Кила (ЛП) - Кейси Л. А.

Я проворчала:

— Глупое, идиотское пари.

Я ненавижу пари, и не без оснований.

В последний раз, когда я участвовала в споре, моя жизнь превратилась в очень плохую ирландскую версию «Крестного отца».

Алек снова рассмеялся, чмокнул меня в губы и прижал к себе.

— Я сделаю короткую стрижку по бокам, а сверху оставлю волосы достаточно длинными, чтобы ты по-прежнему могла погружаться в них своими пальцами. Это будет соответствовать условиям пари, так как Доминик никогда не говорил, что я должен сделать «ежик» по всей голове, он сказал просто короткая стрижка. Я заберу внедорожник и сделаю это, хорошо?

Мило.

Я усмехнулась:

— Это не я, а ты должен пытаться приспособиться. Ты знаешь, что Эйдин любит твои волосы, она в восторге, когда ты позволяешь ей укладывать и заплетать их. Ты ее собственная человеческая кукла Кен.

Алек улыбнулся.

— Я позволил ей делать это только потому, что ей это нравится и заставляет ее молчать… кроме того, они все еще будут достаточно длинными, чтобы она могла играть с ними. Я объясню ей это.

Объяснение? Ха.

Этого было бы недостаточно для Эйдин Коллинз.

Я прикусила щеку изнутри.

— Она может убить Нико за это.

Алек усмехнулся.

— Меня устраивает, если его немного побьют.

— Я не говорила, что его немного побьют, я сказала, что она может его убить.

Алек усмехнулся.

— Я поговорю с ней об этом.

Я кивнула.

— Хорошо, потому что я чертовски уверена, что не вступлю в эту смертельную ловушку.

Алек приподнял брови.

— Но ты позволишь мне шагнуть в нее?

Да, черт побери.

— Приятель, когда в ситуацию вовлечены Эйдин и ее настроение, я сначала брошу тебя в любую ловушку, которую она установит. Тебе лучше в это поверить.

Алек уставился на меня широко открытыми, потрясенными глазами и повалил на кровать. Я закричала от смеха и начала игриво бороться, когда он подмял меня под себя. Он наклонился лицом ко мне, и я захихикала, когда кончики его волос защекотали мои щеки.

— Я буду скучать по твоим волосам, — произнесла я в который раз с тех пор, как он на прошлой неделе он сказал мне, что ему нужно их подстричь.

Алек с любовью поцеловал меня в нос.

— Они отрастут обратно.

— Я знаю, но все равно, — пробормотала я, поднеся руки к его голове и проведя пальцами по его волосам.

Алек усмехнулся, когда я выпятила нижнюю губу и надулась.

— Это всего лишь волосы, детка.

Для него возможно.

Я пожала плечами.

— Я никогда не видела тебя с короткими волосами… Я могу решить, что ты уродлив.

Алек еще сильнее навалился на меня своим весом и начал смеяться.

— Ты раздавишь меня, — вскрикнула я и хлопнула Алека по спине, потому что моя грудь начала гореть от недостатка кислорода.

Приподнявшись с меня, Алек продолжил смеяться. Прежде чем полностью встать, он снова коснулся меня носом и чмокнул в губы.

— Давай вставай, — прощебетал он.

Опять?

Я застонала.

— Ты отстой!

Алек посмотрел на меня сверху вниз, когда я встала с кровати перед ним.

— Ты сосешь в этих отношениях, дорогая, — он злобно ухмыльнулся (прим. пер. — с англ. suck — отстой; сосать)

Я, дразня, прищурила глаза.

— А ты даришь поцелуи… заднице.

В прямом и переносном смысле.

Алек подмигнул.

— Только, когда я шалю.

Я хмыкнула и улыбнулась, когда он пощекотал своим пальцем мой рот.

Я ненавидела, когда он так делал.

Я щелкнула зубами, заставляя его убрать пальцы на безопасное расстояние от моих зубов. Ухмыльнувшись, я повернулась и шагнула, хватая одеяло, чтобы встряхнуть его и застелить постель, только чтобы понять, что не могу, потому что на нем лежит Шторм.

Я даже не слышала, как он вошел.

— Привет, мой мальчик, — проворковала я.

Алек ахнул у меня за спиной.

— Как он, бл*дь, это делает?

Я улыбнулась, наклонилась и почесала Шторма за ушами.

