Игра вслепую (СИ) - Мерфи Моника

Она права. Делиться хорошим и плохим, все это естественно, когда ты с кем-то в отношениях.

— Мне плевать, что думают родители. Позволь мне самому разобраться с ними. Всё, что мне нужно — это ты. Ты — единственная, кто действительно делает меня счастливым. — Сделав паузу, беру обе её руки в свои. — До тебя я просто бродил по жизни, ведя себя, как эгоистичный придурок, вечно находящийся в поиске следующих острых ощущений. А потом я встретил тебя и понял, что ты — единственное, что мне нужно.

Чёрт. В её глазах слёзы. Ненавижу, когда она плачет. Но думаю, вернее надеюсь, что это слёзы счастья.

— О, Гейб.

— Серьёзно, Люс. Я влюблён в тебя. И чуть не умер, когда ты сказала, что всё это время обманывала, а потом почувствовал себя ужасно. Словно… из-за меня ты оказалась втянутой в этот обман. И я ненавидел это. Сначала я, словно придурок, забываю про презерватив, и мы переживаем, что ты забеременела, потом бросаю тебя, заявив, что не готов ко всему этому, так что я просто… чувствую себя самым большим мудаком во Вселенной.

Прежде чем успеваю продолжить, Люси целует меня, проникая языком в мой рот, освобождает руки из моих и обнимает меня за шею. Она целует меня долго и глубоко, пока несколько минут спустя мы оба, наконец, не останавливаемся перевести дыхание и замечаем группу примерно из двадцати человек, стоящих на верхней площадке лестницы и уставившихся на нас.

— Кажется, нам пора идти, — откашливаюсь я, когда Люси высвобождается из моих объятий.

— Следующая пара начнется через десять минут, — сообщает один из парней, всё ещё наблюдая за нами.

Я смеюсь про себя, забираю у Люси рюкзак и вывожу её из класса, держа руку у неё на пояснице, а другой рукой открывая тяжёлую дверь:

— Ну, это было просто здорово, — бормочу я, как только мы выходим из здания и идём во двор.

— Они пялились на нас, — шепчет она, заставляя меня по-настоящему рассмеяться. — Как будто никогда раньше не видели, как кто-то целуется.

— А может и нет. — Я приобнимаю её за талию и притягиваю ближе к себе. — Может быть, они понятия не имеют, как выглядит влюбленная пара.

— Ну, теперь знают, — произносит она тем чопорным голоском, который я нахожу невероятно сексуальным.

Дерьмо. И вот я уже твёрд. Это было чертовски давно. Умираю, как хочу, чтобы она оказалась голой и подо мной.

— Давай уберёмся отсюда к чёртовой матери, чтобы я мог уложить тебя в постель, — предлагаю я.

У неё краснеют щёки.

— Гэбриэл.

— Лусиана, — насмехаюсь я в ответ. — Ты же знаешь, что хочешь этого.

Она улыбается, приподнимается на цыпочки и целует меня в щёку.

— Да.

— Я люблю тебя, — признаюсь ей снова, потому что она так ещё и не ответила, а мне нужно услышать эти слова.

Отчаянно.

Она останавливается, и я тоже. Глядя на меня с любовью и обожанием в своих тёмных глазах, Люси тянется к моему лицу и обхватывает мои щёки, нежно касаясь пальцами моей кожи.

— Я тоже тебя люблю. Очень.

От её искреннего признания моё сердце, кажется, увеличивается вдвое. Люси, чёрт возьми, любит меня.

Я самый счастливый человек в мире.

Эпилог

Люси

— О боже, ты очаровательна, — выдыхает Гейб, останавливаясь в дверях и пристально глядя на меня.

Я кручусь, демонстрируя весь свой костюм. Его голодный взгляд встречается с моим, и я с нетерпением жду, когда он подойдёт.

— Тебе нравится?

— Чертовски нравится. — Он входит в комнату, сгребает меня в охапку и целует так, что ощущаю этот поцелуй до самых кончиков пальцев ног.

Это когда-нибудь приестся? Я так не думаю.

— Ты и сам неплохо выглядишь, — бормочу я, отстраняясь от него. Наши тематические костюмы на Хэллоуин были его идеей. Даже не догадывалась, что он был таким заядлым геймером, но он признался, что в возрасте с восьми до десяти лет его самыми любимыми телешоу и видеоиграми были покемоны.

