Истина в деталях (ЛП) - Болдт Р. С.

— О, Боже, да. — Мышцы напрягаются, а затем все мое тело вздрагивает, и я снова и снова пульсирую вокруг него.

Сила и скорость его толчков нарастают, и когда я прижимаю ладони к его упругой, покрытой мускулами заднице, он становится диким. Его бедра проникают все глубже, он проводит зубами по моей шее.

Его хватка на моем теле граничит с отчаянием, когда он глубоко и сильно входит в меня. Его тело становится невероятно жестким за секунду до того, как я чувствую, как он взрывается внутри меня, и мои внутренние мышцы инстинктивно сжимаются вокруг него.

С его губ срывается стон, прежде чем он опускается на меня, но при этом не забывает о своем весе. Опираясь на предплечья, он говорит мне в ухо, его голос задыхается.

— Ты меня убила.

Его слова вызывают у меня легкий смех. Я провожу кончиками пальцев по впадинам и изгибам его мускулистой спины.

— Взаимно, мистер Альканзар.

Он поднимает голову, его голос хриплый.

— Да? — в чертах Нико проглядывает мальчишеское выражение.

Я пожимаю плечами, меняя выражение лица на безразличное.

— В смысле, все было неплохо. Ну, знаешь… для начинающих.

Его глаза сужаются.

— Для начинающих, да? — он придвигается ближе, и легкое движение предупреждает меня о том, что он все еще полутвердый. Игриво покусывая мою нижнюю губу, он бормочет. — Просто для начинающих не пойдет.

— Нет? — шепчу я ему в губы.

— Нет. — Он отстраняется от меня, осторожно снимая презерватив, и мне сразу же начинает не хватать тяжести его успокаивающего веса. Стоя у края кровати, он протягивает мне руку. — Пора в душ. — В его глазах пляшут озорство и нежность. — Надо доказать, что я не начинающий.

Я позволяю ему помочь мне подняться с кровати, едва сдерживая ухмылку.

Через несколько минут он доказывает это… в десятикратном размере.

Пятьдесят вторая глава

Оливия

Утро пятницы

Забегаю в подсобку перед первым занятием и закрываю дверь. Большим пальцем я открываю старый телефон-раскладушку, который незаметно прикреплен к нижней части ящика моего письменного стола, скрытый бумажными копиями отчетов об успеваемости.

Обнаружив безобидный белый стикер на сегодняшней дате в своем рабочем календаре, я понимаю, что мне доставлен телефон. В записке краткое напоминание, написанное аккуратными заглавными буквами.

УПОРЯДОЧИТЬ БУМАЖНЫЕ КОПИИ ОТЧЕТОВ ОБ УСПЕВАЕМОСТИ

Я тут же пропускаю записку через офисный шредер.

Теперь, когда я нажимаю кнопку «Вызов», чтобы позвонить по единственному записанному в ней номеру, мое сердце болезненно сжимается от того, что я должна сделать, и я жду, пока не услышу звук принятого вызова.

— Я хотела бы оформить бронирование на вечер воскресенья. В новом крыле, если возможно.

Деловой тон на другом конце провода отвечает ровно, без малейших колебаний.

— Мы, конечно, можем удовлетворить ваш запрос. Сколько человек будет присутствовать?

Я закрываю глаза, пытаясь успокоить колотящееся сердце, и тяжело сглатываю, прежде чем ответить.

— Кроме меня, точно будут еще трое. Не знаю, сколько еще человек могут пожелать присутствовать. Я уже отправила вам список требуемых услуг.

Глубоко вздыхая, я тихо добавляю.

— Я хотела бы выразить свою обеспокоенность тем, что один из ваших сотрудников, похоже, связался с конкурирующим бизнесом. Он может быть довольно… непредсказуемым, поэтому будет лучше, если вы будете готовы к этому.

Мое сообщение сопровождает едва уловимая тишина.

— Мы составим соответствующий план.

— Кроме того, — быстро добавляю я, — мне лично потребуется необходимое оборудование.

— Понятно. Пожалуйста, держите нас в курсе, если что-то изменится. Представитель свяжется с вами сегодня днем.

Когда звонок заканчивается, я смотрю на мобильный телефон, который держу в руке, как будто только он является единственным предателем во всем этом. Как будто это он предал меня. Но все не так.

