Игра вслепую (СИ) - Мерфи Моника

Но, чёрт возьми, она даже пока не догадывается об этом.

Глава 23

Гейб

Я подминаю Люси под себя по центру кровати, мои бёдра удерживают её на месте, пока тянусь к её рукам. Подняв у неё над головой, переплетаю наши пальцы вместе, наслаждаясь ощущением её рук, так крепко сжатых в моих. Она выгибает спину, выглядя в этой позе такой охренительно прекрасной, что мне приходится оторваться от неё, чтобы с упоением насладиться её красотой. Вся эта неприкрытая, обнаженная кожа, выставленная напоказ только для меня, за исключением…

— Чёртов лифчик, — бормочу я, качая головой. — Забыл его снять.

Она тихо смеётся:

— Я могу сделать это вместо тебя.

— Нет. Останься в нём. Может, так будет даже интереснее. — Всего несколько секунд назад я помог Люси вытереть сперму с кожи. Я не могу просить сделать для меня что-то ещё. И определённо не хочу чувствовать, будто воспользовался ею.

— Хорошо. — Она раздвигает ноги, и я прижимаюсь к ней, всё ещё держа её руки в своих. Мне нужен презерватив. Я чист, но Люси заслуживает знать, что она в безопасности. Если бы мог, трахнул бы её без защиты, и чертовски уверен, это было бы потрясающе, но не знаю, согласилась бы она на это.

— Ты такая красивая, Люс. — Наклоняюсь и неторопливо целую, языком пробуя её вкус. — Я скучал по тебе.

Её взгляд мрачнеет, и на мгновение она отводит его от меня.

— Я… я тоже скучала по тебе.

Меня охватывает триумф, но пытаюсь подавить его.

— Значит, мы много времени потеряли зря.

Она снова улыбается, взгляд возвращается ко мне.

— Похоже, что да.

— Тогда нам стоит это исправить. Будем заниматься сексом как можно чаще, чтобы наверстать упущенное время.

Немного смещаю бёдра, приподнимаюсь, чтобы обхватить основание члена и медленно ввести его в её тело. Она охотно принимает меня, её ноги раздвигаются шире, нижняя часть тела выгибается, чтобы впустить меня. Наконец я полностью прижимаюсь к ней, мы сплетены в стандартной миссионерской позе, хотя в этом моменте нет ничего скучного или стандартного. И практически вибрирую от возбуждения от того, что снова оказался в ней.

Она смотрит мне в глаза.

— Отпусти мои руки, — шепчет она.

— Может быть, ты мне нравишься вот такой. — Так и есть. Это заводит, держать её вот так, утверждать свою власть над ней. Не то чтобы когда-либо злоупотреблял этой властью, но мне нравится знать, что я всё контролирую, а она — позволяет мне контролировать. То, что она настолько мне доверяет — это пипец какая честь, клянусь богом.

— Я в этом и не сомневаюсь. — Она пытается вырваться из моей хватки, на её выразительном лице написано разочарование. — Но так я не смогу прикасаться к тебе.

Тут же освобождаю её, разжав пальцы на запястьях, и она торжествующе улыбается и опускает руки сначала мне на плечи, потом обхватывает и начинает гладить вверх и вниз мою спину. Снова и снова, прикосновения становятся мягче, с каждым движением пальцев успокаивая меня.

Признаюсь, когда она так до меня дотрагивается, я прям умираю. Как будто она хочет забрать всю мою боль, чтобы все проблемы исчезли, и стало легче. И чтобы дни стали ярче. Но это же Люси. Не важно, кто я и что делаю, когда она со мной. Она не обращает внимания на внешний блеск и прочую чушь. Может быть, это из-за того, что она сама из богатой семьи, поэтому для неё это не имеет большого значения. Но, клянусь грёбаным богом, мне кажется, что она видит меня настоящего и всё равно хочет остаться со мной.

И это означает, друг мой, что ты по уши в дерьме.

— Ты ощущаешься так хорошо, — шепчет она тем сексуальным, хриплым голосом, который использует только тогда, когда я глубоко погружаюсь в неё. Никогда в другое время, только когда мы вот так вдвоём. Как единое целое. Когда мой член в её киске, кожа к коже, и наши сердца бьются в унисон. Я двигаю бёдрами, углубляя своё проникновение, и Люси с самым сладким стоном, который когда-либо слышал, закрывает глаза.

