться на саундчек.

Я не в настроении разбираться с жалобами Чендлера… или его вздувшейся веной на лбу.

Я наклоняюсь, чтобы подобрать помаду, и позволяю себе бросить один беглый взгляд. Боже правый. Даже будучи мягким, его размер впечатляет.

– Одевайся. Мы должны быть на месте через тридцать минут.

Повернувшись к зеркалу, я заканчиваю красить губы.

– Хочу, чтобы ты была в моей постели, когда я просыпаюсь.

Я не могу сдержать смех, в результате чего помада вылезает за контур губ. Проклятье.

– А я хочу мира во всем мире. – Я беру салфетку из коробки. – Оба наших желания можно отнести к тому, что никогда не произойдет.

Крепко стиснутая челюсть Феникса говорит о том, что ему совсем не смешно.

– Что именно во фразе «я углубляю нашу связь» так тяжело понять?

На этот раз смех, который срывается с моих губ, пронизан горечью.

– Эти слова означают не то, что ты думаешь, Феникс.

Потому что, когда пытаешься с кем-то сблизиться, ты не приглашаешь этого человека на свое выступление, чтобы он мог лицезреть, как ты трахаешь его злейшего врага с единственной целью – желая украсть песню.

Секс мог быть притворным, но боль была настоящей.

– Я точно знаю, что означают эти слова, и точно знаю, что я имел в виду, когда говорил их. – Он осматривает меня с головы до ног, его взгляд проникает в самую душу. – Вот тебе подсказка, Группи. Оно начинается с буквы «Д».

Резкая боль пронзает мою грудь, обжигая легкие.

Спустя столько лет наивная девушка, сидящая на пассажирском сиденье его машины и протягивающая ему свое бьющееся сердце, наконец-то получила ответ.

Жаль, что Феникс взял это сердце и растоптал его.

С отвращением качая головой, я хватаю свою сумочку.

Знаю, что он поворачивается ко мне, когда я направляюсь к двери, поэтому ускоряюсь. Но Феникс оказывается быстрее, чем я думала, и, как только я открываю дверь, он захлопывает ее. Я прижимаюсь лбом к деревянной панели, когда его губы касаются моего уха.

– Это значит, что ты моя. А я твой. – Грубо обхватывая мою талию, он разворачивает меня лицом к себе. – И теперь, когда мы снова вместе, я хочу, чтобы ты была в моей постели каждую ночь. Поняла?

Нет. Не поняла.

Моя голова тяжелеет от эмоций и воспоминаний.

– Снова вместе? – Руки на моей талии напрягаются, когда я вновь смеюсь. – Мы встречались – и я использую этот термин очень вольно – два дня. – Что уже можно считать щедростью. – Сложно назвать это отношениями.

Он сжимает мой подбородок и смотрит так серьезно, что мое сердце пропускает несколько ударов.

– Тогда позволь на этот раз постараться лучше.

Закрыв глаза, я сглатываю комок в горле.

Четыре года назад я бы не только согласилась без раздумий, но и умерла бы от счастья.

Но той Леннон больше не существует.

А новая версия меня никогда не простит его за то, что он стал тому причиной.

Единственные отношения, каких я хочу от Феникса Уокера, – те, от которых я получаю оргазм.

Открыв глаза, я смело встречаю взгляд Феникса.

– Мы не вместе. Между нами просто секс.

Серьезное выражение на его лице сменяется досадой.

– Полнейший бред.

– Нет. Насколько я понимаю, мы просто два человека, которые доставляют друг другу удовольствие. Друзья по сексу.

Только мы больше не друзья.

Хватка Феникса ослабевает.

– Я не хочу быть друзьями по сексу. – Последние слова он выплевывает так, словно они горькие на вкус.

К сожалению для него, речь больше не идет о том, чего желает Феникс Уокер. Речь о том, чего хочу я.

– Отлично. То есть ты предложил мне бесплатный доступ той ночью, но, если предложение больше не в силе, ничего страшного.

Я собираюсь пройти мимо, но он одной рукой прижимает оба моих запястья к стене над моей головой.

– А если предложение в силе? Что тогда?