Единственная для Буйного (СИ) - Ромуш Джулия

– Не умею.

Я мягко прикасаюсь к его твёрдой груди. Улыбаюсь широко, пытаясь смягчить. У меня много вопросов накопилось. Столько всего хочется узнать! Эмир же ничего не рассказывает, отмахивается постоянно. Что смогла вытянуть, зубы заговорив, то и знаю. А я так не могу. Я хочу понимать, больше знать. Может, я не смогла на бюджет поступить, из-за чего пока без университета осталась, но я не тупая. Я всё пойму.

– Катюша у меня за отца спрашивала, — начинаю со вздохом. – А я… Не знаю, что ответить. Без понятия, что происходит. И… Ты ведь ни при чём, правда? К его обвинениям и…

– Думаешь, я какого-то алкаша грохнул, чтобы к тебе подобраться?

Когда это озвучивает мужчина, звучит действительно бредово. Но ведь я не знаю, что у Буйного в голове творится. Всякое может быть.

– Но ты знаешь, что случилось? – Медленно его рубашку расстёгиваю. – В курсе?

– Да. Досье твоё получил, изучил. После того как ты мне рестик разнесла опять. Тогда и про малую узнал. Нет, я не имею отношения к тому, что твой папаша на нары отправится.

– Угу. Я просто... Хотела прояснить этот момент. Я, ну, боялась, что ты меня так выманить пытаешься. Словить, чтобы я сама объявилась. Я ведь так долго пряталась… Удивительно. - Сейчас та жизнь в бегах кажется глупой и нереальной. Будто не я от кошмаров просыпалась и с ублюдком Ростиком болтала.

Я медленно веду по литым мышцам. Поглаживаю бицепсы, отмечая, что дышать Буйный начинает чаще. Толкается, намекая, где мне ещё погладить надо.

Я медленно опускаю ладонь всё ниже. Веду по жёстким волоскам, задеваю ремень. Я обожаю такие моменты. Когда Эмир не спешит, а позволяет мне самой действовать. Чувствовать призрачный контроль в своих руках. Но долго это не длится, конечно.

– Удивительно, да, — хмыкает мужчина. – Давай, кукла, к рычагу переходи. Иначе контроль потеряешь.

– Ты такой нетерпеливый. И почему ты усмехнулся? Ты… - Я останавливаюсь, максимально от Эмира отстраняюсь. Облокачиваюсь на дверь, рассматриваю его насмешливое выражение лица. Мужчина ничего не говорит, но у меня в голове медленно пазлы складываются. Улавливаю намёк, в который не особо верю. Он же… – Погоди, — я сглатываю. – Ты хочешь сказать, что нашёл меня раньше?!

Я честно не понимаю. Ресницами хлопаю. На мужчину смотрю, который глаза закатывает и в кресло устраивается. Чувствует, что пока никаких передач не будет? Пока что наш паровоз на ручник становится.

- Ты знал? - Даже в горле немного пересыхает.

Эмир лишь уголками губ усмехается.

- А ты думала, что так просто сможешь исчезнуть? - Мужчина в хорошем настроении. Даже не злится. Вот, например, раньше, когда я вопросы наивные задавала, он бесился. А сейчас... такое ощущение, что наслаждается моим осенением.

- Ну... там же всё случайно получилось. Я тогда из бусика выпала...

Эмир смехом взрывается.

- Кукла, бля, не начинай. - Заходится в смехе. А я к кровати подлетаю и, схватив подушку, ею в него пуляю. Ну что он опять?!

— Это не смешно, Эмир! - Серьёзно заявляю. Мне тогда больно было и страшно. А ему все шутки шутить.

- Я даже представить эту картину в полных красках не могу. Меня больше рожа Дикого веселит, как вспомню...

Когда мужчина о Диком говорить начинает, внутри всё сжимается. Бедная моя Алиса. Но по обрывочным фразам Эмира я успела понять, что у Алисы получилось внимание Дикого завоевать. Мужчина делает всё, чтобы её не отдавать. Вопрос только в том... А сама Алиса хочет там оставаться? Думаю, что нет. Дикий же ужасный. Плохой. Эмиру он не нравится, а значит ничего хорошего в этом мужчине нет.

Но спросить снова у Эмира об этом не решаюсь. Помню, как он реагирует. И каждый раз говорит, что занимается вопросом. Он Катюшу мою спас, уверена, что и Алису в беде не оставит. Нужно просто время. Мы в бункере сидим. У моего мужчины проблемы. Нас всех чуть не убили. Это дело рук Дикого или ещё кого? Эмир говорит, что не Дикий. А я уже не знаю, что думать.

