Холодная (СИ) - Инфинити Инна

Ночь воскресенья в беседке была волшебной, но, увы, скоротечной. С утра понедельника, когда я за завтраком в присутствии Кристины разговаривал по телефону с Олей, отношение Морозовой ко мне вернулось на круги своя. Надменность, презрение и вот это все. Хотя вроде ничего такого я с Олей не обсуждал. Она попросила объяснить ей на перемене решение одной задачи по геометрии, и я согласился.

С Олей мы наши отношения еще не обсуждали, но оба понимаем, к чему все идет. Частое общение в школе, регулярные переписки по вечерам, а иногда и созвоны. Мы с ней договорились встретиться в январе в последний день каникул перед школой. Уже оба вернемся в Москву, и нам будет о чем рассказать друг другу.

Все выходные перед Новым годом я решил посвятить покупке подарков. Это было не просто. Я должен был приготовить сюрпризы не только для мамы, бабушки и деда, но теперь еще и для Оли, кучи своих друзей в Россоши, которые ждали меня на каникулы не с пустыми руками, и отчиму. Насчет Кристины я был не уверен. Не думаю, что ей нужен от меня подарок. И вряд ли она сама что-то подарит мне.

Бабушке я покупаю шаль, она их любит, деду набор крючков для рыбалки, друзьям из Россоши различные безделушки, а маме ее любимые духи. Вообще, мне всегда казалось странным дарить матери подарки на ее же деньги, но все же.

Егору я решил подарить кубинскую сигару. Он однажды говорил, что мечтает попробовать. Правда, я несовершеннолетний, и мне отказывались продавать. Для этого пришлось подкупить мимо проходящих студентов. Для Оли купил коллекционное издание стихотворений Александра Пушкина. Это ее любимый писатель.

Но вот что покупать отчиму — реальная проблема. Что можно подарить человеку, у которого все есть? В субботу я обходил весь торговый центр, но так и не смог ничего подобрать, поэтому отправился домой без подарка для Игоря Петровича.

Вечером я все же решил попытать маму на тему подарка для отчима.

— Максим, я не знаю, что ты можешь ему подарить, — отмахнулась от меня мама, — я дарю ему несколько редких монет. Он их коллекционирует.

— А, может, он еще что-нибудь коллекционирует?

— В том то и дело, что нет.

— Мам, ну не могу же я ему вообще ничего не подарить!

— Я думаю, он не расстроится.

— А, может, ты отдашь мне одну из монет? Ты же сказала, что даришь несколько, — я не переставал наступать.

— Нет, монеты лежат в специальной коробочке, и отсутствие одной из них будет заметно. — Мама немного помялась, а потом, наконец, выдала. — Купи ему шахматы. Он давно хотел с кем-нибудь поиграть.

Шахматы так шахматы, и на следующие день в воскресенье я снова отправился в торговый центр. Нашел неплохой подарочный вариант. Дорогие, правда, но, к счастью, мама достаточно средств переводит мне каждый месяц на карту. К тому же мне не всегда удается потратить за 30 дней все деньги. Так что за мои три месяца в Москве неожиданно на карточке скопилась неплохая сумма.

Казалось бы, я уже всем купил все, что хотел, но тем не менее ноги все равно не уносят меня из торгового центра. Я слоняюсь из магазина в магазин. Убеждаю себя, что это просто так, вдруг на глаза попадется что-нибудь более интересное для бабушки или для друзей из Россоши.

Но подсознательно я понимаю, что ищу подарок для Кристины…

Ей следовало бы подарить глыбу льда. Или статуэтку ведьмы. Или футболку с надписью «I am a bitch and I know it». Потому что она гордая, надменная и презрительная.

А еще ей можно подарить плюшевого медведя. Или музыкальную шкатулку. Или набор шоколадных конфет ручной работы. Потому что на самом деле она нежная, ласковая и ранимая.

Я знаю, какой на самом деле может быть Кристина. В те редкие минуты, когда на ней нет привычной маски безразличия. В те редкие минуты, когда она настоящая. В те редкие минуты, когда она позволяет прикоснуться к своей душе. Я никогда не забуду, как крепко она обнимала меня в такси по дороге от репетитора в тот злосчастный вечер и в беседке неделю назад. В эти моменты она была искренней.

