Грешники. Внебрачная дочь (СИ) - Николаева Елена

— Люблю. Мне их Кэтти читала.

— Сейчас расскажет маме притчу о Горгоне Мэт, — хохочет Итан, таща за нами дорожные сумки. Мы дружной командой движемся к террасе.

— О, Боже, только не это, — смеюсь над его словами и следом уточняю: — У вас действительно есть такой обычай с котом?

— Конечно. Кот — хранитель очага. У нас существует пословица: «Дом без кота или собаки — это дом скряги».

— Эй! Ты никогда не был скрягой, — деланно возмущаюсь я, оборачиваясь к нему. Сделав ещё шаг, останавливаюсь, преграждая Итану путь.

— Для тебя — нет. Для других — не факт, — выдаёт он, тормозя лицом к лицу. Приблизившись на расстояние выдоха, сексуально понижает голос: — Проси, что хочешь, Царевна. Всё для тебя сделаю.

— Всё? Всё? — прищуриваюсь, обдумывая его предложение.

Есть у меня одно желание. Не уверена, что он захочет его исполнить.

— Всё-всё, Amor… — выговаривает в губы хриплым шёпотом, заглядывая глубоко в глаза, словно в душу.

— Серьёзно? Всё, что захочу? — уточняю, растягивая хитрую улыбку.

— Серьезнее не бывает, — бросив сумки на землю, рывком притягивает к себе.

Взвизгиваю, как только наши губы слипаются. — Проси, Энни… — шепчет настойчиво.

— Хочу навестить твоё бунгало, — отрывисто выдыхаю. — Это возможно?

***

— Сегодня? — Итан загадочно вздергивает бровь, прижимаясь к моему животу ощутимой твердостью.

Я плавлюсь в его руках. Мне так хорошо и уютно. Никогда не устану думать о нас. О том, как нам вдвоём хорошо.

— Мне ещё нельзя… — шепчу я, соединяя наши лбы. Улавливаю на своих губах его учащённое дыхание. Оно тёплое. Приятно щекочет кожу.

— Ах, вот оно что? — хитро прищуривается Святой. — Кровью меня не напугаешь, Эн. Я не брезгливый.

Боже, после всего, что у нас было, ему всё равно удаётся вгонять меня в краску.

— В тот раз…

— Мы не закончили… — прерывает Итан, завершая мою мысль. — Я помню, малыш. Словно это было вчера. Каждый момент из прошлого высечен в моей памяти яркой фреской. Всё, что я с тобой пережил, всё отпечаталось вот здесь…

Он берёт мою ладонь и опускает себе на сердце. Прикрываю глаза, прислушиваясь к сильным ритмичным толчкам.

— В тот раз у нас получилась Ника, — довольная улыбка расползается по моим губам, и я чувствую, как снова краснею.

— Теперь всё по-другому. Ты не будешь так громко орать и бить меня за то, что я тебя порвал, — взорвавшись смехом, Итан подхватывает меня на руки и вынуждает обвить его торс ногами.

— Паршивец! — вцепляюсь пальцами в его чёлку. Задрав к небу лицо любимого, наклоняюсь и горячо целую в губы. — Я соскучилась… — спустя минуту шепчу ему в рот, чуть ли не задыхаясь от переполняющих меня чувств.

Уловив мой намёк, Святой хрипло выдыхает.

— Я тоже тебя хочу. Очень. Пошли, сначала я покажу тебе особняк. Затем наведаемся в бунгало. Если, конечно, не застрянем в нашей новой спальне…

— А мама?

— А мама у меня понятливая. Самый чуткий в мире человек. Не волнуйся, ей будет не до нас. У нее теперь с долгожданной внучкой забот выше крыши.

Не успеваем зайти с Итаном в холл, как тут же растворяемся в радостном визге Доминики.

— Где они? — уточняю, растерявшись на новом месте.

— На втором этаже. Прошу, — Итан жестом приглашает меня подняться по лестнице к ним.

— Боже, здесь так красиво, — с замиранием сердца я оглядываюсь вокруг, оценивая огромный коттедж изнутри.

Мраморный отполированный до блеска пол с узорами. Удобная лестница с широкими деревянными ступеньками. Высокие потолки с современным светодиодным освещением. Стены выкрашены в светлые тона, гармонично сочетаются с напольным покрытием. Панорамные окна в пол и много-много яркого света. Чисто. Просторно. Свежо.

