Идеальный хаос (ЛП) - Роуз Нэшода

— Зачем она им?

Кай пожал плечами.

Но я знал причину. Знал, как эти люди работают. Кай проявил слабость к девушке, и на это не посмотрели сквозь пальцы. Слабость ведет к провалу.

Выбор здесь не большой. Те, на кого он работал, более могущественны и имеют больше связей, чем я. У меня мало шансов на то, что я смогу пробить брешь в организации, которая инсценировала смерть члена ООП2.

— Я не буду держать это в секрете от нее, Кай.

— А я не буду убивать тебя.

Я фыркнул и потряс головой.

— Почему ты рассказываешь это? Джорджи, кажется, думает, что если она расскажет что-нибудь мне, ты попытаешься убить меня. Это ложь, чтобы держать ее на крючке?

— Нет. Так и было бы. Но сейчас мне кое-что нужно.

— Лондон, — сказал я на выдохе.

Кай кивнул.

— Да. Но если возникнет хотя бы малейшее подозрение, что я рассказал тебе о них… Что Джорджи знает больше, чем следует, мы все… я бы хотел сказать будем мертвы, но это скорее надежда на это. — Кай пригладил свою рубашку, и шрамы стали заметнее через ткань. — И это не будет красиво.

ГЛАВА 18

Джорджи

Полчаса спустя Дек вошел в спальню. Он кивнул Вику, который молчал все то время, пока я ходила из угла в угол и кидала на него гневные взгляды. Парень рассмеялся надо мной, заметив, что я не отрываю взгляд от двери и, надеясь, что я брошу ему вызов.

Я, конечно, не стала. Неважно, что Дек и я сейчас вместе, я не рассчитываю на это, как на спасение. Вик может связать меня и запереть в шкафу. После того как заткнет меня, опустив голову в толчок.

Вик, однако, улыбался мне, в то время как я металась, но его улыбка напоминала мне опасного бугимена.

Дек захлопнул дверь за Виком, и я не стала тратить время.

— Ты собираешься рассказать мне то, о чем говорил Кай?

Дек ответил не сразу.

— Да.

Я ждала.

Дек не выглядел счастливым, совсем. По правде говоря, он выглядел обеспокоенным и напряженным.

Дерьмо, что-то не так. Сильно не так.

Я предпочитала, когда он злой, потому что тогда я могла ему легко надерзить, и он бы уступил мне. Такого Дека я не знала.

Я подошла ближе и прижалась к нему.

— Детка, что случилось?

Он склонил голову вниз, поднял мой подбородок кончиком пальца, и я посмотрела ему в глаза. Они были мягкие и нежные, в их глубине закручивалась сладость молочного шоколада.

— Я не могу исправить это.

— Дек…

— Джорджи.

Черт.

Даже то, как он произносил мое имя, разрывало меня.

— Я не могу исправить это, — повторил он.

Затем придвинулся ближе, обняв меня за талию, и поцеловал. Это начало чего-то нового между нами. Правда, которая отразилась в том, как наши губы встретились и соединились. Он никогда меня раньше так не целовал. Нет, эта искренность вызвала желание получить больше.

— Я не могу исправить это, — повторял он снова между поцелуями.

Я обняла его, чувствуя боль в словах. Знаю, что случилось что-то серьезное, действительно, серьезное, потому что Дек думал, что может исправить все.

Он отстранился, и своим лбом коснулся моего.

— Нам нужно разобраться в этом дерьме.

Да, я это поняла, но боль Дека будто поглощает меня, ноги слабеют, и нет возможности приблизиться к нему. Мне нужно это. Я должна сделать это до того, как раздирающая его боль станет моей.

— Ты любишь меня?

Его глаза закрыты, и, расслабившись, он наклонился ко мне, я его обняла.

— Я всегда любил тебя, Джорджи. Всегда.

Одним движением он поднял меня и перенес на постель. Он положил меня на кровать и последовал за мной, оказавшись сверху. Затем он заправил мою голубую прядь волос за ушко.

— Ты моя радуга. Твои сверкающие цвета дополняют меня. Без этих цветов я всего лишь человек, живущий в темноте.

Слезинка скатилась с уголка глаза, он, наклонившись ко мне, поцеловал ее, и затем продолжил осыпать сладкими поцелуями мою щеку, нос и губы, где и задержался.

