Секретарь для плейбоев (СИ) - Милтон Анна "Anna Milton"

О нет. Разумеется, я не жалел о знакомстве с ними. И боль грызла мое сердце на части, когда я заявил, что собираюсь покинуть бюро. От этих слов не откажусь. Я убеждал себя, что сделал правильный выбор.

В том, что наши пути расходятся, нет ничего смертельного.

Эмиль так уверен, что все пошло крахом из-за Аси. Но ее вина лишь в том, что она попалась в когтистые лапы Беловой, а после — запуталась в наших ядовитых дебрях.

Если бы не мы…

Я бы хотел увидеться с ней. Хотел бы лично извиниться. Но струсил. Я не достоин видеть Асю. Я заслуживал всего самого худшего. Я собирался наказать себя тем, чтобы больше никогда не встречаться с девушкой, к которой умудрился привязаться.

Я начал планирование спокойной жизни без стервозной и безумной бывшей, и не менее сумасшедших друзей, не способных прожить и дня без какой-нибудь чертовщины.

Картонный фасад фальшивого оптимизма рвался под натиском реального положения вещей. Невозможно выкинуть прошлое одним лишь щелчком пальцев. Чтобы по-настоящему исцелиться и принять все таким, какое оно есть, потребуется время.

Я закончил с упаковкой вещей в чемодан, поужинал заказной пиццей и в начале одиннадцатого отправился спать. Завтрашний рейс до Адлера назначен на раннее утро. Мама обрадовалась, когда я рассказал о планах погостить у нее пару недель. Мы не виделись с прошлого лета. После развода с отцом она с концами перебралась к морю, чтобы целыми днями напролет читать французские романы и наслаждаться холодным чаем, сидя в своем саду.

Я сразу почувствовал неладное, когда раздался звонок в дверь. Кто-то по ту сторону был настроен решительно. Трезвон вперемешку с агрессивным стуком не стихал на протяжении всего моего пути от спальни до прихожей.

— Я знаю, что ты дома, черт тебя подери! — слышался знакомый вопль.

Диана?

— Впусти меня! — орала Белова.

Я открыл дверь отнюдь не по той причине, что соскучился по бывшей невесте с неадекватными заскоками; а как раз таки затем, чтобы защитить соседей от шума, в создании которого этой женщине не было равных.

Я схватил блондинку за локоть и затащил внутрь. Захлопнув дверь, отстранил ее от себя.

Диана с трудом держалась на ногах. Она привалилась к стене, свесив голову вниз. С ее коротких платиновых прядей капала вода. Кремовая блузка промокла насквозь, прилипнув к стройному телу. Где она шлялась?

— Что ты здесь делаешь? — я скрестил руки на груди.

— Ты… ублюдок… — ее рта полился поток нечленораздельных ругательств.

Раскаивался ли я за то, что опозорил ее на глазах у толпы?

Нисколько.

Диана получила по заслугам.

С протяжными хриплыми стонами она вытерла влагу под глазами, размазав потекшую тушь по щекам. Она ткнула в меня указательным пальцем.

— Сволочь… Какая же ты свинья, Зимин! — скривилась в гримасе отвращения. — Ненавижу… сволочь… урод… Ты урод…

— Я вызову тебе такси.

Это далеко не дебют Беловой в плане пьяных явок на порог моего дома. Только в этот раз наша встреча не закончится сексом.

Я пошел в спальню за телефоном.

— НЕНАВИЖУ ТЕБЯ, ДЕМЬЯН! — от ее истеричного визга у меня зазвенело в ушах.

Я с достоинством принял словесный удар от безумной женщины и ускорил шаг.

Благополучно добравшись до айфона, вызвал такси и насторожился неестественной для присутствия выпившей Дианы тишине. С беспокойством пошел проверить ее в прихожей, но никого там не застал. Может, ей стало плохо, и она скрутилась над унитазом?

Но чутье на ее выходки подсказывало, что дело нечисто.

Я нашел Белову на кухне. Она достала из моей домашней коллекции бутылку вина и с жадностью заливала алкоголь в себя, как будто это были ее последние глотки.

— Диана, прекрати, — рявкнул я.

Она показал мне средний палец.

Я закатил глаза.

Наконец, Белова оторвалась от горлышка. Рукавом стерла влагу с губ, а после со всей дури замахнулась рукой, в которой держала экземпляр! Le Potazzine». Бросила бутылку себе под ноги и закричала от звука разлетевшегося на осколки темного стекла.

