Джуд - Драко Малфой и Невозможное счастье

Сольвейг молчала, задумчиво глядя на доску.

— Но разве мы не сильнее их всех и не можем это остановить?

— Об этом и думал Том, — ответил Люциус. В уголках его губ поигрывала легкая улыбка. — Разве это честно — что мы, обладая несравненно большим могуществом, вынуждены прятаться, как крысы, от тех, кто слабее нас, и жить по их правилам, опасаясь новой охоты на ведьм?

— Папа в точности то же самое говорил, — Сольвейг подняла глаза на Люциуса. — Но если ваш… Том такой могущественный, то почему же…

— Его убили, — ответил Люциус. — Маги. Потому что никто не хочет разрушения сложившегося хода вещей. А теперь… как бы не стало слишком поздно… — и он смолк. Сольвейг вскинула голову.

— То есть?

— Боюсь, что к магглам начала стремительно просачиваться информация. Кто-то очень хочет уничтожения волшебного мира.

— И что делать? — Сольвейг вскочила с места, то ли собираясь скрываться бегством, то ли — куда-то бежать и что-то делать. — Кто-то же может помочь.

— Кое-кто может, — согласился Люциус.

— Кто?

— Ты, девочка.

Сольвейг недоверчиво посмотрела на Люциуса.

— Я? Но я еще только в школе учусь.

— И тем не менее, ты обладаешь невероятной силой, — произнес Люциус. — Позволь кое-что тебе рассказать.

Они переместились на диван и Люциус, словно после минутного колебания, взял Сольвейг за руку. Маленькая ладошка доверчиво сжала его пальцы.

— Однажды шестнадцатилетний Том Реддль создал дневник…

Сольвейг уже спала, свернувшись на кушетке под пледом, когда дверь открылась, и на пороге кабинета возник, как всегда, картинно, Ксавье де Флер.

— Твоя пресс-конференция вот-вот начнется, Люц. Ты уверен в том, что собрался делать?

— Я тебе уже сказал, Ксав, — ответил Люциус, поднимаясь. — Мои приближенные не пострадают. А тебе должны поверить. Знаешь, когда человеку верят?

— Когда он говорит правду, — буркнул Ксавье. — Мне это все не нравится.

— Нам не нужны волшебники, Ксав, — сказал Люциус, понизив голос. — Нам нужны магглы, тупое быдло, которым мы сможем управлять.

— И есть, — подсказал Ксавье.

— Да-да, конечно, — раздраженно отозвался Малфой. — Только не надо всех делать вампирами. Пойдем, нам пора.

Драко проснулся от ощущения, что на него смотрят, но когда он открыл глаза, в комнате никого не оказалось. За окном вовсю светило солнце, словно издеваясь над Драко, которому решительно не хотелось не то что вставать — жить. Если бы можно было просто заснуть и исчезнуть, он бы с удовольствием согласился.

Однако такой роскоши он не мог себе позволить — надо было вставать, потому что он по-прежнему был всем и все должен.

В маленькой гостиной на журнальном столике были кучей навалены какие-то бумаги, карты, планы, вокруг сгрудились Снейп, Паркер, Сириус, Волчонок, Джеми, Шеймус Финниган и даже Грейнджер.

— Всем доброе утро, — мрачно сообщил Драко. — Завтрак сегодня дают?

Все повернулись к нему одновременно, и Драко даже опешил, увидев, какие бледные у них лица.

— Что опять стряслось?

Снейп протянул ему «Ежедневный пророк».

— Твой отец сделал официальное заявление прессе. Маггловской прессе. О существовании волшебников. В азиатских странах и России уже начались беспорядки.

Драко машинально взял газету, но смотреть продолжал только на Снейпа.

— Зачем ему?

— Ты мне скажи. Это же твой отец.

Драко сел на стул, пытаясь привести мысли в порядок. Все смотрели на него, словно действительно ждали от него объяснений люциусову безумию.

— И что нам делать? — спросил Драко и вдруг спохватился. — А где Гарри?

— Я тут, — из-за спинки высокого кресла поднялась рука.

— Что ты там делаешь?

— Я думаю.

— А ты умеешь? — Драко обошел кресло и присел на подлокотник. — И что надумал?

— Ха-ха, — сказал Гарри. — Да ничего, в общем-то. Нам нужен Дамблдор. Беда только в том, что именно этого, видимо, и хочет Люциус. Ведь если мы вытащим Дамблдора, то следом за ним выйдет и Вольдеморт. Прямо в распростертые люциусовы объятия.

— А Вольдеморт нужен Люциусу, чтобы поселить его душонку в Сольвейг, — произнес Драко. — С учетом того, что мы даже не знаем, где они, мы только погубим ее.

— Для тебя это проблема? — вскинул бровь Гарри. Драко побледнел и встал.

— Заткнись, Поттер. Она моя дочь…

— Ну-ну…

— Заткнулись оба! — перебила Гермиона. Она сидела на спинке дивана, поставив ноги на сиденье, и задумчиво смотрела в одну точку. — Значит, что мы имеем?

Дамблдора придется вытаскивать. О том, как избавиться от Вольдеморта, мы еще придумаем. Наши задачи: первое — найти Люциуса и Сольвейг, второе — вытащить Дамблдора. Именно в таком порядке. Однако действовать надо быстро. Пока нас не начали на кострах сжигать.

— Угу, — сказала Паркер. — Пап, так чего там с твоим агентом?

— Шеймус, — Снейп устало кивнул Финнигану. — Повтори всем.

— Я был в Вашингтоне, когда Джинни передала мне просьбу директора Снейпа, — заговорил Шеймус. — Кое-какие трудности возникли, и все-таки мне удалось получить доступ к информации о сотрудниках Белого Дома. Там нет мистера Мэнора. Я перерыл даже самые секретные файлы, — он развел руками.

— А клиника? — спросил Гарри.

— Клиника нашлась. Точнее, то, что от нее осталось. Видимо, он все уничтожил.

— Не могу сказать, что огорчен, — пробормотал Гарри.

— Нам остается только попробовать Поисковое зелье, — сказал Драко.

— Не думаю, что это поможет, Люциус наверняка это предусмотрел, — заметил Снейп. — Но хуже все равно не будет. Нет, Поттер, — перебил он, заметив, что Гарри начал вставать с кресла. — Вы еще слишком слабы. Мне поможет Драко.

Они вышли, оставив Гарри пыхтеть от злости в кресле.

— Мне нужно съездить домой, — сказала Паркер, вставая. — Кое-кого забрать.

— Мне тоже, — сказала Гермиона.

— Пойдем вместе? — Сольвейг смотрела на Гермиону, но не в глаза, а куда-то в район подбородка.

— Если ты не против.

Они вышли. После непродолжительной паузы засобирался Шеймус.

— Пойду, что ли, Джинни доложусь. И она будет рада тебя видеть, Гарри, — он улыбнулся. — И я, кстати, тоже рад. Ужасно рад, что ты жив. Еще увидимся.

— Увидимся, — улыбнулся Гарри. Шеймус, распрощавшись со всеми, вышел.

— Интересно, почему все ходят пешком, вместо того, чтобы воспользоваться камином? — в никуда спросил Гарри.

— Не хотят, чтобы мы знали, куда они отправляются, — усмехнулся Сириус. — Девочки тщательно скрывают личную жизнь.