— Потому что он классная собака.

— Это не смешно, он не издает не единого гребаного звука… это не правильно, совсем не правильно!

Я усмехнулась.

— Я говорила тебе, — произнесла я, когда снова повернулась к Алеку. — Он собака-ниндзя.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Алек фыркнул, наклонился вправо, поднял руку к лицу и указал двумя пальцами на свои глаза, а затем указал теми же двумя пальцами на Шторма.

— Я наблюдаю за тобой, здоровяк.

Шторм пукнул в ответ.

Я разразилась смехом, а затем покинула комнату, пока не умерла, так как запах заполнил мой нос.

— Проклятая собака, — пробормотал Алек и быстро последовал за мной из комнаты по коридору. — В новом доме он не останется внутри, он научится спать снаружи на заднем дворе в своей будке для собак.

Ага, как будто это когда-нибудь случится.

— Алек, более вероятно, что в будке для собаки будешь спать ты, а не Шторм.

Алек пробормотал что-то про себя, когда прошел мимо меня и вошел на кухню.

— Что это было? — спросила я, улыбаясь и следуя за ним.

Он взглянул на меня.   

— Я сказал, что не удивлюсь.

Я злобно хихикнула:

— Хорошо, потому что он мой маленький мальчик. Он был здесь до тебя, большой парень. Не забывай об этом.

Алек невозмутимо посмотрел на меня и отметил:

— Как я могу забыть, когда если он находится в комнате, а я пытаюсь хотя бы прикоснуться к тебе, он запрыгивает и впихивается между нами? На собачьем языке он говорит мне, чтобы я отвалил от его мамы.

Я рассмеялась.

— Это правда, — просияла я.

Губы Алека дрогнули, он покачал головой и посмотрел на кухонные ящики.

— Ты поешь, а затем упакуешь вещи или сначала упаковка, а затем еда?

Он это серьезно?

— Пфф, сначала поем… конечно же, — ответила я.

Алек выдохнул через нос и улыбнулся.

— Тогда присядь, я тебе что-нибудь приготовлю.

Я покачала головой.

— Спасибо за предложение, но я просто съем немного йогурта с фруктами.

Алек поднял бровь.

— Почему?

Я невозмутимо ответила:

— Я говорила тебе на прошлой неделе о диете.

Он вообще слышал, что я говорю?

Алек осмотрел мое тело, потом вернул взгляд к моим глазам.

— Она работает, ты выглядишь великолепно.

Он был весь такой…

— Ой, отстань от меня! — крякнула я. — Я еще не похудела, а ты подлизываешься. Перестань пытаться заработать дополнительные очки со своими глупыми комплиментами.

Алек усмехнулся.

— Я не пытаюсь заработать очки, я просто указал, что ты отлично выглядишь. Даже если ты немного скинешь вес, все равно будешь выглядеть великолепно. О чем это тебе говорит? — спросил он.

Я пожала плечами.

— Что ты любитель полненьких?

Алек засмеялся.

— Нет, всезнайка. Это значит, что ты и так отлично выглядишь. Ничто из того, что ты делаешь, не может улучшить твою красоту, котенок. Ты от природы сногсшибательна.

Я уставилась на Алека и фыркнула.

— Я не буду заниматься с тобой сексом сегодня.

— Ты говоришь это каждый день и знаешь что? Мы все еще занимаемся сексом каждый день… если я не ошибаюсь два раза, три — если учесть прошлую ночь.

— Я поняла, — прорычала я. — У меня слабость к твоему члену. Не надо тыкать мне этим в лицо.

— Всегда есть необходимость ткнуть мой член тебе в лицо.

Алек произнес это с серьезным видом. Я же просто рассмеялась и покачала головой.

— Иди пригони грузовик, а я начну паковать вещи.

— Это внедорожник, — небрежно поправил меня Алек, проходя мимо и шлепнув по заднице.

Я вскрикнула, когда жгучая боль распространилась по моему заду.

— Это грузовик, а не внедорожник. Говори правильно, иначе я вышвырну тебя из страны.

Алек усмехнулся и направился по коридору в нашу спальню, где оделся. Не прошло и двух минут, как он вернулся в коридор полностью одетый и схватил ключи от своего недавно купленного внедорожника. Он был чертовски огромен, но это было то, чего он хотел, поэтому я молчала. В конце концов, это были его деньги — он мог купить все, что хотел.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})