Ирвинг Уоллес - Фан-клуб

Механик тщательно осмотрел вагонетку. Она оказалась в прекрасном состоянии, Следовало только заменить несколько деталей, о чем заранее предупреждал Механик. Батарея, конечно, разрядилась, и спустило одно колесо. Батарею заменили привезенной новой. Покрышка оказалась специфической — нестандартной ширины и плавающего типа (не знаю, что бы это значило). Механик заявил, что она была практически новая; более того, сказал, что вряд ли ее вообще использовали. Чтобы дополнительно убедиться в своей правоте, он снял колесо, осмотрел его и был весьма доволен, что в покрышке не хватает только воздуха. Затем накачал колесо с помощью ручного насоса и установил его снова на вагонетку. После этого в бак залили немного бензина, Механик сел за руль, завел двигатель и для надежности покатался немного по территории около дома. Несмотря на треск и скрип — он обещал смазать ее в следующий приезд — она великолепно управлялась. К счастью для нас.

Тем временем Страховой агент ключами Раймонда Воэна открыл дом. В нем скопилось много грязи и пыли, но в остальном все было в порядке. В течение трех часов он убирал дом. Затем, заведя насос, проверил работу всех кранов и раковин, обследовал туалеты. Хотя вода была ржавой, она текла в дом бесперебойно. В общем, и источник питьевой воды, и емкость для грязной воды и отходов оказались в рабочем состоянии.

Однако не все в доме было в порядке. Не работало освещение. Поэтому, закончив ремонт вагонетки, Механик занялся портативным электрогенератором, вырабатывавшим электроэнергию. Довольно быстро ему удалось найти неисправность. Требовался ремонт коробки с переключателями, а в подземную емкость следовало налить бензин. Было уже поздно, и потому они решили, что ремонтом займутся в следующий приезд, когда привезут гораздо больше канистр с бензином.

Кроме того, часть асфальтовых плиток на крыше оказались не закрепленными, возможно из-за ветра Санта Ана. Крыша также требовала ремонта.

Но в целом оба члена нашего клуба были довольны прекрасным состоянием Мас-а-Тьерры. За исключением нескольких мелких починок, о которых я уже рассказал, и небольших работ, о которых я напишу позже, место укрытия практически было готово к нашему приезду. Конечно же, необходимо было завезти запасы продовольствия.

На последнем собрании мы обсуждали некоторые подробности размещения людей в доме. Договорились, что хозяйскую спальню предоставим нашей гостье. В этой комнате было два окна, через которые она могла бы сбежать, поэтому решили заколотить их досками, а для большей надежности снаружи закрепить на болтах стальные брусья.

Случилось так, что обоим членам клуба удалось замерить время возвращения на обеих частях обратного пути из Мас-а-Тьерры до Лос-Анджелеса. В одной части оно оказалось гораздо меньшим, другую они проехали медленнее. Вместо того чтобы идти пешком до «бьюика», на что ранее потратили 1 час 10 минут, наша пара проехала этот путь на вагонетке. На этот раз они достигли места парковки машины за 19 минут. Однако поездка к дому по шоссе заняла 2 часа 34 минуты вместо двух часов и двух минут — прежнего времени. Объяснялось это тем, что их возвращение пришлось на вечерний час пик. Но мы и не собирались ехать на место в столь деловое время.

Что касается других дел, Бухгалтер с гордостью объявил товариществу, что уже заложил основу для своей двухнедельной поездки якобы на семинар по налогообложению в Вашингтон, округ Колумбия. К его удивлению, это заявление не произвело никакого шума. Жена восприняла новость весьма хладнокровно. Он был очень доволен собой, гордился тем, что легко справился с этой задачей, и казался более жизнерадостным.

Однако Страховой агент пока не сообщил жене, что собирается провести две недели на рыбалке в Колорадо Ривер, вместе с богатыми перспективными клиентами. Сказал, что был слишком занят, чтобы заняться этим вопросом. Но в конце концов, под давлением друзей из клуба, признался, что просто побоялся заводить разговор об этом. Он обещал уладить этот вопрос на следующей неделе.

Я доложил клубу, что снова ходил на свой наблюдательный пост рано утром, чтобы проверить, прогуливается ли Объект по утрам и работают ли садовники во второй половине дня. Оба события совершались точно по графику, как и прежде.

Кроме того, я пообещал, что начиная с понедельника буду наблюдать за домом почти ежедневно, шесть дней в неделю, и записывать все, что удастся увидеть. Механик сам предложил сопровождать меня один-два раза в неделю и сказал, что если мне придется по какой-либо причине пропустить день, то заменит меня, при условии что будет свободен.

Последние новости, имевшие место на прошедшей неделе: он прекратил бриться с последнего воскресенья и, хотя уже нуждался в стрижке, пропустил ее. Не собираюсь ходить к парикмахеру, пока все не закончится. Хожу с неухоженными усиками и жуткой бородой, растущей кустами. Все это выглядит весьма неряшливо, и менеджер магазина саркастически отметил это явление. Кроме того, Механик делает то же самое, но отращивает только усы, и его внешность уже значительно изменилась.

В общем, я бы сказал, что эта неделя прошла удачно.

Я переписал цитату из Шекспира: «Любовь — по сути просто сумасшествие; и говорю вам, заслуживает помещения в темницу и порки, как поступают с сумасшедшими. Причина, по которой влюбленных не лечат таким образом, состоит в том, что сумасшествие — настолько обычное явление, что те, кто должны их пороть, влюблены тоже».

Бывает, что я беру себя в руки и объективно размышляю над тем, что собираюсь совершить во имя любви. Утешаю себя приведенными выше словами Барда.

Раздумываю над заявлением, приписываемым Шэрон Филдс, которое, по ее признанию, она заимствовала у Ланы Тернер, но в которое верит всем сердцем: «Мне нравятся мужчины, а им нравлюсь я. Любая женщина, не признающаяся в том, что ей нравится секс, или больна, или сделана изо льда, или просто статуя».

Должен признаться, что это звучит весьма заманчиво.

А вот другая мысль пришла мне в голову только вчера, когда удалось рассмотреть мои записи и вырезки о Шэрон Филдс. Похоже, что все великие женщины — секс-символы современного мира — обожают ходить в голом виде под верхней одеждой. Я читал, что Джин Харлоу никогда не носила нижнее белье. Ей нравилось возбуждать мужчин. Так же поступала и Мэрилин Монро. И в точности так ведет себя Шэрон Филдс. Она говорит, что независимо от того, что надето на ней сверху, блузка с юбкой, или платье, или брючный костюм, она редко надевает вниз лифчик, или трусики, или колготки. Предпочитает быть голой под верхней одеждой. Но в ее случае эта черта служит не для провоцирования мужчин. Ее друзья утверждают, что она предпочитает такую моду потому, что ее природа не терпит запретов; она презирает фальшивую жеманность. Если бы смогла, говорят они, то раздевалась бы донага. Это женщина, подобной которой нет на земле, и желание познать ее интимно овладевает мной в любой час бодрствования.