Испорти меня (ЛП) - Грей Р. С.

— Что? Здесь уютно! — говорю я, указывая на картину с пейзажем в стиле Боба Росса, занимающую большую часть одной стены.

— Останься у меня, — говорит он, как будто это самая простая идея в мире.

— На ночь?

— Да, конечно, или... дольше.

На секунду мне показалось, что он собирается сказать «навсегда». Мои глаза выскочили из орбит.

— Нет. Слишком рано. Я не могу поверить, что ты даже предлагаешь это.

— Слишком рано? Мне тридцать один. Я встречался со многими женщинами.

— Ну, я не встречалась с большим количеством женщин, да и мужчин, если уж на то пошло. Я жила с отцом и не хочу прыгать из его дома в твой. Я бы хотела стоять на собственных ногах, по крайней мере, какое-то время.

— Как долго?

— Что?

— Как долго?

— Я не знаю. — Поворачиваюсь и ухожу от него, делая вид, что у меня есть какое-то важное дело, о котором мне нужно позаботиться. Складываю рубашку на карточный столик, прежде чем пожать плечами. — Месяц... два месяца. Я никогда не думала об этом. — Меня раздражает, что Бен заставляет меня обозначить конкретные сроки для моей образной цели. — Я просто не хочу оглядываться на свою жизнь и чувствовать, что никогда не была достаточно уверенной в себе, чтобы проложить свой собственный путь.

— Я восхищаюсь этим, но я также хотел бы отметить, что твой отец не поддерживал тебя. Ты работаешь полный рабочий день. Заботишься о себе. Я понимаю, о чем ты говоришь, и позволю тебе делать то, что тебе нужно, но я бы хотел заметить, что ты уже давно стоишь на собственных ногах — ты просто не осознаешь этого. — С этими словами он выходит за дверь.

Мое сердце падает.

— Эй, подожди! Куда ты идешь?! Мы что, только что расстались?

Бен смеется и качает головой, продолжая спускаться по лестнице.

— Я иду в хозяйственный магазин. Он должен быть открыт еще несколько минут. И еще, нет, мы не расстались, но я хотел бы воспользоваться этой возможностью, чтобы попросить тебя стать моей девушкой.

Теперь он стоит на улице и смотрит на меня. Жучки размером с мой кулак кружатся возле лампочки у моей головы, но они не могут испортить этот момент.

— Хорошо. Отлично. — Я пожимаю плечами. — Это было бы прекрасно. Наверное.

Бен самодовольно улыбается и поворачивается, чтобы направиться к своему внедорожнику.

Слава богу, он ушел, потому что мне определенно нужно несколько минут, чтобы прийти в себя.

ДЕВУШКА.

ДЕВУШКА!

Я возвращаюсь в свою квартиру, и мой взгляд перескакивает с одного неодушевленного предмета на другой. Никто из них, кажется, не рад мне, кроме шикарной золотой лампы. Лампа радуется за меня.

— Девушка, — говорю я ей в недоумении.

Примерно через час я очень хорошо освоилась в новой роли в жизни Бена. Пока его не было, я разыграла в своей голове несколько очень реалистичных сценариев. Что это? Ах да, я девушка Бена. Спасибо, что спросили. О, простите, я не могу прийти на вашу вечеринку сегодня вечером, потому что мой парень, Бен, хочет заняться со мной сексом.

Наверное, хорошо, что он не может читать мои мысли.

Сейчас я разогреваю нам чашку лапши, а он сверлит мою дверь, устанавливая засов. Бен побежал в хозяйственный магазин, а потом к себе домой за инструментами. И переоделся. Он Бен Розенберг, надежный подрядчик, и его фланелевая рубашка и джинсы мешают донести лапшу до моего рта, не расплескав ее.

Я сажусь рядом, наблюдая за его работой.

— Ты случайно не спросил миссис Аллен, все ли в порядке, прежде чем начать строительство на ее участке?

Он поднимает бровь в мою сторону и продолжает работать.

— Во-первых, это дверь — я куплю ей новую, если у нее будут проблемы с ней. Во-вторых, речь идет о твоей безопасности. Она должна быть рада, что я это делаю.

Я улыбаюсь.

— К тому же, разве не лучше просить прощения, чем разрешения?

Он ухмыляется.

— Говоришь как настоящая плохая девочка, которой ты всегда хотела быть.

