Север (1 книга серии Берсерки)

Север замолчал напряженно и как-то совсем не радостно, прижавшись к моей спине, и чуть касаясь кончиком носа моей шеи сзади.

- Ты хранитель единой чистой крови? – прошептала я, почувствовав, как Север кивнул.

- Выходит, я не могу быть твоей женой?

Странно, но осознание этого момента почему-то не вызвало во мне дикой радости.

- Ты моя жена, Мия, и никто не сможет изменить этого. Я выбрал тебя.

- …но ваш закон.

- Я уже не часть своего рода, девочка, поэтому теоретически закон на меня не распространяется.

Я кивнула, стараясь воспринять услышанную информацию, которая была невероятно интересной и такой волшебной, хоть и дикой по своей сути.

Только получалось это с трудом, потому что тело все больше и острее реагировало на бера за моей спиной, то мурашками, то дрожью, которые Север конечно же замечал, борясь со своим дыханием, голосом. И желанием.

- У нас не будет все легко, Мия.

Теперь его голос охрип и дрогнул, а по моему позвоночнику словно забегали мелкие кусающие разряды жара, источаемые его большим телом.

- Во мне кровь Праотца. Его сила.

- Ты камень на части разбил. И дерево раскурочил, - прошептала я, словно подвела итог вышесказанному, и смутилась, потому что перед глазами вдруг снова возникла картина, как я стояла, цепляясь руками в раскрошенный ствол бедного дерева со спущенными трусиками и джинсами. Пока его рука была во мне, гладя и зажигая огонь, который он разжег во мне своими пальцами, и этим голосом, который хрипло простонал за спиной:

- Мия! Черт, не думай об этом!

Север вскочил с кровати так же молниеносно быстро и бесшумно, как завалился до этого, заметавшись по комнате.

Он пытался сдержать в себе низкое грудное рычание, выдающее возбуждение с потрохами, пока я судорожно зашептала, пытаясь отвлечь себя от мыслей, и его от того, что он чувствовал:

- Раз овечка, два овечка.

- Пара овечек чем может заниматься, Мия? - хохотнул этот озабоченный медведь, но я упрямо продолжала:

- Три овечки.

- А это уже попахивает групповым безобразием.

Сердце грохотало где-то в районе живота, где недавно была горячая ладонь Севера, и сначала мне показалось, что я перестала слышать его, словно неожиданно осталась одна.

Но, осторожно открыв глаза, я снова увидела перед собой лицо Севера и его глаза, которые светились ярче обычного, отбрасывая блики на длинные ресницы.

- Прости, что твой первый раз случился в лесу, и был для тебя так неприятен, - кончики пальцев Севера осторожно коснулись моей щеки, обводя овал лица, и опустились на губы.

- Но у нас очень мало времени, девочка, и это нужно было пройти. Нам вместе. Если я хорошо знаю брата, то скоро нам предстоит долгая и нелегкая дорога, которую ты бы не перенесла с открытой раной. Но ты успеешь поправиться к тому времени, когда мы вернемся.

Так он куда-то должен был уйти?

Спросить я не решилась.

Словно почувствовав что-то Север обернулся через плечо, чуть поморщившись, и повернулся ко мне снова, полыхнув своими синими глазами всё так же ярко и жадно.

- Мне пора, – прошептал один из самых сильных беров на планете, скользнув своим горячим взглядом по моим губам, и резко поднялся на ноги, дернувшись в сторону двери так быстро, что стал лишь размытым силуэтом.

Только я не успела выдохнуть, как его лицо оказалось возле меня, и жадные губы впились в мои, настойчиво проникая внутрь языком с глухим рычанием и стоном. Подавляя любые попытки к сопротивлению, и выключая соединение с разумом.

Дикий, необузданный язык медведя проникал в меня глубоко и страстно, отбирая дыхание и подавляя меня.

Он скользил по моему языку, терся и находил отклик не только на губах, но и во всем теле.

- Ты будешь ждать меня, Мия?

Мои губы стали свободны лишь когда я стала задыхаться, но Север не отступил.

Снова и снова он касался моих губ то быстро и резко, то осторожно прикусывая нижнюю губу, то проводя языком по верхней.

Голос просто покинул меня, когда я выдохнула в его горячие влажные губы: «Нет», и услышала бархатный низкий смех:

- Л-о-о-жь.

Север исчез из домика так же стремительно и неслышно, как появился здесь.

Но мне - распластанной на кровати, и едва дышащей от томительных чувств - казалось, что я слышу его призрачный довольный смех.

***********************

Проснувшись утром я не почувствовала себя лучше.

Боль напомнила о себе сразу, как только я просто попыталась перевернуться с бока на спину.

Застонав, я обхватила низ живота руками, почему-то подумав о Севере, и о том, что его горячей ладони сейчас очень не хватало.

Его тепло успокаивало боль.