Хуже, чем ничего (СИ) - Юдина Екатерина

Этьен же выглядел полностью спокойным. Даже безразличным. Отодвинув стул, он вальяжно сел на него и из кармана толстовки достал телефон. Что-то коротко написал в нем. Кажется, сообщение. Вернее, он кому-то отвечал.

— Зачем ты меня сюда притащил? — спросила, поправляя на плече ручки своей тряпичной сумки. В ней были книги. Увесистые. Чуть что я этой сумкой смогу воспользоваться, как средством защиты. Наверное.

— У нас новое свидание, — Этьен сказал это, как нечто само собой разумеющееся, а у меня опять сознание поплыло от режущих мыслей.

— А мне на этом свидании… будет больно? — осторожно спросила.

— А хочешь?

— Не очень, — честно ответила, уже сжимая ручки своей сумки.

— Жаль. Я бы с удовольствием, — лениво ответил Дар-Мортер, опять что-то печатая в телефоне.

Я помялась и дергая бегунок на куртке, спросила:

— То есть, если я не захочу, ты не сделаешь больно?

— За пределами спальни — нет.

— А что за спальня? Почему в ней будет больно? Ты имеешь ввиду мою комнату? Ты… опять собираешься прийти? Чтобы ночью меня придушить?

— Еще не практиковал удушье, но, если ты настаиваешь, то так и быть.

В этот момент по ступенькам поднялась официантка. Улыбаясь, она осторожно поставила на стол кофе и булочки. После этого ушла. Запах расплавленного сыра тут же донесся до меня и чувство голода тут же дало о себе знать.

— Бери, Бертье. Это для тебя, — Этьен пододвинул в мою сторону тарелку. Я прикусила губу и очень осторожно сделала шаг к столу.

— Слушай, я тебя вообще не понимаю, — сказала, останавливаясь и опуская руки. — Ты собираешься мстить за то, что я сделала ночью? Если да, то почему прямо это не сделаешь? Или ты играешь? Заставляешь меня расслабиться, чтобы после этого сделать что-нибудь страшное?

— Почему я должен мстить своей девушке? — Этьен изогнул бровь, безразлично откладывая телефон на стол.

Я много всего могла ответить на этот вопрос. Но большинство из тех фраз, которые вспыхнули у меня в голове могли означать лишь начало конфликта. Я же пыталась сгладить все углы. Иметь Этьена во врагах не очень хотелось. Это равноценно смерти.

— То есть, ты на меня не злишься и ничего мне не сделаешь? — спросила, вновь нервно пальцами дергая бегунок на куртке.

— Нет.

Замирая, я впилась взглядом в Этьена. Не верила ему, но, в тот же момент, абсолютно ничего не говорило о том, что его намерения были ровно противоположными.

То есть, если бы он хотел бы мне навредить, закинул бы в багажник, а не завел бы в кофейню. Еще и булочки мне купил. С сыром.

Я осторожно подтянула к себе тарелку и, взяв булочку, отошла обратно к стене.

— Спасибо, — сказала, откусывая кусочек. — Ты, оказывается, не такой плохой, как кааа…

Вовремя спохватившись, я прикусила себе язык. Жизнь меня уже научила не говорить Дар-Мортеру о том, что, возможно, он не такой уж и плохой. Спасибо, но с меня хватит.

Этьен опять с кем-то переписывался, а я, не отрывая от него взгляда, молча ела. Расправившись с одной булочкой, на носочках, осторожно подошла за следующей. Стянув ее с тарелки, опять отошла к стене.

— А что ты говорил про спальню? — спросила, откусывая еще кусочек. Я получила дозу сыра и против воли все-таки расслабилась. — Ты же это не всерьез? То есть, если ты опять хочешь прийти ко мне, то лучше не нужно. Парням нельзя находиться на женской части общежития.

Этьен ничего не ответил, а я, подойдя к столу, стянула и стакан с кофе, после чего вновь, неизменно, отошла к стене.

Отпивая несколько глотков, зажмурилась. Вот теперь мне окончательно стало хорошо.

Дар-Мортер поднялся со стула и я поняла, что он уже собирался уходить.

— Спасибо, — вновь поблагодарила. — Булочки очень вкусные. И кофе тоже. Знаешь… Насчет вчерашнего. Я иногда бываю очень вспыльчивой.

— Ничего страшного, Бертье. Я все понимаю, — Этьен положил телефон в карман толстовки.