Вот почему он — ЭшКетчум, а я — его сексуальный Пикачу.

Я сделала свой костюм, найдя по чистой случайности в комиссионке желтый леотард и подходящую юбку9 Уши и хвост я смастерила из фетра, купленного в магазине товаров для рукоделия, а на щеках просто нарисовала большие красные точки. А Гейбу помогла с синей жилеткой, оторвав рукава от пиджака, который тоже купила в комиссионном магазине. Он одет в чёрную футболку и джинсы, и именно он нашел кепку, как у Эша, и покебол10.

— Я бы никогда не смог избавиться от них, — признался он, показывая их мне. — Они у меня с девяти лет. И то, и другое получил на Рождество, лучшее долбаное Рождество в истории, должен сказать. Поэтому попросил Сидни отыскать их в моей старой комнате и отправить мне.

При мысли о юном Гейбе, который так дорожил покемонской атрибутикой, моё сердце переполнилось любовью. Может ли он быть ещё милее? К счастью, кепка всё ещё ему как раз, и с торчащими из-под неё волосами он просто вылитый ЭшКетчум.

— Шеп и Тристан будут бесконечно подкалывать меня, как и все остальные, — бормочет он через несколько минут, когда мы подъезжаем к дому Шепа. Сегодня вечером он и Джейд устраивают костюмированную вечеринку, и там будет толпа народу, включая его братьев по братству. Я даже не знала, что он в братстве, пока несколько недель назад он сам не рассказал об этом.

Он такой типичный богатый, избалованный студент. Но он мой. И я люблю его так сильно, что порой это причиняет боль.

— Кому какое дело? Они будут завидовать, что не додумались до такого, — уверяю я, вызывая тем самым у него улыбку.

Первый человек, которого мы видим, когда приезжаем, — это Тристан, одетый как сутенёр. В типичный фиолетово-золотой парчовый брючный костюм, который очень часто можно увидеть каждый год на Хэллоуин, наряду с чумовой широкополой шляпой, отделанной фиолетовыми перьями. Он выглядит смешно. Но, как обычно, вокруг него толпятся девушки.

— Ну, естественно, он сутенёр, — качает головой Гейб, заставляя меня рассмеяться.

Одри тоже тут, одетая в откровенный костюм. Наверное, она горничная? Не знаю. Она висит на руке Тристана, хотя я знаю, что ему на самом деле наплевать на неё. По крайней мере, она перестала увиваться за Гейбом. Я смирилась с тем, что она всегда будет рядом, хоть и не рада этому, но, по крайней мере, она держится на расстоянии от моего парня.

Мне действительно очень нравится, что могу называть Гейба своим парнем.

Как только замечаю Шепа и Джейд, я чуть не визжу от восторга. Он — Бэтмен, а она — Робин. Они милые, но благодаря чёрным маскам, закрывающих их лица, выглядят круто. Когда Джейд замечает нас, она подбегает и крепко обнимает меня, практически обхватывая мои ноги своими, обтянутыми зелёными колготками.

— Твой костюм такой очаровательный! — восклицает она, употребляя то же слово, что и Гейб, когда впервые увидел меня.

— Спасибо. Я сама его сделала. — Я красуюсь перед ней, немного покрутившись.

— Вполне могу представить себе десятилетнего Гейба в этой шляпе, — произносит она, на что я исправляю её, сказав, что на самом деле Гейбу было девять, когда он получил эту самую шляпу, на что она смеётся.

Почти сразу мы с Гейбом расходимся в разные стороны, но я не возражаю. У меня тут есть друзья. У него полно приятелей, и все хотят частичку его внимания, я понимаю. То, что мне посчастливилось иметь частичку его — много частичек его — до сих пор в голове не укладывается.

Вечеринка в самом разгаре, дом переполнен людьми, я потею, как сумасшедшая. Во мне уже две «Маргариты», когда внезапно появляется Гейб, берёт меня за руку и тянет наружу.

— Я хочу поговорить с тобой.

От серьёзности его тона аж выпрямляюсь. От текилы я подшофе, так что надеюсь, что не выставлю себя идиоткой. О чём, ради всего святого, он хочет сейчас поговорить?

— Что случилось?

— Ничего не случилось. Я только что понял кое-что. — Он хватает меня за голые плечи и смотрит на меня сверху вниз. — Я хочу, чтобы ты жила со мной.