MarInk - Жизнь в зеленом цвете - 4

Малфой-старший с лёгкостью освободил Снейпа от мантии; декан Слизерина вздрогнул и подался назад, разрывая поцелуй.

- Люциус, ты с ума сошёл? Нашёл что вспомнить…

- Пожалуй, это лучшее из нашего совместного прошлого, - возразил Люциус. - Неужели ты хочешь вспомнить собрания у Лорда?

Снейпа передёрнуло.

- Ни за что… Люциус, бери с собой Драко и убирайся.

- Мы пугаем тебя, крёстный? - Малфой-младший присоединился к взрослым и обнял своего декана за талию. - Мы всего лишь любим тебя…

- Больше Малфоев - больше неприятностей, - фыркнул зельевар, устало прислоняясь спиной к стене позади. - Драко, Люциус…

- Мы внимательно тебя слушаем, - Люциус лизнул шею Снейпа, там, где между ключицами была ямочка.

- Это… ах, чёрт… это безумие…

Снейп прикусил губу - Драко Малфой расстегнул брюки своего декана и бесцеремонно запустил туда руку.

- Почему безумие? - Малфой-старший методично избавлял Снейпа от рубашки, целуя всё, что открывалось его взору.

- Потому что… - Снейп задохнулся, потому что Драко Малфой, встав на колени, взял у него в рот - в такой ситуации было крайне трудно собраться с мыслями, и мир так и не узнал, отчего это было безумием.

Люциус Малфой умел раздеваться. Он сделал это одновременно быстро и красиво, и Гарри почувствовал, что почти ослеп, когда огни свечей заиграли бликами на гладкой безволосой коже. Один взмах палочки - и оставшиеся два участника «безумия» избавились от оставшейся одежды. Гарри пытался прикрыть глаза, но не мог; на миг у него в голове промелькнула мысль о портключе и исчезла, растворилась.

Мягкой, но повелительной рукой Малфоя-старшего Снейп был уложен прямо на пол, на сваленную кое-как одежду. Под умелыми губами своего крестника декан Слизерина извивался, дышал прерывисто и иногда стонал.

Люциус был возбуждён до предела - Гарри мог видеть очень ясно, как стоит у этого обычно респектабельного и недосягаемого человека, как капля смазки срывается с покрасневшей головки члена. И, конечно же, привыкший получать всё, что он хочет, аристократ быстро нашёл способ справиться со своим напряжением.

Малфой-младший стоял в очень удобной позе для того, чтобы раздвинуть его ягодицы и войти в него - одним отработанным движением, плавным, частью завораживающим, так, как это сделал Люциус Малфой. Малфой-старший двигался во всё нарастающем ритме, младший подавался назад и непроизвольно усиливал давление губ, заставляя Снейпа вскидывать бёдра навстречу нежному рту. Гарри в полуобморочном состоянии чувствовал горячую пульсацию внизу живота, его губы пересохли от лихорадочного, неестественно быстрого дыхания.

Снейп излился глубоко в горло своего крестника с негромким горловым стоном и обмяк; Драко последовал за ним, заливая поблескивающей белой спермой пол и разбросанную вокруг одежду. Люциус Малфой с тихим вздохом вошёл в последний раз, так глубоко, что Гарри слышал, как соприкоснулась влажная кожа его бёдер и ягодиц его сына. С негромким хлюпающим звуком Малфой-старший вышел из своего сына и лёг на пол рядом со Снейпом. Драко Малфой буквально рухнул в узкое пространство между ними, обнимая обоих поперёк груди, расслабляясь и обмякая.

В висках Гарри шумела кровь, он чувствовал себя грязным - оттого, что не мог не смотреть на это, не чувствовать этой тяжести в своих брюках, не мог не облизывать пересохшие губы, борясь с желанием дотронуться до себя и тоже кончить. Его возбуждение было почти болезненным.

- Вы оба сумасшедшие, - Снейп говорил умиротворённо, то ли смирившись с обстоятельствами, то ли разительно поменяв своё мнение.