- Вы разговаривали о том, что я сбежала?

- Скорее он пришёл торговаться, а в момент переговоров выяснилось, что ты съебалась. - Эмир снова смеётся, а я хмурюсь. Обычно его такое злит, а тут прямо в хохоте заходится. Может, у него с его делами просветление какое-то настало? Эмир не такой напряжённый. Веселится.

Подхожу ближе к мужчине. Аккуратненько на колени сажусь. Вся обида тут же испаряется. Не только Эмир меняется, но и я в этих отношениях. Начинаю понимать, что каждый раз обидой реагировать глупо. Эмир часто обидеть не хочет, а я воспринимаю очень резко его слова и реакцию.

Эмир пальцами по моей ноге ведёт. Глаза тут же темнеют и поблёскивать знакомым блеском начинают. Я уже взгляды его различать научилась. Иногда без слов понимать могу.

Закусываю нижнюю губу, чувствую, как кожа мурашками от его прикосновений покрывается.

Эмир скользит пальцами выше, а у меня внизу живота спазмом всё скручивает. Приятным таким, аж пальчики на ногах поджимаются. И в одну секунду нашу идиллию звонок прерывает. Я ненавижу этот телефон. Именно тот, что Эмир из кармана кожаной куртки достаёт. Он экстренный. Только на чрезвычайные случаи.

Лицо мужчины тут же напрягается.

- Да, — рявкает так, что я вздрагиваю.

Внутри всё натягивается как пружина. Я ещё ничего не слышу, но предчувствие плохое.

- Уверен? Отследил? Сука!

Впиваюсь сильнее зубами в нижнюю губу. До крови. Только чтобы не взвизгнуть. Потому что Эмир пальцами моё колено сжимает. И, кажется, сам не чувствует, насколько сильно. Не контролирует. А я за взглядом его наблюдаю. Он заостряется. Становится злым. Мужчина яростью сочится. Это не значит ничего хорошего. Божечки.

- Всех собери. Да. Отправь на разные направления. Я еду. Еду, бля!

- Эмир... - Хриплю, как его разговор закончился. Но вижу, что его не нужно трогать. Сама с него спрыгиваю, чтобы мужчина встать мог.

- Мне идти нужно, завтра постараюсь вернуться.

Я лишь молча киваю.

Эмир вплотную подходит. Пальцами мой подбородок сжимает.

- Сюда придёт мой хороший друг. Марат. Ты его слушаешь и не задаёшь вопросы. Всё, что говорит, делаешь. Я ему как себе доверяю. Поняла?!

Я снова киваю в ответ.

Эмир к себе притягивает и в губы целует. А после резко отрывается и несётся на выход.

Я на автомате выхожу из комнаты, иду следом. Просто наблюдаю. Волнуюсь. Господи, что уже произошло? А я так надеялась, что всё началось налаживаться.

- Злат, а дядя Эмир уже ушёл? - Голос Катюши из размышлений выдёргивает.

- Ушёл... - Тихонько отвечаю, а сама на огромную дверь бункера смотрю.

- Злат, порисуй со мной? Дядя Эмир столько всего принёс, там на нас двоих хватит. Пошли? - Катюша упрямо за руку меня тянет, в комнату ведёт.

Я лишь согласно киваю. Порисуем, да. Порисуем...

Снова оборачиваюсь. Сердце в груди, как ненормальное колотится. Хочется броситься следом. Чтобы как-то помочь. Убедиться, что с ним всё хорошо. Понимаю, что это бред. Меня никто не пустит, да и я там только мешать буду. Но сердце с каждой секундой всё сильнее грудную клетку таранит. И уговоры, что всё будет хорошо, не работают.

Глава 35

– Злата, ты неправильно рисуешь. Нужно по-другому.

– Рисовать можно, как угодно. Только на бумаге! - Я добавляю поспешно, боясь, что Катюша что-то разрисует. Взрослая уже, но шило в одном месте осталось.

Поправляю лист бумаги, с тоской смотрю на дверь. Я понимаю, что Эмир не вернётся так быстро. Скорее всего, я вообще его несколько дней не увижу. Но отвернуться не могу. Не получается. Каждая мышца на моём теле напряжена. Замерла в одной позиции. Если я просижу так долго, то с Эмиром всё будет хорошо. И если моргать реже, то он вернётся ко мне целым и невредимым.

Я отвлекаюсь лишь из-за Кати. Для сестрёнки я должна быть сильной и внимательной. Заставляю себя двигаться, сооружать что-то на ужин. Развлекать её, хоть мысли далеко. Каждая секунда тянется вечностью, отбивает вибрацией в моей голове.