Если бы это было так, мое сердце не разрывалось бы в груди.

Пятьдесят третья глава

Оливия

Полдень пятницы

Может быть, я сегодня и вялая из-за того, что не выспалась прошлой ночью из-за Нико, но ни о чем не жалею. Мы провели остаток ночи, исследуя тела друг друга с такой естественной легкостью, какой я никогда не испытывала.

Мой желудок сжимается при этой мысли, потому что я сомневаюсь, что испытаю это снова. Часы тикают, время работает против нас, и, если бы у меня была возможность замедлить его, я бы сделала это в одно мгновение.

Отчаянно нуждаясь во втором латте с дополнительной порцией кофеина, я запираю дверь своего кабинета и тороплюсь по широким мощеным дорожкам, соединяющим здания кампуса, к ближайшему кафе.

Зайдя в помещение, где работает кондиционер, спасающий от типичной для Майами полуденной жары, я вздыхаю с облегчением. Ноющая пульсация за веками предупреждает меня о приближающейся головной боли от стресса, но я приветствую дискомфорт, который она приносит. Может быть, я и не жалею о вчерашнем вечере с Нико, но о том, что предстоит в воскресенье, я буду жалеть.

Пока я стою в очереди рядом с нетерпеливыми студентами, пролистывающими свои мобильные телефоны или делающими селфи, обращаюсь к вселенной с безмолвной мольбой:

— Пусть это будет не он.

Если он сегодня появится, то, не сомневаюсь, это усугубит мою головную боль от стресса в десятки раз.

Конечно, моя мольба остается без ответа. Хуже всего то, что я не могу быть уверена, что мое предыдущее сообщение не будет проигнорировано, ведь мы все — пешки.

Черт побери, как же я устала от этого дерьма.

Перемещаясь в специально отведенное место, где другие посетители ожидают свой кофе, я каким-то образом умудряюсь подавить неприязненный взгляд, когда он делает шаг рядом со мной.

— Слышал, вы курируете новый проект. — С многозначительной паузой он добавляет. — Большой.

Я не удосуживаюсь посмотреть на него. Боковым зрением вижу, что он все еще в своем любимом ботаническом наряде — шнурок с прикрепленными к нему ручками и кривые очки на носу.

— Правильно, Чарли. — Если он думает, что я облегчу ему задачу, то он еще больший идиот, чем я думала вначале.

Он неодобрительно хмыкает.

— Большие проекты обычно означают, что им нужны все доступные руки.

— Так и есть.

Бариста называет мое имя и ставит чашку с кофе на стойку. Я подхожу, чтобы взять ее, и резко поворачиваюсь в надежде, что Чарли будет слишком недоволен, чтобы возиться со мной.

Конечно, это несбыточная мечта.

Он встает передо мной, загораживая выход, глаза темные от раздражения.

— Я заказал нам столик, профессор. Конечно, вы можете уделить мне минутку, чтобы поговорить со мной о проекте.

Я стискиваю зубы.

— Хорошо.

Он жестом показывает на стол в нескольких футах от меня, где лежит его сумка. Я сажусь на стул, а он занимает место напротив меня, оглядываясь по сторонам, прежде чем устремить на меня свой пронзительный взгляд. Как обычно, он смотрит на меня с высокомерием.

Он считает, что я недостаточно проницательна, чтобы уловить суть вещей, в частности, его небольшой промах во время визита на днях.

«Сколько они вам платят?»

На его лице промелькнуло недоумение, но тут же исчезло — это единственный признак того, что я застала его врасплох своим вопросом.

«О чем ты говоришь?»

Я внимательно разглядываю его, как будто сижу напротив совершенно незнакомого человека. Он символизирует предательство и обман.

Когда это произошло?

Я выпрямляю спину, понимая, что нужно делать. Пришло время бросить перчатку.

— Как поживает Иви?

При упоминании о будущей бывшей жене его челюсть сжимается, глаза прищуриваются. И не только потому, что я иду против протокола.

Я провожу пальцем по краю крышки кофейного стакана, небрежно наблюдая за посетителями, толпящимися вокруг кафе. Хотя я их не замечаю, было бы наивно полагать, что за мной не наблюдает кто-нибудь из людей Нико.