Почувствуй, насколько мне безразлично (СИ) - Юдина Екатерина

Ведь все, что я имела и годами с таким трудом выстраивала, уже теперь рассыпалось на части. Окончательно. Безвозвратно и смириться с таким было не просто трудно. Скорее невыносимо больно. Я будто бы вовсе погибала.

Открывая глаза, я посмотрела на экран. Телефон перестал жужжать, но уже теперь видя количество пропущенных звонков и сообщений, я испытывала настоящий ужас.

В первую очередь я пальцем прикоснулась к значку оповещений пропущенных звонков от Клейна. Понимала, что сейчас не смогу перезвонить ему. Не найду в себе сил для этого, но душу рвало на части от желания поговорить с ним. Вновь закрывая глаза, я даже представила его рядом с собой. То, что Джад сидит рядом со мной на диване. Привычно ленивый и вальяжный. С немного растрепанными белоснежными волосами и частично скрытыми тканью лицом и рукой.

Я бы тут же бросилась к нему. Крепко обняла бы. Обязательно поцеловала бы и, наверное, разревелась бы прямо у Клейна в руках. Делая глубокие вдохи, я отчаянно подумала о том, сможем ли мы несмотря на весь этот ад продолжить отношения? Хотелось бы. Сильно. Прямо до боли в груди. Я ведь для себя другого альфы не видела.

Но пока что я для Джада лишь представляла опасность. Если его втянут во все это и обвинят в сокрытии омеги, я себе этого никогда не прощу.

Поэтому пока что я даже не смела приближаться к нему. До тех пор, пока не разберусь со всеми своими проблемами.

Убирая палец я посмотрела на множество пропущенных с неизвестного номера. Будто мне с него звонили каждую минуту весь прошедший день. Судя по тому сообщению, которое я прочитала еще будучи в поезде, это точно Картер.

И уже он вызывал у меня совершенно другие эмоции.

Гнев, отторжение и яд бегущий под кожей. Причем настолько мощные, что меня ими за одно мгновение всю без остатка перекрыло. Захлестнуло. Сокрушило.

Если Клейн был тем, рядом с кем я хотела бы проводить каждую секунду своей жизни, то Картер являлся тем, кого я всей душой терпеть не могла и при возможности больше никогда не видела бы.

Но я пыталась успокоиться. Не позволять ему хоть как-то влиять на себя, но тот негатив, который я испытывала к Картеру, все равно был настолько мощным, что собой перекрывал абсолютно все. Так, что меня даже трясти начинало.

И как я попрошу у него помощи?

Наверное, я бы никогда этого не сделала. Сама бы лучше села в тюрьму, чем пошла бы к Картеру, но тут речь уже была о Миранде. А ради нее я готова на все.

Поэтому я собиралась уже позвонить ему, но, когда я уже почти нажала на этот номер, экран вспыхнул новым звонком.

Картер сам мне вновь звонил.

Глубокий вдох. Я попыталась собраться со всей своей решительностью, чтобы ответить ему, но, когда я уже почти нажала на зеленый значок, со мной что-то случилось.

Ладонь сильно дрогнула и пальцы онемели. Так, что я, не в состоянии удержать телефон, выронила его.

— Что?.. — растерянно прошептала. Не понимая, что это было, но собираясь наклониться за ним. Вот только перед глазами поплыло и я сама рухнула на пол.

То, что происходило дальше, было хуже ада.

Меня накрыло волной жара и боли. Слишком хлесткой и мощной. Так, что она за считанные секунды пробралась вглубь тела, начиная ломать его. Рвать на части. Так, что я, не понимая этого, закричала, царапая собственную кожу. Ерзая на полу и извиваясь. Пытаясь сесть, но не понимая, что со мной вообще происходит и не в состоянии вообще хоть что-то сделать.

Наверное, я закричала слишком громко. Так, что тут же послышались быстрые шаги на ступеньках и уже в следующий момент рядом со мной на пол села Миранда.

— Что?.. Что с тобой? — тетя положила ладони на мое лицо и ее встревоженность я ощущала даже по дрожащим пальцам.

— Я… Я не знаю, но… мне больно… — прошептала, пытаясь хотя бы дышать, но получалось паршиво. Лишь как-то издалека я ощущала то, что боль, кажется, начинала проходить. Но было страшно. Очень. У меня мысли паникой пожирало.

