Юлия Лихачева - Кисса (СИ)

- Смерть от голода? -

- Ну, почти… Старый урок, когда человеческих детей лишают конфет и сладостей, прижился и у вампиров. Кровь провинившемуся дается только в необходимых для продления пытки, то есть поддержания вампира в сознании, количествах, не уменьшая голода и доводя жажду до апогея своей силы. Жертва теряет силы медленно, лишь спустя месяцы окончательно ослабевая, делая возможным управление ею, превращая в подобие цепного пса, готового на все ради кости. Но до этого момента, из-за больших сил даже у самого ментально слабого вампира, хозяин вынужден держать его в гробу, под десятками крестов, так как жажда превращает в зверя любого из нас. В общем, это сложный процесс, так что даже я всех тонкостей не знаю. Но могу сказать ,что для того, чтобы заслужить участь вечно безумного и голодного раба нужно сильно постараться. Или попасть к полностью сумасшедшему хозяину. Сумасшедшему потому, что в нашем мире такое наказание безо всяких причин преследуется. И если новости об истязающем свой клан мастере дойдут до определенных кругов, то всему клану грозит гибель.

- И к чему это все? Ты хочешь сказать, что этот Тень и был таким слетевшим с катушек мастером?

- Не совсем. Если бы он напрямую нарушил закон, то уже давно был бы мертв, а как ты помнишь, мы с легкостью нашли его логово, которое он, кстати, не менял уже несколько десятилетий.

-Стой, я тогда вообще ни хрена не понимаю. Закон он не нарушил, но получил парочку цепных вампиров?

- Да не парочку… - Марсель растерянно почесал подбородок и прикусил губу. – Тень, как ты его называешь, был, скажем так, очень жестоким мастером.

Ника притормозил у светофора и повернул голову к вампиру. Приподняв брови, он внимательно вглядывался в бледное лицо, пытаясь, наконец, понять, что же тот хочет ему донести. После минутных размышлений под пытливым взглядом оборотня Марсель продолжил говорить.

- Такие, как он всегда известны в наших кругах. Властные и сильные, они непомерно жестоки к своим подчиненным и до сумасшествия нетерпимы к равным себе. Чаще всего они существуют вне закона, особенно человеческого, но как ловкие и умные преступники, всегда избегают наказания. Так и в случае Тени…

-А от чего бы тебе не назвать мне его настоящее имя? – Ника перебил вампира, и тот скосил на него немигающий взгляд и вздохнул.

- Данко, мы его звали Данко…

- Данко? – Оборотень едва сдержал себя, чтобы не расхохотаться. – Данко? Ну и имечко для пришибленного смертью вампира… Да вы шутники, как я вижу.

- Каждый сам себе выбирает имя. Он выбрал такое. – Марсель улыбнувшись хмыкнул, соглашаясь с нелепостью выбранного имени. – Но сейчас не об этом. Тень, или Данко, всегда мог доказать вину наказанного вампира, так что перед нашими законами он был чист. Тем не менее, что бы заслужить у него подобное наказание, достаточно было проступка, который мастер выставлял как предательство и позор имени своего господина, что, без сомнения, стояло рабских мук и голодной пытки. Так же, он имел покровителей, которые периодически отмазывали его от гнева вышестоящих, и для которых Данко периодически выполнял маленькие, но очень грязные поручения.

- Если ты об этом знаешь, то кто еще? – Ника не мог сложить всю мозаику до конца, словно не хватало пары деталей.

- О нет, не стоит меня подозревать. – Не правильно понял его вопрос Марсель. – Наш круг очень тесен, вампиров не так много, как может показаться, и каждый более-менее сильный мастер остается на виду, что позволяет знать друг о друге все, но и так же, мешает этим воспользоваться, ввиду возможности обратной реакции.

- То есть, ты хочешь сказать, что каждый вампир знал о Данко и о его развлечениях?

- Не каждый, конечно… Я не могу понять, что ты хочешь знать?

- Ты знаешь, кто его покровители? – Ника решил воспользоваться такой откровенностью вампира.

- Нет. – Марсель спокойно смотрел в глаза оборотня, что доказывало его незнание или же очень твердое желание не знать этих имен.

- Хорошо. Сколько всего было «цепных вампиров»?

- Вместе с тем, которого ты убил – семь. – Марсель включился в допрос, насторожено глядя на собеседника.

- Они были очень голодные? – Вампир изумленно поднял брови и Ника, увидев его реакцию, перефразировал вопрос. – Сколько нужно крови и времени, что бы вернуть такого вампира в нормальное состояние?

- Ну, о возвращение в нормальное состояние речи вообще не ведется, из-за того, что психика повреждается безвозвратно, и даже если его вернуть в сознание и вернуть силу телу, то вампир все равно останется немного… странным. Но если говорить о теле, то после такого наказания, провинившемуся понадобятся месяцы и сотни литров крови, чтобы достичь прежней формы.

- Сколько такой вампир может выпить за раз, если его не ограничивать?

- Неизвестно. Некоторые калечат себя, в попытке насытить организм кровью.

- Ясно… Куда здесь? – Ника остановился на перекрестке в ожидании указаний.

- Налево.

Машина послушно повернула, съезжая с трассы на проселочную дорогу. Возмущенно скрипнула подвеска, когда колесо попало в глубокую яму и весь кузов тряхнуло от удара. Серое поле, замерзшее и будто покрытое пеплом, бесконечно тянулось до самого горизонта, лишь в паре километров от машины, прерываясь полупрозрачной полоской леса, в глубине который чернел небольшой фермерский дом. Тусклый свет фар выхватывал из мутной темноты редкие пучки травы и камни на неровной поверхности дороги.

Вновь повисшее в машине молчание, означавшее конец допроса, было прервано тихим голосом вампира.

- Кисса, скажи, зачем были эти вопросы? Ты что-то нашел?

- Нашел, да не нашел… Бл*дь, бледнолицый, перестань прикидываться скромником, сразу скажи что тебе интересно узнать до чего я додумался.

- Хорошо, лохматый, так и есть. – Марсель мило улыбнулся, показав клыки, и снова откинул волосы, упавшие на лицо из-за сильной тряски.

-Там, в лачуге, я спросил у Тени, не причастен ли он к убийствам. – Ника закатил глаза под веки, тщательно подбирая слова полуправды. – Он ответил, что часть из них, это его рук дело. Я не поверил, подумал, что летающая тварь только злит меня, но после разговора с тобой понял, что это все-таки был он. Несколько баронов с семьями были выпиты, причем так чисто, что невозможно было и малейшей зацепки найти. Десятки людей, высушенные всего за одну ночь – это производит впечатление. Ни погромов, ни отпечатков, ни следов борьбы… Это все навело меня на мысли о вампирах и их чарах, благодаря которым жертва благодарно подставляет шею и улыбается в момент смерти, а именно такие лица были у некоторых погибших. Я только не мог понять, как же можно было выпить столько крови, скажем, группе из пяти или семи вампиров. И тут все встало на мои места.