Милашка для психа

Они вошли внутрь и тут же начали целоваться. Таня почувствовала себя такой слабой… И одновременно такой сильной в крепких руках.

Ей нужен был воздух, и она жадно хватала его ртом в те секунды, когда они отстранялись друг от друга. Ей хотелось кричать от того, как много чувств было внутри нее в этот момент.

– Раздень меня, – прохрипела она, жадно вцепившись в рубашку психа. – Я тебя хочу.

Огромное панорамное окно было прямо позади нее, и псих, улыбнувшись, развернул Таню к нему лицом. Вид открывался просто невероятный.

Ночной сияющий огнями город лежал перед Таней, как на ладони. Она чувствовала себя птицей, парящей в небе, человеком, способным на все.

Никто никогда не делал для нее ничего подобного. Просто кусочек красивой жизни, хоть и на одну ночь, но только для нее, для Тани. Немного нежности, романтики и заботы.

– Красиво, правда? – спросил псих.

Таня дрожала.

У нее перехватило в горле от чувств.

– Безумно.

– Я хочу, чтобы ты смотрела на это каждый день. А я буду смотреть на тебя.

Пальцы скользнули по шее. Таня закрыла глаза, но тут же распахнула их. Она увидела собственное отражение в стекле и удивилась. Как же она была не похожа на себя в этот момент! Раскрасневшаяся, возбужденная и восхищенная, она как будто стала старше – более зрелой и взрослой, – но при этом не растеряла юношеского задора и блеска в глазах.

Она сглотнула. В горле было сухо, а тело требовало объятий, ласки, любви. Но она поняла, что псих прав – им не нужно торопиться. Эта ночь может длиться вечно – только для них двоих.