— Боже… Ты пробуждаешься… — вскочив на ноги, Миранда рвано прошептала. — Нужно срочно вызвать скорую. Тебе нужна охрана и медицинский осмотр.

— Нет, я не пробуждаюсь. Все проходит, — как у меня хватило сил это сказать, я не имела ни малейшего понятия, но видя, что Миранда достала из халата телефон, я перехватила ее за ногу. — Нет. Не нужно! Не звони.

Ее ведь тут же в полицию отправят. На пожизненное посадят.

Миранда сопротивлялась. Пусть и испуганно, но твердила, что срочно нужно звонить в больницу. Кое-как я выхватила у нее телефон, когда она уже нажала на вызов. Постепенно мне вообще начало становиться лучше. А затем, вовсе за считанные мгновения все это прошло.

— Видишь, со мной все в порядке, — я даже поднялась на ноги. Но тело все еще ломило. — Никакое это не пробуждение.

— Тогда, что это было? С этим нельзя шутить! — Миранда поджала губы и вновь всхлипнула, закрывая лицо ладонями. — Милая, я очень благодарна за то, что ты думаешь обо мне, но я сама виновата. Не лезь в это. Не делай себе хуже.

— А как же твоя семья? Как твои дети будут без тебя? — стоять было тяжело и я вновь села на диван. — У меня… есть вариант, как можно решить эту ситуацию. Я знакома с наследником семьи, которая стоит за всеми этими тестами. И… Я не гарантирую, но, возможно, он поможет.

Убрав ладони от лица, Миранда всхлипнув, неверяще посмотрела на меня.

— Правда? — спросила она, но тут же качнула головой. — Милая, я не знаю откуда у тебя такие знакомства, но…

— Он друг моего парня. Мы вместе учимся в университете, — все-таки, меня до сих пор крыло. Разговаривать было тяжело. И я своего тела понять не могла. Слишком сильно оно ныло и покалывало.

— Я… Милая, он ведь первым захочет нашего наказания. Если ты говоришь про ту самую семью, они очень сильно следят за целостностью соблюдения тестов… — казалось, что Миранду это лишь сильнее напугало и я ее понимала. Семья Картера в данной ситуации была нашим главным врагом, а я предлагала напрямую иметь дело именно с ними.

— У нас очень хорошие отношения, — солгала. — Я почти уверена, что он поможет. Да и у нас нет другого выбора.

Казалось, что Миранда стала лишь сильнее нервничать, но в первую очередь она настояла на том, чтобы мы опять съездили в больницу и сделали новые тесты. Чтобы понять, что только что со мной было.

В этом плане нам очень повезло. То, что Миранда с детства дружила с той бетой, которая была владелицей этой больницы и даже ночью нам дали небольшой доступ к старой лаборатории.

Несколько быстрых тестов и, прихватив результаты, мы уехали оттуда. Остановились около ночного парка и, сидя в машине, открыли папку. Я ничего не понимала, а тетя, изучая результаты, широко раскрыла глаза.

— Все-таки, это было пробуждение, — произнесла она, указывая на какую-то строчку. — Но не полное. То есть, у тебя вообще какие-то заоблачные показатели.

— Как пробуждение может быть не полным? — я нервно поерзала. Пока что я вообще за собой никаких изменений не ощущала. Даже покалывание исчезло и тело больше не ныло.

— Я толком этого не понимаю, но, судя по всему ты будешь необычной омегой. Судя по показателям, очень сильной, — Миранда пальцем скользнула по бумаге. — То, что было это не пробуждение. Лишь какая-то его маленькая часть. Начало. Но, возможно, скоро ты пробудишься полностью и это будет… что-то невероятное. К этому моменту у тебя обязательно должна быть охрана.

Миранда еще долго рассматривала результаты тестов. Сравнивала их с другими показателями, которые находила в сети. Читала статьи и говорила, что не понимает, как с одного процента на тесте в итоге получилось вот такое. Что судя по моим анализам я, как омега стану куда мощнее, чем все остальные. А, значит, что и позволить себе смогу все.

И вновь она плакала ругая себя за то, что влезла в мою судьбу. А я ее обнимала. Обожала Миранду, ведь, насколько бы мне не было страшно, она тот человек, который, переступая закон, был готов мне помочь. И теперь наступила моя очередь помогать ей.