— Детка, я могу заниматься этим всю ночь, — говорю я ей, она неистово кивает, отчего волосы рассыпаются по моей подушке тёмным, волнистым облаком вокруг её очень красивого личика.

Наклоняюсь и целую эти неотразимые губы, проникая между ними языком. Она легко открывается мне, язык встречается с моим, и я медленно начинаю двигаться. Внутрь и обратно, бархатные объятия её внутренних стенок так хороши. Охренительно хороши. Я обливаюсь потом. Мозг пуст, в нём нет ничего, кроме честолюбивого намерения заставить её кончить.

Сильно.

— О, Люс, — выдыхаю я, когда она обхватывает своими сексуальными ногами мою талию, подталкивая глубже в себя. Она цепляется за меня, сжимая руки вокруг моей шеи. Она держится изо всех сил, прильнув ко мне, пока я ускоряю движения, трахая её. Внутрь. Обратно. Погружаясь в жар её гостеприимного тела. Снова и снова, и снова.

— Гейб… — Её голос — едва слышный шёпот, я наклоняюсь и целую её щеку, подбородок, шею, рот. Она откидывает голову назад, и я протягиваю руку между нами, лаская её грудь, проводя пальцем по краю лифчика, по ложбинке между грудями, прежде чем наклонить голову и поцеловать её там, проводя языком по узкой впадинке между грудями. Она восхитительна на вкус.

Она потрясающая.

Никогда не хотел девушку сильнее, никогда не чувствовал потребности быть с девушкой снова, как с Люси. Быть с ней вот так… что-то значит. Что именно, точно не знаю.

Моим чувствам нет предела. Не могу думать. Не могу сосредоточиться ни на чём, кроме неё. И себя. И нас вместе. Наконец-то. О чём я мечтал с тех пор, как увидел её на лекции. Чёрт, да с тех пор, как расстался с ней в Санта-Барбаре. Теперь, когда она подо мной, мой член внутри, и наши тела соединены, все прежние сожаления, что я оставил её, исчезают в одно мгновение.

— Детка. — Остановившись, провожу рукой вниз по её животу, по волоскам на лобке, к клитору, касаясь его большим пальцем и заставляя её задыхаться. — Я хочу, чтобы ты кончила.

— Н-не останавливайся, — выдыхает она, и кажется, как и я, не в состоянии справиться с чувствами. Снова дотрагиваюсь до клитора, на этот раз сильнее. — Да. Боже, именно так.

Я снова начинаю двигаться в ней, мой контроль ускользает, но мне всё равно. Я двигаюсь быстрее, погружаясь глубже, так глубоко, как только могу, и чувствую, как она вздрагивает вокруг моего члена. Её киска такая влажная, клитор набух, а бёдра плотно сжимаются вокруг моих бёдер. Мы двигаемся так быстро, что моё дыхание учащается, грудь болит, яйца подтягиваются к телу. Не верится, что вот-вот снова кончу, и так скоро. Надеюсь, она близко. Боже, надеюсь, что она кончит раньше меня, потому что больше не могу сдерживаться…

— О-о… — Мягкий, чудесный звук срывается с её губ как раз перед тем, как я чувствую, как её киска крепко сжимает мой член, снова и снова. Она стонет, уткнувшись лицом мне в плечо, и мой палец скользит по клитору. Я тянусь к её бёдрам и крепко держу, когда начинаю жёстко входить, потому что хочу почувствовать. Почувствовать свой оргазм, в то время как она тоже кончает. Я хочу, чтобы она отправила меня через край, и я мог присоединиться к ней.

Удивительно, но от моего освобождения я в такой эйфории, что даже начинаю стонать. Я кончаю в неё, от ощущения горячих стенок, сжимающихся вокруг моего члена, полностью теряю самообладание. Несколько долгих, затянувшихся минут мы оба содрогаемся и дрожим, пока, наконец, не падаю на неё сверху, уперев руки по обе стороны её головы, чтобы не придавить Люси своим весом.

— Гейб. — Она снова гладит меня по спине, и от этого нежного прикосновения по мне пробегает ещё одна лёгкая дрожь. — Кажется… мы не предохранялись.

Я поднимаю голову и смотрю на неё, сильно хмурясь, пытаясь сосредоточиться. Без презерватива? Клянусь, он был. Мне казалось, что я взял один, положил его на тумбочку и…

Мой взгляд останавливается на резинке, всё ещё в обёртке, лежащей на прикроватном столике, как я и помнил. Может, я и подумал о презервативе, но использовал ли я эту чертову штуку?