Малфой-младший хихикнул, не поднимая головы.

- Зато теперь ты не будешь шарахаться ни от одного из нас, - усмехнулся старший.

- Ты уверен? - поддразнил его мастер зелий.

Гарри машинально убрал с лица прилипшие волосы - весь лоб был покрыт испариной - и сжал янтарного феникса, кое-как найдя его среди складок непривычной парадной мантии.

Доспехи выпали из ниши с оглушительным грохотом и истошным воплем: «Придите, все верующие!!..», но Гарри не спешил укрываться от Филча - даже если миссис Норрис учует ученика, шляющегося по школе после отбоя, его всё равно не будет видно.

«Мерлин мой… что за…» Гарри не смог закончить фразу, и вместо этого просто спустился в подземелья снова - на этот раз далеко обходя личные комнаты своего декана, как можно дальше. Прежде, чем пойти в постель, Гарри принял душ. Ему очень срочно требовался душ. Желательно, конечно, холодный, но и обычный тёплый прошёл на ура.

* * *

«Гарри!

Я тобой восхищён, честно! Скажи, кто тебя учил анимагии? Мы с твоим отцом пытались стать анимагами почти три года, но мы были вместе… а ты был один. Ты знаешь, я не мог бы пожелать себе лучшего крестника. Расскажи мне, как это - быть драконом?

Мне кажется, ты действительно самый молодой анимаг за всю историю магии; никто больше не нуждался в этом в четырнадцать лет. К тому же превратиться в дракона, в магическое существо… этого не удавалось и взрослым, которые по двадцать лет тренировались в анимагии. Представляешь, как обидно было бы так долго стараться, а потом выяснить, что твоя анимагическая форма, которую уже не поменять - кабан-бородавочник… Гарри, ты неподражаем, ты восхитителен и великолепен!

Поздравляю тебя с успешным окончанием первого испытания. Но лучше пока не расслабляться - кто знает, что они придумают для второго, если начали с драконов! Я только надеюсь, они будут хорошо следить за тем, чтобы никто из вас не погиб и не покалечился. Ты уже выяснил загадку этого золотого яйца?

Не обращай внимания на журналистов, они вечно вьются вокруг знаменитых людей. А что касается слизеринцев, то советую давать отпор сразу. Если уступить хоть раз, они сядут тебе на шею и начнут её перерезать.

У меня дела хорошо, если не считать того, что несколько однообразно. Ты сможешь быть в слизеринской гостиной в три часа ночи с двадцатого февраля на двадцать первое? Тогда мы сумеем поговорить через камин. А то, чёрт побери, тоже начал забывать твоё лицо. Я тоже по тебе очень скучаю. Пиши мне чаще, рассказывай, что у тебя вообще происходит. И будь очень, очень осторожен.

И с Рождеством тебя, Гарри. Самого счастливого на земле Рождества тебе.

Твой,

Сириус».

Гарри перечитывал и перечитывал письмо от Сириуса, не особо вникая в смысл уже и без того заученных почти наизусть строк, и вертел в пальцах подарок крёстного, полученный вчера утром, в день Бала: очень удобный ножичек с приспособлениями для открывания любых замков и развязывания любых узлов. Другие подарки хранились в тумбочке. Бумажный носовой платок от Дурслей - пригодится вытереть что-нибудь... Пожалуй, ничего хуже они ещё не дарили. Видимо, никак не могли забыть своё нехорошее состояние после того, как у них дома побывали волшебники. Хагрид прислал немыслимых размеров коробищу с любимыми сладостями Гарри: всевкусными орешками Берти Ботт, шоколадными лягушками, взрывающейся жвачкой и много чем ещё. Миссис Уизли прислала ему ещё один свитер, снова зелёный - но на этот раз на груди был вывязан ржавого цвета дракон. Очевидно, Чарли пересказал ей в подробностях всё, произошедшее на Турнире. И от неё же - большое количество пирожков с мясом. Их-то Гарри сейчас и жевал, радуясь возможности не ходить в Большой зал на завтрак и не остаться при этом голодным.