Любовный треугольник (СИ) - Савицкая Элла

Могло ведь быть намного хуже. От одной мысли внутренности в узел сворачиваются.

Развернувшись, Давид, собирается выйти из кухни, но я ловлю его пальцы своими.

- Спасибо тебе…

- За что? – обернувшись, удивленно вскидывает бровь.

За что…?

За то, что помогаешь, несмотря ни на что… За то, что не ненавидишь, хотя я и знаю, что тебе тяжело… (Слышала, как он узнавал у Мариам про Олю на днях перед отъездом…) За то, что хоть ты и не любишь меня, но я продолжаю чувствовать себя защищенной.

В слова все это облачить у меня не получается. Но, вероятно, он читает ответ в моих глазах, потому что взгляд его становится понимающим и мягким.

Осторожно забрав свои пальцы, указывает ими на стол.

- Стол освобождай. Я пока сделаю заказ и в душ схожу после дороги.

63 Ани

Мама звонит уже третий раз.

Стиснув в ладони мобильный, поднимаю руку и отпрашиваюсь выйти из аудитории.

Сегодня Гор с ней, и пока я торопливо шагаю к двери, уже успеваю себе придумать как минимум десять вариантов того почему она так часто звонит. И каждый из этих вариантов заканчивается скорой помощью.

- Да, мам? – принимаю вызов, еще даже не успев закрыть за собой дверь в аудиторию.

- Ой, Ани, наконец-то. Доченька, мы с Гором едем к тебе. Ты сможешь уйти?

- Эмм… случилось что-то?

- Нет. Но так получилось, что меня записали на сегодня к врачу. Следующая запись аж через две недели, а ты же знаешь, как у меня колени болят. Пусть бы уже прописали что-то. Гора с собой в больницу тащить не хочу. Там вирусы и народу много. И так болел часто. Сможешь перехватить его? Мы уже в автобусе.

Хмурюсь, но конечно соглашаюсь. Мама очень мучается с коленями. Ей ходить тяжело, а приходится. С Гором ведь на месте не посидишь. Пока Катерина на несколько дней уехала к своей дочери в гости, приходится снова оставлять сына с мамой…

Я еще никогда не отпрашивалась с пар. Некоторые мои одногруппники прогуливают с завидной регулярностью, а я не могу. Один раз только три дня пропустила, когда сама заболела и провалялась с температурой.

От волнения начинает тарабанить пульс, потому что сегодня у нас лекция и в аудитории несколько групп сразу. Как отпроситься-то, Господи? А если не отпустят?

Втянув нервно воздух в легкие, открываю дверь.

- Кислоты, основания и соли допускаются к применению для изменения кислотности пищевого продукта, другими словами, для придания продукту кислого вкуса. К ним относятся: винная, молочная, янтарная, уксусная, яблочная и другие кислоты; гидроксиды магния, натрия, калия, - диктует профессор, пока я шагаю к его кафедре.

Подойдя, топчусь на месте, пока он меня не замечает.

- Слушаю Вас.

- Извините пожалуйста, Виктор Сергеевич, - лепечу, чувствуя, как краснею, - можно мне уйти с пары?

- По каким причинам?

- Мне нужно ребенка забрать. Незапланированно. Я прошу прощения, больше такого не повторится и лекцию я обязательно выучу.

- Ну, ребенок – это святое, конечно идите, Даниэлян, - махнув рукой на дверь, он снова возвращается к своей лекции, а я пока забираю сумку, чувствую на себе десятки любопытных пар глаз.

Что ж, теперь похоже все в курсе, что у меня есть дети.

- Всё нормально? – шепотом спрашивает Лена, - случилось что-то?

- Нет, потом расскажу, - улыбаюсь ей.

- Наберешь.

- Ладно.

Когда я выбегаю на улицу, мама с Гором уже ждут меня около скамейки. Сын, заметив меня, несется в мою сторону, а мама нетерпеливо поднимается.

- Прости, доченька, но другого времени у них не было.

- Ничего. Беги. – улыбаюсь ей, целуя щеки Гора, - Потом позвонишь, скажешь что врач сказал.

- Хорошо. Пока-пока.

Развернувшись, мама слегка прихрамывая, уходит в сторону остановки, а я занимаю место на той же скамейке.