— Будет намного уютнее, когда мы обставим дом мебелью и украсим разными дизайнерскими штуками. Я с радостью предоставлю эту возможность тебе, как моей будущей жене и полноправной хозяйке этого дома,— говорит Святой, поднимаясь за мной по лестнице. — С завтрашнего дня у меня в офисе начнётся ад. Придётся разгребать отложенные дела. Соответственно видеться будем реже. В обеденный перерыв и ночью в постели.

— Тебе в офисе переводчики не нужны? — интересуюсь, попадая в холл второго этажа.

Боже, я не привыкла к таким шикарным хоромам. Здесь можно запросто потеряться. Но как же приятно чувствовать себя любимой женщиной и хозяйкой всего этого.

— Уверена, что не сбежишь от строгого босса уже через час? Я очень… очень требовательный начальник и тиран всех тиранов, — остановившись в нескольких метрах от детской, рядом с другой дверью, Итан ставит чемоданы на пол. Засовывая руки в карманы брюк, облокачивается на стену и устремляет на меня пристальный и слишком порочный взгляд. Всем своим естеством напоминает голодного волка. И смотрит так, словно уже раздевает в своих фантазиях.

Лицо, губы, грудь, живот — всё тело охватывает горячим пламенем, покалывает импульсами тока.

Интересно, он сейчас трахает меня на собственном рабочем столе или же в мягком кожаном кресле?

А может быть, у стенки или у панорамного окна, пристроившись сзади и намотав волосы на кулак... Или…

О, черт, хватит, Аня! Прекрати фантазировать вместе с ним! Иначе ты сейчас схлопочешь сумасшедший внутренний фейерверк только от выражения лукавых глаз.

— Можно узнать, на что рассчитывает строгий и требовательный босс? — моё любопытство всё-таки берёт верх. — Иметь в офисе переводчика? Или чтобы переводчик имела его?

***

— Имея такого ценного сотрудника, как ты, я никогда не смогу разгрести свои неотложные дела, — оттолкнувшись от стены, Святой подходит ко мне. Мы смотрим друг другу в глаза. Я вздрагиваю, почувствовав, как нежно он берёт меня за руки. Ласково проводит большими пальцами по чувствительным точкам, расположенным на тыльных сторонах ладоней между большим и указательным пальцами. — И говоря «имея», я подразумеваю все смыслы этого слова.

— Значит.., — сглатываю, увлажняя кончиком языка пересохшие губы, — должность переводчика в твоей фирме мне не светит? Совсем..?

— Ну почему же? — Итан склоняет голову набок, и легкая улыбка чуть-чуть приподнимает уголки его рта, делая моего мужчину неимоверно сексуальным и привлекательным. — Светит. Ещё как светит. Куда уж я теперь без своей персональной зависимости? М?

Он притягивает меня к своей горячей груди, заводит мои руки себе за шею. Обнимаю его, прижимаясь всем телом к своему мужчине. Зарываюсь носом под ключицей. Пахнет так сладко и опьяняюще, что я в который раз дрожью исхожу.

— Хочу предупредить… — прохрипев ему в грудь, я задираю голову и ловлю на себе влюблённый взгляд.

Теперь я точно знаю, что его глаза способны транслировать не только похоть и власть над женщиной. Они умеют передавать самые глубокие и ранимые чувства, которые до недавнего времени Итан от меня идеально скрывал.

— Я очень… очень ревнивый сотрудник, господин Сантуш... Я неисправимая собственница. Меня нельзя провоцировать. В противном случае я за себя не ручаюсь…

— Какие ценные качества, — довольно урчит мой будущий супруг. — Я обязательно отмечу их в Вашем резюме, Анна Владимировна.

Пленительно улыбнувшись, он склоняется к моему уху. Ведя носом по виску, втягивает запах.

Щекотно...

Я ёжусь, ещё сильнее прижимаясь к его твёрдому телу, а он обнимает, зарываясь пальцами в волосах на затылке, сжимая их в кулак. Чувствую себя маленькой беззащитной девочкой в опытных, сильных руках.

Между нами пятнадцать лет разницы! Боже мой, это не много, но и не мало.

Пугает меня этот факт?

Совсем нет. Он — любовь всей моей жизни. Мой первый мужчина. Первый и единственный, кому я не побоялась отдать не только сердце, но и душу. Всю себя. Никогда ничего подобного ни к кому я не испытывала.

Говорят, первая любовь самая яркая и самая сильная. Она никогда не стирается из памяти. Она живет вечно, если её беречь и лелеять.

Первая любовь чистая и самая искренняя.