Я смеюсь и качаю головой.

— О боже, можем мы, пожалуйста, забыть, что все это вообще произошло? Это было глупо.

Бен делает паузу и смотрит на меня сверху вниз, изучая мои черты лица.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Правда? Похоже, за последние два месяца в твоей жизни произошло много событий, на которые у тебя, возможно, не хватило бы смелости решиться, если бы ты не поставила перед собой эту цель, глупую или нет.

Я помешиваю свою лапшу.

— Правда. Я наконец-то противостояла своему отцу и поставила перед собой цель. Я сказала ему, что хочу, чтобы он и Колтон дали мне возможность расти. Он даже не протестовал, когда я попросила съехать — я тебе это говорила? Я действительно почувствовала облегчение. И теперь у меня есть эта шикарная новая квартира, не говоря уже о… — наклоняю свою чашку с лапшой в его сторону, — о тебе.

Бен открывает рот, чтобы откусить лапшу, и я соглашаюсь, ухмыляясь, как дурочка.

— Как будто я превратилась в свою последнюю форму: большую, плохую бабочку.

Он смеется и возвращается к своей работе. Я смотрю, как он меняет сверло на своем электроинструменте, и мое сердце гулко бьется в груди.

Мне приходится продолжать говорить, чтобы отвлечься от непреодолимого желания повалить его на пол и заставить продолжить то, что мы начали раньше.

— Итак, статус твоей девушкой дает какие-то преимущества?

Бен посылает мне тлеющий взгляд через плечо.

— Что ты имеешь в виду? За пределами спальни?

Господи, я сейчас умру.

Прочищаю горло и смотрю куда угодно, только не на него.

— Нет, я имею в виду... ты же Бен Розенберг. Уверена, что свидание с тобой подразумевает бесплатный вход в парки развлечений, право участвовать в параде четвертого июля и т.д.

— Ты смешная.

— Я просто хочу знать, получаю ли я какие-то мили или бонусные баллы, когда обедаю в ресторанах, которыми владеет твоя семья.

— Так это правда, что ты встречаешься со мной только ради власти и привилегий, которые это дает?

Я пожимаю плечами и слегка хмурюсь, чтобы подчеркнуть.

— Боюсь, что да. — Затем протягиваю ему еще одну ложку лапши, и он охотно принимает ее, прекрасно понимая, что я шучу.

Через несколько минут Бен закончил установку засова. Он встает, отряхивает джинсы, затем наклоняется, чтобы помочь подняться и мне.

— Как ты научился это делать?

— Мы с отцом делали всякие мелочи по дому, когда я рос. Старые викторианские дома здесь нуждаются в большом уходе.

Я проверяю замок, и он прекрасно задвигается на место. Теперь мы оба здесь заперты. Мой коварный план сработал. Я поворачиваюсь и одариваю его милой улыбкой. Если бы я знала, как хлопать ресницами, не выглядя при этом идиоткой, я бы так и сделала.

— Останешься на ночь?

Бен смеется, направляясь к раковине в ванной, чтобы помыть руки.

— Ты шутишь. Этот футон едва ли достаточно велик для тебя. У меня утром работа. Мне нужно выспаться.

Я стараюсь не принимать его отказ близко к сердцу. Он не отказывается от меня, он просто говорит «нет» моему немного неважному жилищу.

— Кроме того, я пытаюсь заставить тебя образумиться и остаться со мной. У меня есть кровать королевского размера, две комнаты для гостей, очень удобный диван — все это лучшие варианты, чем этот футон.

Я сморщиваю нос, досадуя на себя за желание уступить. Разве сон на футоне в этой квартире делает меня более независимой, чем если бы я спала с ним в его большой, удобной кровати? Уф.

Он выходит из ванной и заканчивает собирать свои инструменты.

— Если ты настаиваешь на том, чтобы остаться здесь на некоторое время, я подумаю о том, чтобы установить камеру снаружи и, возможно, заменить дверь. Засов не намного надежнее, чем предыдущий замок. Если кто-то захочет, он все равно сможет просто выбить дверь. Она хлипкая.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я киваю и иду к нему, обхватывая его руками. Мое ухо прижимается к его груди, и я слышу, как бьется его сердце. Закрываю глаза на мгновение.

— Спасибо за замок и за то, что разделил со мной этот очень шикарный ужин.