Домой идти не хочется. Погода солнечная и теплая. Весеннее солнце приятно греет кожу, и хочется немного погреться в его лучах.

Гору такая погода тоже по душе, потому что он начинает собирать одуванчики. Подняв голову к верху, прикрываю глаза.

Нужно будет обязательно взять лекцию, которую я пропущу и выучить. Виктор Сергеевич интересно подаёт материал. Но особенно мне нравятся его практические занятия. Когда можно испытать новые соединения продуктов, которые раньше мне казались несопоставимыми.

- Мама, на, - мне на колени ложится небольшой самодельный букет из одуванчиков.

- Спасибо, милый, - взяв подарок сына в руки, утыкаюсь носом в маленькие цветы, - мне очень приятно.

- Я еще принесу. Вон там много, - круто развернувшись на пятках, он бежит в противоположную сторону как раз, когда со ступеней спускается какой-то парень.

Не успев затормозить, Гор врезается в его ногу и почти падает на попу, но парень успевает его подхватить за руку.

Спохватившись, бегу к ним.

- Ты как, нормально? – вернув сына в вертикальное положение, парень с улыбкой оглядывает его.

- Да, - кивнув, Гор возобновляет движение по своему курсу, а я облегченно выдыхаю.

- Извините пожалуйста. – осматриваю его светлые джинсы и с ужасом замечаю грязное пятно от земли на колене.

- Ничего, - усмехается молодой человек, пытаясь отряхнуть землю.

- У меня влажные салфетки есть, но боюсь, что ими только хуже сделать можно. Пусть высохнет, а потом придется постирать… Мне жаль, простите.

- Да ладно тебе, нашла проблему, - насмешливо смотрит на меня. – Это же ребенок, что с него взять-то?

- Мама, иди сюда, - зовёт Гор.

- Мама? – брови парня удивленно взлетают вверх, - я думал сестра.

С ответом не нахожусь, поэтому просто жму плечами.

Не дождавшись меня, Гор подбегает и вручает мне еще три цветочка.

- Там еще есть, - тыкнув пальцем, уносится обратно.

- Спасибо, - кричу ему в след, чувствуя на себе слегка шокированный мужской взгляд.

- Повезло мальцу с такой мамой красивой.

Мне немного неловко от комплимента, хоть и приятно.

- Спасибо, я пойду, - прохожу мимо него, отчего-то улыбаясь.

Вечером, когда мы с Гором забираем Арсена из сада, отправляемся через парк домой. Гуляем, ужинаем, а потом, когда мальчики смотрят мультики, я сажусь за домашнее задание.

Давид в последнее время снова приходит очень поздно, а уходит рано. Мы практически не пересекаемся. Открытие ресторана забирает массу времени, поэтому, когда он звонит в одиннадцать, я не удивляюсь.

- Привет, едешь уже? – отвечаю на звонок.

- Привет, нет. Я сегодня здесь останусь ночевать.

От неожиданности теряюсь.

- Где здесь? В ресторане?

- Да. Еще дела есть, разгребаю коробки, а завтра утром встречаю подрядчиков. Смысла мотаться туда-сюда нет.

Заторможено встаю из-за стола. Все это время Давид ночевал дома. Исключением было только, когда он пару раз улетал в Ереван. В груди болезненно тянет и давит. Умом понимаю, что это логично, проще там остаться, ведь ресторан находится на противоположном конце города, но шестое чувство вопит об опасности.

- Давид…

- Да?

Слова разбегаются, и я не знаю, что сказать. Открываю и закрываю рот, так и не вытолкав то, что крутится на самом деле на языке.

- Ты не голодный? – спрашиваю вместо этого.

- Нет. У вас всё хорошо?

- Да, - подхожу к окну, всматриваясь в ночную темноту и зачем-то, сама не знаю зачем, говорю, - мне сегодня один парень сказал, что я красивая.

Затаиваюсь в ожидании, а с того конца звучит равнодушное:

- Сложно не заметить очевидное.

Прикрываю глаза и проглатываю ком в горле. Ему все-равно…

- А завтра приедешь домой?

- Посмотрим, как управлюсь.

- Ясно…

- Спокойной ночи.

На следующий день Давид все таки приехал….

Но с тех пор не ночевать дома он стал все чаще и чаще…

64 Давид

- Охуенно, - констатирует Битеев, обойдя зал. – Особенно стены мне нравятся.