Измена по вызову

Глава 7.4

— Зачем? — угрюмо уточняю, хотя совсем не хочу слышать ответ.

— Потому что он тоже блядун. Завел себе девку на стороне! Ненавижу! — снова глаза на мокром месте, — хотела рога ему в отместку наставить.

— Так нашла бы любовника.

— Да как? Я ж, блин, верная! У меня ж какие-то там блоки, заложенные воспитанием, что семья — это святое, что надо чтить клятвы и не предавать. Я бы этого любовника сто лет искала! А мстить хотелось здесь и сейчас. Вот подруга и вызвала…

— То есть та рыжая тоже думает, что я шлюха?

— И не только она! — сердито припечатывает Оля, — еще Инна есть. Это она звонила.

Блеск, просто блеск. Такой репутации у меня еще не было. Хоть в другой город переезжай.

— Вызвала, и что дальше?

— Тебе напомнить? — язвит она, — ты приехал. Мы трахались. Месть удалась. Мне полегчало. Спасибо, сдачу можешь оставить себе.

— Значит, я просто инструмент для того, чтобы уесть неверного мужа?

— Да! — выпаливает сердито, а потом начинает реветь.

— Довольна?

— Да!

— Почему тогда ревешь? —невесело усмехаюсь я.

— Да потому что ты мне понравился! Думаю о тебе днями напролет, — рыдает она, — на свидание хочу. А ты блядун! А на хрен мне блядун сдался? Я прощать не умею и мириться не стану.

У меня сердце бьется где-то во рту.

Нравлюсь я ей…

Блин…

У меня аж бубенцы поджались от восторга, и член начал еще активнее барахтаться, требуя, чтобы я выпустил его на волю, вот прям щас.

Нравлюсь. Кла-а-ас.

Я так даже в свой первый раз не радовался. А тут аж мурашки по спине. На радостях, чуть не закинул ее снова в сугроб, но сдержался. Не оценит порыва.

— Чего ты лыбишься? — хлюпает она, — что смешного я сказала? Или тебе так часто клиентки признаются в чувствах, что для тебя это лишь повод поржать?

— Ты мне тоже нравишься. Переедешь ко мне?

Ни хрена я не романтик, и не умею красиво ухаживать и вот эту вот всю предварительную дребедень тоже не умею.

Услышав мое предложение, Ольга давится и кашляет. Приходится стучать по спине, чтобы продышалась?

— По-твоему, это смешно? — сипит со слезами на глазах.

— Нет, — максимально серьезно, — можем прям сейчас отправляться.

— Уму не постижимо…. Олег! Я тебе говорю, что не смирюсь с твоей работой. Мне хватило мужа-ходока. Я с изменами мириться не стану. Я хочу абсолютной верности, а ты бегаешь по клиентам и ублажаешь их на все лады. О каком переезде речь?

— Да не проститут я!

Осталось дело за малым, доказать это упрямице, вбившей себе в голову не пойми что.

— Да? А почему же ты тогда пришел на вызов?

— Потому что меня отправили на него. Вот смотри, — достаю телефон, — смотри. Переписка с Диманом. Он скидывал мне заказы. Смотри!

Тыкаю пальцем в экран.

— Вот тут я машину, стиральную подключал. Видишь отчетные фотки? Тут плинтуса приколачивал, а здесь какие-то полки собирал. А вот твой заказ. Прочистка труб. Улица Спартака дом десять, квартира двадцать пять.

— Тридцать пять, — шмыгает носом.

— Двадцать пять! Смотри, — сую ей к носу мобильник.

Оля отклоняется назад:

— Да вижу я. Просто говорю, что у меня квартира тридцать пять.

Я немного теряюсь.

— Кхм…ты уверена?

— Дай подумать, — постукивает пальчиками по подбородку, — я, конечно, там недолго живу, всего двадцать лет, но да…уверена.

Я как баран таращусь в сообщение от Димана, где черным по белому написано, что двадцать пять.

— Ээээ...что-то я не совсем понимаю, — ступор нападает, — нестыковка какая-то.

— Дай сюда, — она выхватывает у меня из рук мобильник и залипает в него, — так…так…

Бегает взглядом по строчкам.

— Точно двадцать пять. И номер не мой.

Поднимает на меня растерянный взгляд. Я тоже пялюсь. Даже не моргаю.

Кажется, я в тот день очень крупно налажал. Даже круче чем когда час пустой поводок выгуливал.

— Мать твою… — выдыхаю, потирая щеку.

— Погоди…Ты квартиры перепутал? — шепотом спрашивает Оленька.

— Походу да. Блин, а я еще думал, почему на меня Диман орал, что я клиента продинамил.

У нее глаза становятся большими.

— Помнишь, мы когда в спальню пошли, кто-то в дверь звонил. Парень какой-то. Я не открыла…— шепчет она, — значит, это он был проститутом. Он еще Инне потом звонил и визжал, что его не пустили.

И вот мы стоим, как два придурка друг напротив друга. Невпопад хлопаем глазами. Офигеваем.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