Я положила свою руку ему на шею и притянула ближе к себе, углубив поцелуй. Его язык погрузился в мой рот, и мы растаяли в объятиях друг друга. Это было красиво и чувственно. Это открывало частичку каждого, скрытую за занавесками спрятанных секретов.

Мои руки проникли под его рубашку и потянули ее вверх. Он откинулся и сдернул ее, бросив на пол. Затем он стянул мою майку через голову и взялся за бюстгальтер. Его пальцы провели дорожку снизу вверх по моим рукам, которые я держала над головой.

Его голова склонилась к моей груди, и я задрожала, выгнувшись, его рот накрыл мой сосок и всосал его. Жар возник во мне, будто я укуталась в теплый домашний плед.

— Детка, — простонала я, когда он ущипнул чувствительный сосок, а затем успокоил языком. Он сделал то же самое с другим соском и проложил вниз дорожку поцелуев.

— Что насчет Кая, Тайлера и Вика?

— Они ушли.

Он дернул мои спортивные штаны, и я приподняла попку, чтобы ему помочь. Прикосновения его рук к моим обнаженным бедрам вызвали сладкую боль, я выгнулась, закрыв глаза и сжав подушку. Я ждала его прикосновения.

Его не последовало.

Я открыла глаза и посмотрела на него, нависшего надо мной. Он смотрел на меня как в первый раз, его глаза путешествовали по моему обнаженному телу дюйм за дюймом. Я чувствовала… Да, из-за него я чувствовала себя красивой.

Робби сделал из меня запутавшееся, погрузившееся во тьму нечто с холстом на спине. Дек не мог стереть въевшуюся эмоциональную боль, которая меня изменила, но он сделал лучше.

Его глаза нашли мои, и боль, которую я видела ранее, застилало желание.

— Я никогда не отпущу тебя.

Знаю, почему он сказал это. Какая бы неприятность не настигла нас, он четко дал понять, несмотря ни на что, он не отпустит меня.

Я ахнула, когда его палец проник в мою влажность, а за ним последовал его язык. Я простонала:

— Дек.

Он продвинул палец внутрь меня и всосал мой клитор. Другая его рука оставалась на моем бедре, не давая мне подняться или двинуться, пока он мучил меня своим ртом. Желание нарастало и нарастало, пока я извивалась под ним.

Он двигал внутри меня своим пальцем сильнее и сильнее. Мои ноги раскрылись шире. Когда я открыла глаза и увидела его между моих бедер, я не выдержала.

— Дек. Дек! — закричала я, когда мое тело задрожало от оргазма. Его язык не остановился, пока мое тело не успокоилось.

Я услышала шорох одежды, когда он снял свои джинсы, затем шелест обертки презерватива, и почувствовала предвкушение.

Я потянулась к нему, как и он ко мне. Моя рука обернулась вокруг его шеи, я притянула и поцеловала его. Я показывала то, что скрывала. Что люблю его за то, какой он есть.

— Мне жаль, Дек. Мне так жаль.

— Знаю, что жаль. Но тебе не за что извиняться.

Внутренней стороны моего бедра касался его твердый член, я протянула руку между нами и взяла его.

— Ты нужен мне.

Он дернулся в руке, увеличиваясь еще больше.

— Ты всегда будешь мне нужен.

Дек застонал, когда я поместила его около моего влажного входа. Он схватил мою руку, убирая от своего члена, так мои руки снова оказались над головой. Я поняла, что ему так нравилось. Властная поза. Контролирующая, и да, меня это заводило. Не потому, что он контролировал меня, а потому, что это освобождало меня.

Возможно ли, что Дек даст мне то, в чем я нуждаюсь? Эта физическая боль, к которой я стремлюсь, могла закончиться?

Дек давал мне это. Он позволял мне быть свободной.

— Оберни ноги вокруг меня.

Он слегка толкнулся к моему входу, а я хотела его внутри себя так сильно, что дрожала.

— Пожалуйста, Дек, мне нужно…

Он заткнул меня яростным поцелуем. Это больше не мягко и нежно. Это нападение рта Дека, пока я не почувствовала, как он выгибается и одним толчком бедер резко погружает член в меня. Я вскрикнула под его поцелуем, издав приглушенный звук.