С.Л. Дженнингс - Зараза (ЛП)

Полностью истощенный, я падаю на неё сверху вниз и переношу свой вес на дрожащие локти, чтобы не раздавить её миниатюрную фигурку.

- Что это был за урок? - спрашивает она, сонно улыбаясь. Я целую её, чувствуя вкус солнца на своих губах.

- Никаких уроков, малышка. Это было просто потрясающе, такому невозможно научить.

***

- Кола или Пепси?

- Кола.

- Пепперони или cосиcка?

- Пепперони.

- Боевик или комедия?

- Нам обязательно выяснять это именно сейчас?

- Да. Мы должны поговорить. Мне нравиться узнавать о тебе что-то новое. Так что ответь на вопрос, мистер Секретный Агент.

- Боевик. Теперь помолчи, чтобы я смог тебя покормить.

Я скольжу холодной ложкой между ее губ, и она слизывает с неё остатки мороженого.

- Мммм. Я знала, что ты выберешь боевик.

Я кладу в рот кусочек мороженого. Его вкус еще лучше после того, как я полакомился телом Элли, воспользовавшись должностью её персонального эротического тренера.

- Откуда?

Она приподнимается на локте и передо мной открывается невероятно возбуждающий вид её обнаженного тела. Я не могу оторвать взгляда от идеальной груди Элли, лежащей у меня на плече.

- Ну, учитывая то, что ты носишь имя супергероя и все...

- Супергероя?

- Ничего не бойтесь! Судья Дрэйк уже здесь! –пронзительно кричит она, размахивая кулаками. - Готов убивать злодеев Скоттсдейла с двуглавыми членами и лазерами из кислотной смазки!

Мы вместе смеемся до слез. Когда наше хихиканье переходит в тихие всхлипы и стоны, мы оказываемся прижатыми друг к другу - грудь к груди, кожа к коже. Я страстно целую Элли, забыв о мороженом. Она разводит для меня свои бедра, и я перекатываюсь, чтобы быть сверху. Сжимаю её лицо в ладонях и углубляю наш поцелуй.

- Я ведь никогда не привыкну к этому? – говорит она, пока я нежно посасываю кожу под ее подбородком.

- А ты хочешь? - спрашиваю я, прежде чем проложить влажную дорожку поцелуев от ее шеи до ложбинки между грудей.

- Нет. Я каждый раз хочу ощущать этот трепет, как в первый раз. Хочу, чтобы так было всегда.

Возможно ли это?

Вопрос вертится у меня на языке, но вместо того, чтобы спросить, я втягиваю в рот её сосок, заставив Элли стонать от удовольствия. Вопросы подождут. Когда она в моих объятиях, все остальное отходит на второй план. Не знаю, как долго все это будет продолжаться, но сейчас меня это не волнует.

- Эй, - говорит она, скользя пальчиками вверх по моему затылку и хватая меня за волосы. - Ты пытаешься отвлечь меня от поставленной задачи.

Моя ладонь плавно движется вниз по её животу, и пальцы накрывают опухшие складочки.

- Я думал, это и было нашей задачей.

- Ооооох, верно подмечено.

Я слегка касаюсь её клитора, зная, что она все еще слишком чувствительна, и резко опускаюсь вниз, закидывая ее бедра себе на плечи. Когда я заменяю свои пальцы языком, из горла Элли вырывается странный звук, напоминающий дикое рычание.

- Что такое, милая? – спрашиваю я, губами задевая её клитор. Зажимаю его между зубов и слегка прикусываю.

- Иди ты, - шепчет она со стоном.

Я всасываю чувствительный бугорок и ласкаю его языком, чтобы смягчить ощущения после укуса.

- Как грубо, Эллисон. Может мне стоит чем-нибудь занять твой ротик, чтобы ты больше не могла так грязно выражаться.

Она задыхается, когда я вставляю в нее палец и продолжаю лизать её клитор.

- Не смей останавливаться. Только если не хочешь, чтобы я сжала бедра и раздавила твою голову, как грецкий орех.

- Я думал, ты хотела поговорить, детка?

Вставив еще один палец, я трахаю ее жестко и быстро всего несколько секунд и резко убираю руку.

- Мне не стоило этого делать. Нам надо поговорить.

- Если ты перестанешь делать то, что ты делаешь, Джастис Дрейк, то, да поможет мне Бог, я привяжу тебя к этой кровати и надеру тебе задницу!

Я смеюсь, мое дыхание щекочет ее чувствительную плоть. Вставив указательный палец в тугую киску Элли, я усиливаю ощущения, медленно облизывая её ленивыми круговыми движениями.

- Хорошо, - говорю я, целуя ее нежные складки. – Ты говоришь. Я лижу.

- Ты действительно думаешь, что я смогу сказать хоть что-то вразумительное? Я даже предложение не сформулирую. Какой в этом смысл?

- Ты хочешь, чтобы я трахал тебя своими пальцами и сосал твой клитор до потери сознания, пока ты не кончишь мне в рот?

Ее глаза округляются от восторга.

- Да, пожалуйста.

- Тогда поговори со мной, детка.

Я накрываю ртом её плоть и буквально пожираю её, словно это последняя трапеза в моей жизни. Её сладко-соленый вкус ни с чем не сравнится. Боже, до чего же я изголодался по ней. Такое чувство, что у меня неделями не было во рту ни крошки, и только киска Элли сможет утолить мой голод. Ее колени обхватывают мою голову, я хватаю Элли за бедра и развожу их шире. Затем я набрасываюсь на её клитор и в бешеном ритме трахаю языком её киску. Я хочу испить Элли до дна. Когда она кончит, все её соки достанутся мне, ни капли не прольется на простыни.

- Говори, - приказываю я, когда удовольствие переполняет её настолько, что она не может вымолвить и слова.

- Боже! Ох, ты ... О, Боже.

- Мне, конечно, льстит, но можно просто Джастис, – Я сосу, лижу и вставляю в неё палец.

- Джастис. - Она с трудом дышит, мое имя слетает с её губ, словно легкий ветерок.

- Джастис. Сукин ты сын. Как ты смеешь ... как ты смеешь делать со мной такое.

- Делать что, милая? – спрашиваю я и повторяю все заново – сосу,лижу и трахаю её пальцем.

- Это. Все ... это. Теперь я знаю ... Знаю, что я теряла. И не смогу ... не смогу без этого. Я никогда не вернусь назад.

Я сбиваюсь с ритма, из моей груди вырывается стон, и я зарываюсь лицом в её киску. Что именно она имела в виду? Никогда не вернется назад? Значит ли это, что она хочет уйти от Эвана и остаться со мной? Она готова к этому?

Но главное… Дерьмо... Готов ли я к этому?

Я знаю, что хочу ее больше жизни. Каждый раз при нашей встрече я наслаждаюсь ее улыбкой, я хочу прижать к себе её тело и раствориться в ней навсегда. Она изменила меня, я это чувствую. Но может ли между нами быть что-то большее? Смогу ли я проводить каждую ночь, считая ее веснушки, как я когда-то считал далекие звезды на небе? Смогу ли я просыпаться каждое утро рядом с ней и смотреть, как спутанные огненно-рыжие волосы падают ей лицо, пока она тихо спит? Смогу ли я день за днем тонуть в её огромных бирюзовых глазах и растворяться в её смехе каждую ночь?

Думаю, вопрос поставлен неверно. Как, черт возьми, я могу быть не готов?