Ни один мускул в моем теле не дрогнул. Мне доводилось лицезреть подобную картину в прошлом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я устало провел ладонями по лицу.

— Ты закончила?

— Из-за тебя моя… жизнь… кончена, — она запрокинула голову, разразившись новой порцией рыданий.

Я сделал глубокий вдох.

— Никто не виновен в твоих бедах, кроме тебя, Диана.

— Моя карьера… все кончено… — она проигнорировала меня, сосредоточившись на своем пьяном бреду. — Моя жизнь кончена! Из-за тебя… — резко обрушила на меня взгляд, искрившийся лютой ненавистью. — Из-за твоих дружков… Из-за этой паршивой гадины!

— Ты лично приложила руку к тому, чтобы впутать Асю в свои козни.

— НЕ СМЕЙ ЗАЩИЩАТЬ ЕЕ!

— Диана, — я потер лоб. Ее истошный крик дьявольски угнетал. — Заканчивай.

Внезапно блондинку накрыло приступом спазматического смеха. Она надрывно хохотала, хватаясь за живот.

Боже, да ей лечиться надо.

— Все. Довольно с меня, — я сделал пару шагов в ее сторону с твердым намерением остановить очередной вброс сумасшествия в мою жизнь от бывшей.

— НЕ ПОДХОДИ!

Я остолбенел от шока, когда она вдруг упала на колени, опустившись прямо на осколки, и потянулась за продолговатым куском стекла.

— Что ты…

Судорожно хихикая, Белова поднесла большой осколок к своему горлу.

— Ты будешь виноват в этом, Зимин.

Прошептав страшные слова, она пырнула себя в шею.

ГЛАВА 39

ЭМИЛЬ

Зевая в кулак, я подпирал стену в больничном коридоре. Буравил затылок Демьяна, неподвижным изваянием просиживающего задницу на лавочке напротив двери в палату, куда пару часов назад перевели из операционной Белову.

Я, конечно, не сомневался в отсутствии у этой мигеры адекватности… Но она превзошла саму себя. Нужно отдать ей должное. Тараканы в голове блонди взбунтовались.

Эта чокнутая дамочка подняла на уши половину жителей дома. Мне посчастливилось оказаться в их числе. Я как раз парковался, когда увидел машину скорой помощи и выбегающего впопыхах Зимина. Он вкратце поведал, что учудила эта женщина, и я подвез его до клиники. Хоть мы с ним и разошлись на плохой ноте, я не мог бросить бедолагу. Из меня дерьмовая группа поддержки, но… лучше уж я, чем совсем никого рядом.

Да. Возможно, я не на сто процентов бескорыстен и отправился в больницу, основываясь не на одном лишь безусловном беспокойстве о жизни стервозины… кхм, Беловой.

Я надеялся встретиться здесь с Мадиной.

Как бы сильно она ни злилась на сводную сестру, я уверен, — придет навестить душевнобольную некровную родственницу.

Я надеялся.

Ждал.

Хотел поговорить с ней ладом, объясниться. В конце концов, она так же приложила руку к разоблачению Дианы и Куркова. И она наверняка знала, что я не стал бы ограничиваться посредственными мерами мести.

— У тебя сейчас пар из ушей повалит, — с усмешкой прокомментировал я, засунув руки в карманы черных джинсов.

Демьян проигнорировал меня.

— Господи, да расслабься. Доктор же сказал, что все обошлось. Потеряла немного крови, да и только.

Докторишка обхаживал Белову и готов был нам задницы лизать, как VIP-посетителям. Я, конечно, предложил Зимину определить белобрысую сучку в общую палату к «простым смертным», но он доблестно взял на себя ответственность за последствия ее экспромта и позаботился о том, чтобы Белову обслужили по высшему разряду.

— Да и где Барса носит, черт его подери, — пробормотал я.

Я написал ему, что у нас случилось ЧП, и требуется его присутствие. На самом деле, не обязательно, но не торчать же мне здесь одному, изображая неравнодушие к Беловой.

— Схожу за кофе, — я оттолкнулся от стены.

Скука смертельная. Перспектива проторчать здесь всю ночь не отзывалась во мне и толикой радости. А зная Демьяна, он будет до последнего высиживать, как курица-наседка, и вообще: отныне до старости не отойдет ни на шаг от Беловой.