Я тебя не помню - Амина Асхадова

Зашла доктор.

Лиана.

Я перевела на нее взгляд и долго не могла ответить. Благо, она заполняла бумаги и не торопила меня с ответом, задавая типичные вопросы для анамнеза беременности.

Я скучала по родителям. Последний раз я видела их три месяца назад. На похоронах Саши. Они потратили почти все сбережения и прилетели, чтобы поддержать меня. Я и правда планировала поработать в Москве, чтобы не возвращаться на родину с пустыми руками.

– Я согласна сделать узи, – сказала я.

– Какая умничка, – улыбнулась Лиана Руслановна. – Тогда ложитесь на кушетку. Это не страшно, милая. И рожать не страшно будет, поверь мне.

Я кивнула и сделала, как велела доктор. На Данияра даже не смотрела – знала, что он все равно не уйдет. Перед тем, как холодный гель опустился на живот, я сказала вслух:

– Еще замок на свою дверь хочу.

Где-то рядом послышался смешок Данияра.

Он согласился.

– Что насчет пола малыша? Хотите узнать? – поинтересовалась доктор.

– Неважно, – решил Багров. – Главное, чтобы здоров был.

Я спокойно откинула голову и прикрыла глаза, пока доктор что-то тщательно рассматривала на экране.

– Все просто замечательно, Данияр, – сказала Лиана Руслановна спустя время. – Плод развивается согласно срокам. Если точнее, то согласно сроку 24 недели.

Я кивнула. Данияр – не двигался, задумчиво смотрел в монитор и не моргал. Я успела одеться и получить рекомендации от врача. Я понимала, что рожать мне предстоит с Лианой Руслановной, хорошей знакомой Данияра.

– Хорошо, – спустя время сказал он. Хрипло.

Он оторвал глаза от монитора и перевел на меня. Взгляд стеклянный сменился на живой. На обманчиво теплый.

– Что-то не так? – спросила я. Он подозревает меня в чем-то?

– Все так.

– Сейчас напишу, на какие анализы я хочу вас направить. Сдадите кровь и придете ко мне через несколько недель, Настя. Если вы еще не кушали, можно сдать прямо сейчас. Кровь – это не опасно, – улыбнулась Лилия, вручая мне направления. – Настя, перед родами мы сделаем еще одно узи, чтобы понимать, что малыш находится в правильном положении и что его жизни в процессе родов ничего не будет угрожать. Это облегчит роды и тебе, и малышу.

– Мы сделаем. Обязательно, – сказал Данияр, хватая меня за ладонь и обвивая пальцы. Я дернулась едва заметно.

В девять утра мы уже были дома. В этот раз я успела разглядеть само здание, пока подъезжали. Два этажа, много деревьев повсюду и на самой территории. Только на территории было мало снега – там регулярно чистили, чтобы Багров мог подъехать прямо к дому.

Я осторожно ступила на чищеную дорогу, выбравшись из автомобиля.

– Тебе нравился этот дом, – вдруг сказал Данияр, когда мы вышли из машины.

Я нахмурилась, задумчиво кусая губы.

– Не помню, чтобы я была здесь.

– Была.

Я покачала головой, рассматривая Данияра. Его пальто было влажным и белым, все утро с неба валили белоснежные хлопья. Шел декабрь.

– В доме есть детская, – нарушил молчание Данияр. – Ребенку будет хорошо. Я помогу. Ты просто не помнишь, как со мной может быть хорошо.

Сердце застучало сильнее.

Щеки и кончики пальцев накрыл жар.

Данияр Багров бредил.

– Не помню? – проблеяла я, сгорая под его взглядом. – Я здорова. Я все помню. Вы не очень хороший брат и еще агрессивный гость на свадьбе. Вы многое скрываете от меня. Велите забыть. И еще я не понимаю, зачем вам чужой ребенок…

Я тихо вскрикнула: твердые пальцы впились в талию и заставили вжаться в мужское тело. Губы накрыл горячий рот нелюбимого мужчины…

Из глаз брызнули слезы, пальцы впились в мокрое пальто. Бесполезно. Только когда язык со вкусом никотина исчезает изнутри, я даю оглушительную пощечину.

Не думаю.

Не боюсь.

Только позже понимаю, что натворила – когда Данияр, сверкая глазами, садится в автомобиль и срывается с места.

Охрана его выпускает, а когда я бегу следом, желая сбежать, передо мной закрывают ворота. Не выпускают. Не велено. Дергаю железные двери, но на них замок. Железный, большой.

Я закрываю рот руками и вдруг понимаю: я пленница Багрова.

Глава 5

Я рада, что могла побыть дома одна. Стряхнув снег и слезы с лица, возвращаюсь в дом и аккуратно вешаю пальто на вешалку. Затем оставляю просохнуть.

Монотонные действия дают ощущение, что я проделывала это ранее.

Просторная кухня начинается слева. Не знаю, откуда мне известно – ноги несут сами. Мама говорила в детстве, что у меня хорошо развита интуиция.

Интересно, когда Багров исполнит данные мне обещания? Касаюсь губ – после сегодняшнего поступка замок точно пригодится.

Я должна поговорить с ним. Меня нельзя целовать.

Едва я зашла на кухню, как руки потянулись сделать привычный завтрак для двоих, но я быстро одернула себя. На миг появилось ощущение, что обстановка кухни знакома.

– Сходишь с ума, Насть, – посмеялась сама над собой. – Это все Багров, он плохо на тебя влияет.

Омлет получился вкусным, особенно после найденных на кухне овощей. В холодильнике было все и даже больше, но больше всего на кухне меня порадовал избыток солнечного света.

Для солнечной стороны на кухне «прорубили» большое окно. Почти что панорамное. Я мечтала о таких, когда планировала свою замужнюю жизнь. За окном открывался вид на белоснежные деревья, а сама кремовая кухня будто была создана для хозяйки.

Багров, вероятно, однажды приведет сюда женщину. Мы с ребенком рано или поздно станем лишними, и вся его благодетель про родную кровь и ребенка заставит нас вернуться домой.

Привыкать нельзя.

К Багрову – тоже.

Я хотела подняться на второй этаж и изучить дом, но стук