— Правда? — спросила и тут же вздрогнула всем телом. В тот момент, когда его ладонь потянулась ко мне, а затем сжала волосы и резко дернула на Дар-Мортера. Вбивая в его тело. Заставляя лицом уткнуться в стальной торс. И испытать ужас. Нахлынувший за одно мгновение. Разорвавший сердце и невидимой нитью стиснувший шею. До полного удушья.

— Конечно, блядь, нет. Нихрена я не понимаю, Бертье, — произнес он, заставляя меня наклонить голову и говоря следующие слова на ухо: — Еще раз сделаешь то, что было ночью, и в следующий раз будешь отмывать меня своими руками. А затем я запачкаю тебя в ответ. Естественно, другим способом. Вариантов у меня охренеть, как много.

Он резко отпустил меня. Практически оттолкнул от себя, а затем, как ни в чем не бывало пошел к лестнице. Словно меня больше тут и не было. А я, испуганно хватала воздух губами и дрожала. Чувствуя, как сердце все еще разрывалось в груди.

Глава 47. Обязанности

— А ну, стой, — Джакуи, быстро спускаясь по ступенькам, сжала мое запястье и утянула в сторону пустующего коридора. Это было настолько неожиданно, что я даже не сразу поняла, что вообще происходит. Растерялась. Широко раскрыла глаза, но все-таки последовала за одногруппницей.

— Куда ты меня тянешь? — спросила, стараясь выровнять равновесие. — Что-то случилось?

— Да. Сейчас расскажу, — ответила девушка, кидая взгляд куда-то вправо, затем опять смотря вперед. — Давай, отойдем к питьевым фонтанчикам. Там сейчас точно пусто.

— Так сейчас почти везде пусто. Лекция идет уже почти полчаса, — хмурясь, я подумала о том, что из-за Этьена и вообще того, что было в кофейне, я все-таки значительно опоздала на занятия.

— То, что я тебе сейчас помогаю, еще ничего не значит, — сказала она сквозь плотно стиснутые зубы. — Я не хочу, чтобы нас видели рядом друг с другом. Еще не хватало, чтобы меня потом начали травить так же, как и тебя.

— Разве меня травят? — спросила, приподнимая бровь. После того, как новость про ту книгу расползлась по универу, произошло несколько неприятных случаев, но я бы не назвала это прямо травлей. Просто столкновение с некоторыми не совсем адекватными личностями.

— Скоро начнут, — Джакуи фыркнула. К этому моменту мы оказались около питьевых фонтанчиков и она отпустила мою руку. — В общем, советую тебе валить из универа и, как минимум всю следующую неделю тут не появляться. Сомневаюсь, что это тебя спасет, но, может, хоть что-нибудь изменится.

— Ты можешь нормально объяснить, что происходит? — я прищурилась. Мне совершенно не нравились слова одногруппницы. Как и то, что она явно была на взводе. Из-за этого я сама начала ощущать нервозность.

— То, что Лисет Оломи серьезно настроена против тебя, — Джакуи подняла ладонь и кончиками пальцев потерла переносицу. — Не знаю, чем ты так сильно разозлила эту суку, но она, судя по всему, замышляет что-то грандиозное. А учитывая то, на что эта дрянь вообще способна, мне серьезно жаль тебя.

Я понятия не имела, кто такая эта Лисет и, лишь в последующем разговоре с Джакуи до меня дошло, что это та девушка с алыми волосами, которая вчера, вместе со своими подружками цеплялась ко мне в коридоре, говоря, чтобы я пошла и купила им что-нибудь в магазине.

И только сейчас я вспомнила о том, что, кажется, должна была этим утром перед лекциями принести ей сок.

— Она перед лекцией зашла к нам в аудиторию. Искала тебя, — Джакуи села на подоконник и пяткой аккуратного сапожка постучала по стене. — Сыпала всякими мерзкими словами в твою сторону. Большинство из нас слышали, что она вроде как хочет сегодня после второй лекции закрыть тебя в душевой. Но, естественно, никто в это лезть не станет. Я бы тоже не хотела, но раз уже увидела тебя, решила предупредить.

— Просто отлично, — саркастично произнесла. Я подняла голову и посмотрела на потолок. Чувствуя внутреннюю усталость. Как же меня достало все это.

— Это ты еще, судя по всему, не понимаешь, в какой заднице оказалась. Лисет реально конченная. У нее конкретный сдвиг на травлю, — Джакуи поджала губы и посмотрела в окно. Немного помявшись, она произнесла: — Я знаю, о чем говорю, так как эта сука одну мою подругу довела. Изо дня в день. Жесть просто. И, когда я сказала, что она хочет закрыть тебя в душевой, это не означает, что Лисет просто на ключ запрет дверь. Там будет что-то изощренное.