Ноги сами каким-то образом занесли меня в ювелирный магазин. Дарить Морозовой золотое украшение — не лучшая идея. Во-первых, она не носит никаких драгоценностей кроме кулона своей мамы и сережек с небольшими голубыми камешками. Они у нее одни. По крайней мере, я за эти три месяца не видел, чтобы Кристина меняла серьги. Во-вторых, если Кристине и дарить какое-то украшение, то, как минимум, от Tiffany. Остальное просто не ее уровень.

А это совершенно обычный ювелирный магазин в торговом центре Москвы. Хоть ТЦ и считается одним из самых крутых и популярных среди местных жителей. По крайне мере, мне так сказала Оля, когда я ее спросил, куда лучше всего отправиться за подарками.

Я безразлично брожу между витринами, пока на глаза мне не попадается золотой браслет с подвесками-шармами. Пару минут разглядываю его через стекло, и ко мне тут же подбегает девушка-консультант.

— Хотите рассмотреть поближе? Могу вам его достать, — обращается ко мне продавец с широкой натренированной улыбкой.

— Да нет, спасибо. Я просто смотрю.

Но девушка не унимается.

— Это очень хороший вариант подарка! На браслет можно вешать шармы, связанные с какими-нибудь памятными событиями. Например, с датами, или с путешествиями, или с людьми. Допустим, рождение ребенка или свадьба. Есть шармы-числа, есть шармы-знаки зодиака, есть шармы-буквы…

Я не даю ей продолжить, потому что слышу то, что меня цепляет.

— Шармы-буквы, вы сказали?

— Да, такие шармы могут означать первую букву имени, или первую букву любимой страны, или любимого города…

Я больше не сомневаюсь.

— Дайте, пожалуйста, такой браслет и букву «К».

Но не тут-то было.

— А какой размер запястья у девушки?

— Ээм, не знаю… — Этот вопрос застал меня врасплох.

— Примерный рост и вес девушки можете назвать?

Так уже легче. Без каблуков Кристина достает мне до подбородка. Даже чуть выше. Где-то до губ. Значит, она ниже меня сантиметров на 15-17. Она очень худая и стройная. Занятия спортом научили меня на глаз определять вес людей. Думаю, у нее около 55 кг.

— Рост примерно 167-170 сантиметров, а вес 53-56 килограмм.

— Тогда, думаю, ей подойдет 16-й размер. Если все-таки окажется маленьким или большим, то можете принести нам, и наш мастер вам его увеличит или уменьшит в пределах одного размера.

— Хорошо, — нетерпеливо отвечаю продавцу, лишь бы уже поскорее от нее отвязаться.

— В какого цвета коробочку вам положить браслет?

— А какие есть?

— Красный, синий, розовый, бирюзовый…

— Синий.

Некоторое время назад я заметил, что этот цвет ассоциируется у меня с Кристиной. Холодный синий. Как ее глаза. Как она сама.

Я выхожу из магазина и теперь уже точно понимаю, что могу ехать домой. С души упал камень. Самый главный подарок выбран.

Вот только ждут ли его от меня?

Всю дорогу до дома и последующие дни до Нового года я извожу себя сомнениями: дарить или не дарить? И если дарить, то как? При всех после боя курантов? Или наедине? А как с ней остаться наедине? Она снова всю неделю меня избегала. А просто так постучать к ней в комнату я не могу. Да и что ей сказать? «Кристина, у меня для тебя есть подарок. На, держи. С Новым годом!».

Бред.

А вдруг она вообще украшения не любит? Я думаю, у нее их при желании могло бы быть до фига. Но она носит только кулон матери в память о ней и серьги. Ни колец, ни браслетов, ни ожерелий, ни брошек.

В общем, наверное, лучше все-таки не дарить. Не думаю, что она в принципе от меня что-то ждет. Мы не друзья. Мы вообще никто друг другу. Лично я от нее сюрпризов не жду. К тому же действительно будет странно, если я ей сделаю подарок, а она мне нет.

31 декабря в доме Морозовых суета целый день. Прислуга снует по дому туда-сюда. Специально нанятый по случаю Нового года шеф-повар одного из лучших ресторанов Москвы оккупировал кухню с самого утра и никого туда не пускает. Завтракал и обедал я в своей комнате.